Сергей Сокут Из первых рук
В НАЧАЛЕ июля в корпорации "Боинг", которая является лидером по объему продаж в мировой авиакосмической индустрии, произошли серьезные структурные перемены. Две входящие в корпорацию компании: "Военные самолеты и ракетные системы" (Military Aircraft and Missile Systems) и "Космос и коммуникации" (Space and Communications) объединились в одну. Новое отделение "Боинга" получило название "Интегрированные оборонные системы" (Integrated Defense Systems).
До слияния обе компании демонстрировали рост объемов продаж и прибыли на фоне кризиса в гражданской авиации. Обороты Military Aircraft and Missile Systems во втором квартале 2002 г. достигли уровня 3,5 млрд. долл. (рост на 5,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года). Портфель заказов отделения оценивался в 20,2 млрд. долл. (в конце 2001 г. - 17,6 млрд.). К основным направлениям деятельности отделения относится поставка в ВМС США и на экспорт истребителей F/A-18E/F и F-15K, НИОКР по боевым беспилотным летательным аппаратам, разработка и поставка самолетов-заправщиков и др.
Финансовые поступления отделения Space and Communications во втором квартале 2002 г. составили 2,7 млрд. долл. (рост - 6,4%). Портфель заказов оценивается в 15,5 млрд. долл. (в конце 2001 г. - 13,1 млрд.). Компания ведет большое число программ, главными из которых являются две: ПРО и программа "Интегрированные системы командования и управления".
Суммарный доход Integrated Defense Systems составит примерно 80% от поступлений самого крупного подразделения "Боинга" - "Коммерческие (гражданские) самолеты" (Commercial Airplanes). Годовой оборот новой компании достигнет, как ожидается, 23 млрд. долл. Для сравнения: общие доходы корпорации, по прогнозу ее аналитиков, составят в 2002 и 2003 гг. соответственно 54 и 52 млрд. долл. Общая численность персонала Integrated Defense Systems - 78 600 человек.
"НВО" представляет читателям интервью президента Integrated Defense Systems Джима Олбау. По неофициальной информации, он считается третьим по влиянию человеком в "Боинге" и одним из главных кандидатов на пост руководителя корпорации в будущем.
- Господин Олбау, что стало основным побудительным мотивом к объединению военного, космического и коммуникационного бизнеса "Боинга": финансово-экономические соображения или перемены в стратегии корпорации, отражающие новый взгляд на предметную область?
- Мы смотрим на "Боинг" как на компанию, которая прежде всего ориентируется на мнение заказчика. А он заинтересован в системных решениях, а не просто в покупке той или иной платформы.
Мы объединили все программы, предусматривающие создание отдельных летающих платформ, а также все проекты, которые связаны со спутниковой связью и информацией. Благодаря этому мы можем предложить системные решения, которые в первую очередь интересуют наших заказчиков в американском правительстве. Мы надеемся, что такие предложения привлекут внимание наших клиентов во всем мире. (Объем заказов, предусматривающих интеграцию различных военных систем, оценивается экспертами в 200 млрд. долл. на ближайшие 10 лет. - Прим. редакции)
На протяжении многих лет нашей стратегией был поиск того, как мы можем связать все летающие платформы для решения общих задач. Поэтому с технической точки зрения, может быть, вы правы - это завершение нашего определенного стратегического этапа. Теперь мы начинаем комбинировать все потоки информации для того, чтобы лучше работать со всеми летающими платформами.
Пример: программа ПРО наземного базирования, которую "Боинг" разрабатывает по заказу американского правительства. Мы берем существующие компоненты - спутник, наземный радар, ракету-носитель, создаем новую боевую часть и строим систему обмена информацией и программное обеспечение для управления всем этим. Получается единая система, способная поражать цель. В результате объединения этих платформ заказчик получает то, что он хотел.
- Как меняется и как будет меняться роль платформ и роль информационного пространства в военных системах?
- Я не могу сказать: "Нам не нужны самолеты". У них всегда будут свои задачи. И впредь будут строиться ракеты, танки и корабли. Но всех их объединяет информация. Для того, чтобы выиграть сражение или войну, необходимо правильно ею распорядиться. Роль информации будет не менее важной, чем роль самолетов, танков и кораблей. Говоря иными словами, информация позволяет спасти больше людей.
- В последнее время "Боинг" проявил себя как лидер в создании беспилотной боевой авиации, например, в проекте X-45. Будет ли следующее поколение истребителей беспилотным?
- Я инженер. На этот вопрос должны отвечать наши заказчики в ВВС - люди, которые определяют концепцию операции. Но те уроки, которые были извлечены из недавних действий в Афганистане, где использовались такого рода беспилотные аппараты, показывают, что их роль может быть очень велика.
Мой прогноз на ближайшие 10-15 лет таков: все пилотируемые и беспилотные средства будут связаны общей системой информации, что и позволит одерживать победу над врагом.
- Какова степень участия "Боинга" в программе нового истребителя JSF, который разрабатывается компанией "Локхид-Мартин"?
- В настоящее время у нас нет никакой роли в этой программе, и мы не предполагаем, что она появится.
- В таком случае, что станет главным направлением для "Боинга" в области боевых самолетов?
- "Боинг" работает по программам F-15 и F-18. Мы снижаем стоимость выпускаемых самолетов. У нас установлены партнерские отношения с "Локхид-Мартин" по программе F-22. Наша компания также работает и над перспективными проектами.
- В контексте политических заявлений о возможном участии России в международных программах противоракетной обороны, видите ли вы технические и технологические возможности взаимодействия с нашей промышленностью?
- Мы очень серьезно относимся ко всему партнерству, имеющемуся у нас в России в области гражданского космоса. Спектр вопросов, над которыми работают московские представители нашей компании, расширяется. В Америке и в России есть совершенно фантастические инженерные и технологические возможности. Достаточно посмотреть на то, что мы вместе сделали по международной космической станции или по программе "Си Лонч".
"Боинг" очень хорошо знает, как работать с российскими партнерами. И если наши президенты попросят нас совместно разработать единую систему противоракетной обороны, нет никаких сомнений, что мы можем это сделать.
- Что мешает контактам с Россией в повседневной работе над конкретными проектами?
- Самым трудным всегда является заключение конкретных контрактов. После подписания инженеры очень эффективно начинают работать друг с другом. Деятельность нашего инженерного центра в Москве, где трудится 400 человек, это подтверждает.
С технической точки зрения, проблема в том, что основные возможности для совместной деятельности находятся в сфере гражданского космоса. Но, к сожалению, здесь не очень много проектов, на которых, как говорится, можно "сделать деньги". Не потому, что русские и американцы не хотят сотрудничать, а потому, что таковы реалии рынка. Тем не менее для сотрудничества есть огромные возможности. Это доказано не только деятельностью "Боинга". Посмотрите, что удается компании "Локхид-Мартин" по ракетам "Протон" или по установке российских двигателей на американские ракеты.
- Какие военные разработки ваша компания могла бы перенести в гражданскую область?
- В прошлом мы много занимались переносом военных проектов в гражданскую сферу. Не могу сказать, чтобы был достигнут впечатляющий успех. Теперь мы пытаемся развивать идею о том, что информация руководит миром. Тот, кто знает, где находится любой объект, контролирует ситуацию. У этой концепции будут очень серьезные гражданские приложения. Например, управление воздушным движением. Если бы это сегодня было реализовано, возможно, удалось бы предотвратить столкновение российского лайнера с самолетом DHL над Германией 2 июня.
Фарнборо-Москва
