0
1000
Газета Концепции Интернет-версия

18.03.2005

«Аль-Каида» взяла на прицел нефтяные вышки

Андрей Бакланов

Об авторе: Андрей Глебович Бакланов - посол РФ в Королевстве Саудовская Аравия.

Тэги: персидский залив, нефть, безопасность, терроризм, нато


Сегодня создание системы коллективной безопасности на Ближнем Востоке является одной из важнейших задач обеспечения надежной и стабильной ситуации в мире. Ее решение серьезно всколыхнуло общественные круги стран Персидского залива, которые осознают, что рост цен на нефть может серьезно повлиять на стабильность и безопасность ситуации в этом регионе.

ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

Недавние угрозы террористических организаций нанести ощутимый удар по объектам нефтяной инфраструктуры на территории стран Персидского залива и обещания "Аль-Каиды" "поспособствовать" взвинчиванию цен до уровня 100 долларов за баррель остро поставили на повестку дня вопрос об "энергетической безопасности".

Серьезную озабоченность в связи с таким вариантом развития событий в первую очередь проявляют государства, импортирующие нефть из региона Персидского залива. Однако проблема значительно шире, она затрагивает интересы многих стран.

Реализация идеи нанесения ударов по энергетическим объектам может сформировать новое направление террористических угроз. Запредельный рост цен опрокинет среднесрочные и долгосрочные прогнозы мирового экономического развития и отрицательно отразится на положении всех государств мира, в том числе и стран-экспортеров. При выходе цен за уровень 60-70 долларов за баррель неизбежна активизация попыток создания заменителей нефти. Тем более что современная наука в состоянии решить данную проблему. Нет ничего сверхъестественного в том, что нефть может сойти с первого места в списке энергоносителей. В свое время так было с углем. Однако ускорение процесса появления заменителей нефти может серьезно ударить по экономике нефтедобывающих стран. Сегодня страны-экспортеры планируют свою экономику на базе "нефтяной подпитки" бюджетов, ориентируясь главным образом только на такие показатели, как запасы нефти, объемы добычи и темпы разведки новых месторождений.

Энергетическая составляющая доминирует и в списке факторов, делающих проблему безопасности в зоне Персидского залива более актуальной еще и потому, что роль этого региона в области поставок газа все более возрастает. В настоящее время 40% потребностей мировой экономики в энергоносителях удовлетворяется за счет нефти, доля угля составляет 26%, газа - 24%. Однако, по мнению экспертов, уже в 2010 году газ выйдет на второе место. На страны Персидского залива приходится 40% всех мировых запасов газа. В пятерку стран, лидирующих по этому показателю, наряду с Россией входят четыре "заливных" государства: Иран, Катар, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты.

Специалисты полагают, что для поддержания добывающих мощностей стран Залива и обеспечения бесперебойных поставок энергоносителей на мировой рынок ежегодно требуются ежегодные инвестиции в объеме 15-18 млрд. долл. Выйти на этот уровень можно только при условии обеспечения надежного инвестиционного климата, а это напрямую зависит от уровня стабильности в регионе.

ОРГАНИЗАЦИЯ РЕГИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

В последнее время проблема региональной безопасности в зоне Персидского залива буквально выплеснулась на страницы печатных изданий и стала предметом оживленных дискуссий. К обсуждению подключились дипломаты, ученые и военные. В СМИ арабских стран публикуются весьма примечательные материалы по этому вопросу. При всем разбросе мнений общим является признание того, что Персидский залив - один из наиболее важных в стратегическом отношении районов мира - до сих пор не имеет общерегиональных инструментов укрепления стабильности, предупреждения новых конфликтов и кризисов.

Анализ предложений по решению этой проблемы представляет большой интерес - и не только в силу стратегической значимости Персидского залива в геополитическом смысле. Дело еще и в том, что в схемах, которые разрабатываются сейчас в связи с постановкой вопроса о безопасности, находят свое отражение и попытки дать ответ на новые вызовы и угрозы, связанные с резкой активизацией действующих здесь террористических элементов и групп. При этом дискуссии о путях формирования более предсказуемого и стабильного "ландшафта" в этом регионе дают представление о том, в каком направлении может пойти эволюция международных механизмов, призванных сохранить мир в глобальном и региональном измерениях.

Специфика ситуации заключается в том, что часть расположенных здесь стран входит в созданный в 1981 году Совет Сотрудничества Арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Одной из главных целей совета является укрепление безопасности стран - участниц совета: Саудовской Аравии, Кувейта, Омана, Бахрейна, Катара и Объединенных Арабских Эмиратов.

Политические деятели и руководители ВС государств - членов ССАГПЗ выдвигали немало проектов, касающихся модальностей военно-политической интеграции в регионе и укрепления на этой основе обороноспособности расположенных здесь стран. Большинство предложений было связано с озабоченностями традиционного характера: сдерживание посягательств потенциальных противников, недопущение военных конфликтов и т.п.

Особый интерес в данном контексте представляют соображения, сформулированные первым заместителем министра обороны Саудовской Аравии принцем Халедом бен Султаном. Весомость суждений принца обусловлена его уникальным боевым опытом - в период отражения иракской агрессии 1990-1991 годов он возглавлял войска международной коалиции.

Как отмечал бен Султан, структуру обороны стран Персидского залива можно представить как своего рода систему колец, взаимодействующих между собой и усиливающих друг друга. В центре - национальные вооруженные силы каждой из стран Залива. Это - первое "кольцо обороны".

Далее идет "второе кольцо" - армии шести партнеров по Совету сотрудничества. Один из уроков войны в Заливе, по мнению принца Халеда, состоял в необходимости иметь здесь прочную систему субрегиональной безопасности. Если бы страны Персидского залива были тесно интегрированы в военной области, они представляли бы более значительную силу, могли лучше защищаться и в политическом плане "увереннее" выстраивать свои отношения с другими государствами мира.

"Третье кольцо" - это дружественные государства Ближнего Востока и Южной Азии. Здесь заместитель министра обороны особо выделил Египет и Сирию, то есть те арабские страны, которые пришли на помощь Кувейту после агрессии со стороны Саддама Хусейна, а также Турцию и Пакистан как "дружественные мусульманские государства", в территориальном отношении "непосредственно примыкающие к региону Залива". По мнению бен Султана, совместное планирование вопросов обороны, проведение общих учений армий этих четырех государств и стран ССАГПЗ стало бы солидным вкладом в дело обеспечения безопасности региона. Помимо этого, как подчеркивал принц Халед, Турция, являясь членом НАТО, могла бы играть роль "моста" между региональными союзниками и Западом,

Весьма примечательным представляется мнение заместителя министра обороны и в отношении возможности постановки вопроса о "четвертом кольце" обороны, к которому, как считает принц, могли бы быть отнесены США, Великобритания, Франция, а также Россия и Китай. Касаясь перспектив дальнейшего развития военно-интеграционных процессов внутри ССАГПЗ, бен Султан высказывал мысль, что принятая в настоящее время в качестве базисной концепция формирования объединенных вооруженных сил ССАГПЗ "Щит полуострова" не является единственно возможной. В этом смысле он отмечал, что страны - члены совета вряд ли согласятся отдать свои лучшие подразделения в эти региональные ВС на постоянной основе. Может также возникать и немало проблем, связанных с финансированием и размещением такого рода войск.

По мнению саудовского военного аналитика, предпочтительнее выглядит вариант с созданием объединенного военного командования со штаб-квартирой в Эр-Рияде, которое было бы укомплектовано офицерами самой высокой квалификации. При этом не нужно выделять какие-то специальные военные подразделения. Различные национальные контингенты, находясь в местах постоянной дислокации на национальной территории, могли бы перебрасываться в различные районы для проведения совместных учений или при возникновении чрезвычайных ситуаций. Бен Султан имел в виду создание совместного командования стран ССАГПЗ. В военное время этот постоянно действующий штаб мог бы брать на себя оперативное управление всеми ВС ССАГПЗ, выделенными объединенному командованию. В мирное время штаб мог бы решать такие задачи, как оценка внешних и внутренних угроз и разработка оперативных планов, предусматривающих различные варианты скоординированных действий ВС в случае военной угрозы.

Ситуация в регионе Залива, создавшаяся в связи с крушением режима Саддама Хусейна и вводом в Ирак коалиционных войск, и деградация обстановки в этой стране предполагают поиск схем обеспечения безопасности, ориентированных на сложившиеся реалии. Судя по всему, до появления какой-либо целостной концепции еще далеко. Вместе с тем некоторые весьма симптоматичные моменты новых подходов уже становятся известны.

Так, в недавнем интервью саудовской газете "Аль-Ватан" генеральный секретарь ССАГПЗ Аль-Атыйа высказался в пользу формирования в регионе "всеобъемлющей системы региональной безопасности" с включением в нее Ирана и Ирака помимо государств - членов совета. Он также подчеркнул, что "такая система должна базироваться на равновесии интересов всех ее участников". Аль-Атыйа отмечал необходимость предотвращения ситуации, когда действия какой-либо из стран региона могли бы повлечь за собой резкое изменение соотношения сил. Он особо выделил задачу создания на Ближнем Востоке, в зоне Персидского залива зоны, свободной от оружия массового поражения (ОМУ).

Тезис о включении в будущую систему безопасности всех стран региона разделяется сейчас многими политическими и военными деятелями государств Персидского залива. В этой связи говорят о необходимости вхождения в будущие структуры безопасности также Йемена и, возможно, ряда стран, расположенных в бассейне Красного моря.

ВООРУЖЕНИЯ - НЕ ГЛАВНЫЙ ФАКТОР БЕЗОПАСНОСТИ

При анализе ситуации, складывающейся в Персидском заливе, ряд аналитиков обращает внимание на изменение подходов к проблеме обеспечения национальной безопасности со стороны расположенных здесь государств. Ранее господствовало мнение, согласно которому ключевое значение имеет количество и качество вооружений, которыми располагают армии соответствующих стран. Результат такого рода политики известен. Регион Персидского залива превратился в крупнейшего импортера вооружений в мире. В 1990-е годы военные расходы государств - участников ССАГПЗ составили 68% расходов на оборону всего арабского мира. Они значительно превзошли соответствующий показатель (15%) так называемых стран противостояния с Израилем (Египет, Сирия, Ливан, Иордания), а также стран Магриба и бассейна Красного моря (12%).

В последние два года, в особенности в 2004 году, ситуация на мировых рынках энергоносителей складывалась для нефтедобывающих стран Персидского залива весьма удачно. Казалось бы, создавалась основа для увеличения затрат на импорт вооружения, тем более что страны Залива признают серьезное осложнение обстановки в масштабах региона в сфере безопасности. Однако, как отмечают многие специалисты, на деле этого не происходит. В опубликованной недавно статье авторитетный журнал "Миддл ист экономик дайжест" отмечал, что рост военных расходов государств региона в последнее время является более чем скромным. При этом в странах Залива все более распространенным становится убеждение, что "увеличение объемов военных расходов оказывает на ситуацию в сфере безопасности скорее отрицательный, чем положительный эффект". Правительства, учитывая этот фактор, стремятся вкладывать дополнительные средства не в военную сферу, а в решение социальных проблем.

ГЛАВНЫЙ ВРАГ - ТЕРРОРИЗМ

В настоящее время по-новому выглядит соотношение понятий "национальная безопасность" и "внешняя угроза". Выясняется, что традиционный ответ на усиление опасности - рост оборонных ассигнований - уже не может дать желаемого результата. Сегодня главный враг - терроризм. Противостоять ему можно, только суживая социальную базу подпитки экстремистских организаций. Для этого нужны социально ориентированные расходы. Поэтому мы видим в бюджетах "заливников" серьезное увеличение ассигнований на социальные программы - как мера профилактики угроз и вызовов нового поколения. Таким образом, создание системы безопасности в районе Персидского залива означает в нынешних условиях не механическое наращивание вооружений, а комплексное - включая социальную и внутриполитическую составляющую, решение возникающих проблем.

Другая важная черта - интерес государств Персидского залива к расширению регионального и международного сотрудничества в сфере антитеррора, заключение соответствующих соглашений и договоров в данной области. Система безопасности должна базироваться на достаточно развитой договорной инфраструктуре - соглашениях о сотрудничестве в сфере безопасности и т.п. Движение в этом направлении уже началось. Соглашение такого рода было заключено между Саудовской Аравией и Ираном.

Помимо военной интеграции стран Персидского залива имеются и другие возможности обеспечения безопасности. Один из них - поиск внешних спонсоров. Похоже, именно по этому направлению идет сейчас ряд стран Залива, заключивших двусторонние соглашения о сотрудничестве в сфере безопасности с США.

ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ И НАТО

Как показывают события последних лет, Североатлантический альянс твердо намерен наращивать потенциал своего влияния на развитие ситуации в различных регионах. Причем если в первой половине 1990-х годов разговор в основном шел о "продвижении на восток", то уже со второй половины последнего десятилетия XX века НАТО обращает все большее внимание и на "южное" направление, в которое включается Ближний Восток, Южное Средиземноморье, а в последнее время - и Персидский залив.

Весьма примечательным представляется заявление бывшего начальника военного комитета НАТО генерала Клауса Науманна: "В нашем мире нет больше такого понятия, как региональная безопасность. Европейцы должны смотреть дальше Европы. Ситуация к югу и юго-востоку от Европы весьма нестабильна. Более того, там мы видим многочисленные попытки получить OMП. Мы видим терроризм, идущий на подъем, и то, что там имеются авантюристические государства, которые будут мало раздумывать в отношении использования силы. В интересах НАТО и Европы держать такие конфликты на отдалении. Именно с этой целью НАТО фокусирует свое внимание на безопасности в Средиземноморье и на своем южном фланге", который сегодня является самым опасным регионом".

В последние годы такие государства южного Средиземноморья, как Алжир, Египет, Иордания, Марокко, Тунис, Мавритания и Израиль пошли на более тесные контакты с альянсом. Планируется посещение их представителями штаб-квартиры НАТО в Брюсселе, участие в семинарах и практических занятиях по гражданской обороне и ликвидации последствий стихийных бедствий и катастроф, подготовка кадров, в том числе в колледже НАТО в Обераммергау и т.п.

Вместе с тем средиземноморский диалог НАТО развивался в целом менее динамично, чем первоначально планировалось. В ходе взаимодействия со странами региона прояснилось: члены альянса полагали, что на первом этапе сотрудничества наиболее важным является налаживание политического диалога и выполнение программ наращивания взаимного доверия в сфере обороны и безопасности. Арабские же страны считали, что с самого начала следует ясно определиться в позициях сторон по ключевым проблемам региональной безопасности, прежде всего в арабо-израильском противостоянии.

Вопрос о продвижении НАТО на юг занял важное место на саммите альянса, проведенном в конце июня 2004 года в Стамбуле. В ходе встречи было объявлено о планах совершенствования "Средиземноморского диалога". Подчеркивалась приоритетность перехода к "практическому сотрудничеству" в вопросах обмена информацией и опытом в сфере антитеррора с учетом новых реалий, появившихся после 11 сентября 2001 года.

В СМИ отмечалось, что НАТО планирует серьезно расширить рамки своей активности на Ближнем Востоке. Так, наряду со "средиземноморским диалогом" предполагается организовать практическое взаимодействие и со странами Персидского залива.

Характеризуя решения сессии НАТО по ближневосточному региону, влиятельный египетский журнал "Ас-сияаса ад - дуалийа" писал: "Принятые на сессии инициативы отражают стремление НАТО играть вескую роль в сфере безопасности в рамках политических и экономических изменений, которые будут происходить в этом регионе мира. Альянс будет способствовать проведению таких реформ в области политики и экономики, которые обеспечили бы здесь его доминирование. Есть основания полагать, что крупные державы хотели бы сделать из НАТО механизм, который бы направлял изменения в политической области и сфере безопасности в тех или иных странах".

На Стамбульской сессии НАТО было принято решение на постоянной основе наносить визиты в регион Ближнего Востока ответственных работников как штаб-квартиры альянса, так и представителей военно-политического руководства государств - членов блока.

В этом отношении весьма важное значение имеет поездка по странам Персидского залива заместителя генерального секретаря НАТО Минуто Риццо в конце 2004 года. Это был первый визит такого рода за всю историю Североатлантического пакта. В интервью, опубликованном в пресс-релизе "Исследовательского центра Персидского залива", Риццо, в частности, отмечал, что "Стамбульская инициатива" - это шаг в направлении преобразовании альянса из европоцентристской в более широкую организацию, отвечающую новым вызовам". По его словам, у НАТО в отношении Ближнего Востока в настоящее время имеются лишь "весьма скромные амбиции". На первом этапе Североатлантический союз будет участвовать в организации обучения офицеров иракской армии и распространять опыт средиземноморского диалога на страны Залива. Успех альянса, подчеркнул Риццо, заключается в том, чтобы в течение ближайших двух-трех лет "завоевать сердца и умы" народов региона. С учетом того, что важнейшим достижением НАТО является опыт, которым располагает эта организация, вовлеченность в дела региона будет идти не путем "предоставления военного снаряжения", а за счет сотрудничества в военной сфере, проведения встреч, оказания помощи в диалоге и участия в урегулировании кризисов.

Таким образом, взаимодействие Североатлантического союза со странами Персидского залива охватывает пока довольно ограниченную сферу. Однако нельзя не признать, что активность блока на этом направлении даже "терминологически" начинает заполнять нишу "коллективной безопасности". При этом принципиально важным является то, какая модель безопасности будет принята за основу расположенными здесь государствами.

БЛИЖНИЙ ВОСТОК И РОССИЯ

Россия последовательно выступает за создание открытой и эффективной системы безопасности в различных регионах мира, в том числе в зоне Персидского залива. Исходной точкой такого рода системы должно быть отнюдь не расширение существующих военных блоков, а выработка самими странами своего рода "кодекса поведения", формирования мирной периферии, способствующей укреплению безопасности и развитию сотрудничества.

Российские политики традиционно придерживались линии на создание коллективных схем обеспечения безопасности исходя из того, что только взаимный учет интересов государств может обеспечить прочный мир и стабильность. В противном случае неизбежны элементы недоверия, взаимной подозрительности между странами, которые вошли в блоковые схемы, и теми, кто остался вне рамок этих объединений.

Существо коллективной системы региональной безопасности заключается в создании устойчивой, прогнозируемой, подкрепленной соответствующими международно-правовыми договоренностями и механизмами, надежно функционирующей схемы военных, политических и других взаимных гарантий суверенитета и территориальной целостности государств региона.

Очевидно, что появление такой системы на Ближнем Востоке - вопрос достаточно отдаленного времени. Пока, по-видимому, можно говорить лишь о постепенном формировании таких элементов региональной обстановки, которые способствовали бы усилению чувства безопасности у каждого из расположенных здесь государств.

Система коллективной безопасности должна опираться на достаточно разработанную периферию договорно-правового характера. Естественно, основополагающее значение будут иметь военно-политические параметры ситуации. Однако само по себе наличие достаточно прочной и продуманной системы сдержек и гарантий, в том числе со стороны внерегиональных сил, может иметь серьезное стабилизирующее влияние на ситуацию как в плане поддержания мирных отношений между государствами региона, так и в рамках выработки механизмов выхода из кризисных и предвоенных ситуаций и их перевода в русло политико-дипломатических усилий. Не менее важным был бы и "разоруженческий" элемент деятельности институтов коллективной безопасности.

Как представляется, основные элементы регионального порядка, основанного на безопасности, должны включать политически, а в последующем и юридически обязывающие документы с изложением согласованного подхода сторон к понятию региональной безопасности и основных принципов, которыми государства будут руководствоваться в этой области. Должен быть также разработан механизм взаимодействия государств-участников в сфере региональной безопасности, в том числе с целью профилактики и преодоления кризисных и конфликтных ситуаций. Кроме того, необходимо определить порядок объединения усилий ООН и других международных и региональных организаций.

Создание системы коллективной безопасности в зоне Персидского залива - дело новое. Без серьезной разработки этой концепции, а также без убеждения политической элиты и общественного мнения стран этого региона в целесообразности предлагаемых схем трудно рассчитывать на продвижение в данном направлении. Здесь требуется, в частности, выработка мер доверия, сориентированных на борьбу с террористическими организациями, включая соглашения о взаимном обмене информацией по антитеррору, упрощенная система взаимной выдачи преступников, обвиняемых в связях с террористами и т.п.

На Ближнем Востоке при участии ООН могли бы быть созданы новые региональные институты с использованием уже имеющихся наработок и опыта других регионов. При этом роль России может быть весьма существенной - как члена Совета Безопасности и как политического партнера расположенных здесь стран, имеющего большой опыт в области сокращения вооружений.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Губернатор Фургал опирается в парламенте на брата

Губернатор Фургал опирается в парламенте на брата

Иван Родин

В Хабаровском крае продолжается выяснение отношений между ветвями власти

0
304
Возможна ли победа  в третьей мировой

Возможна ли победа в третьей мировой

Владимир Щербаков

Глобальная война с террором грозит стать катастрофой для человечества

0
404
Европа не хочет быть игрушкой в руках больших держав

Европа не хочет быть игрушкой в руках больших держав

Фемида Селимова

Макрон заявил об угрозах франко-германскому тандему

0
883
Страны АТЭС не могут избавиться от протекционизма, а Британия –  от неопределенности и раздоров

Страны АТЭС не могут избавиться от протекционизма, а Британия – от неопределенности и раздоров

Юрий Паниев

0
624

Другие новости

Загрузка...
24smi.org