0
1751
Газета Армии Интернет-версия

22.10.1999

Ввод войск в Чечню закончен

Юрий Георгиевич Демин родился в 1945 г. в Воронеже. В 1967 г. окончил Высшую школу КГБ. Доктор юридических наук, профессор. Владеет английским и французским языками. В 1995-1997 гг. - начальник Договорно-правового управления ФСБ РФ. В настоящее время является заместителем генерального прокурора - главным военным прокурором РФ. Генерал-полковник юстиции.

-ЮРИЙ ГЕОРГИЕВИЧ, выполняют ли свои обязанности военные прокуроры в войсках, которые проводят контртеррористическую операцию в Дагестане и Чечне?

- Военная прокуратура работает везде, где дислоцируются воинские части. Этого требует от нас закон об органах прокуратуры. Осуществлялись надзорные мероприятия военными прокуратурами и в войсках, выполняющих обязанности по борьбе с религиозными экстремистами и бандитскими формированиями на территории Северного Кавказа.

- Прокуроры работают непосредственно в зоне боевых действий?

- Безусловно, работу военные прокуроры и следователи проводят в том числе и непосредственно в зоне боевых действий. Для большего охвата воинских частей и ее эффективности руководством Главной военной прокуратуры принято решение об увеличении численного состава гарнизонных военных прокуратур, дислоцирующихся в этих районах.

- Имеются ли случаи отказов военных юристов работать в этих районах?

- Нет, таких рапортов с просьбой освободиться от прохождения службы в местах боевых действий от офицеров военных прокуратур не поступало. Должен сказать, за все время начиная с чеченских событий 1994 года не было ни одного случая отказа от прохождения службы в неблагополучных регионах со стороны офицеров военных прокуратур, в том числе и офицеров ГВП.

К слову, несколько человек были ранены. Офицеры оказывались в весьма непростых ситуациях, бывали случаи, и в вертолетах горели. 235 офицеров военной прокуратуры прошли через чеченские события. Были присвоены боевые государственные награды около 50 офицерам военных прокуратур.

- В последнее время много говорится о хищении оружия из воинских частей, выполняющих боевые задачи в Дагестане и Чечне. Имеются ли какие-либо результаты работы военных прокуроров по пресечению этих преступлений?

- Да, определенные результаты у нас уже есть. Так, в сентябре нынешнего года Главной военной прокуратурой была проведена комплексная проверка в ряде воинских частей, направленных к границам Чеченской Республики, обнаружены множественные нарушения законодательства. Самые серьезные из них - это неправильное хранение оружия и боеприпасов, а также их хищение военнослужащими с целью перепродажи местному населению. Только в первой декаде сентября офицерами ГВП обнаружено, что потеряны и расхищены несколько гранат, автоматов, гранатометы и пулеметы.

Позор, но, увы, это факт. В то время когда солдаты и офицеры самоотверженно выполняют свой долг, рискуют своими жизнями, там же командир одной из рот мотострелкового полка похитил и продал гражданским лицам три автомата АК-74 и цинк патронов к ним. Завтра это оружие может оказаться обращенным против сослуживцев и его самого!

Мы самым решительным образом будем выявлять подобного рода факты, а виновных привлекать к уголовной ответственности. Никакие ссылки на тяжелое материальное положение в подобных ситуациях не могут являться оправданием.

- Каким образом ГВП руководит деятельностью военных прокуратур в зонах боевых действий? Ведь связь с ними наверняка затруднена.

- С самого начала вооруженного конфликта нами принято решение, что для организации контроля и помощи военным прокуратурам там будет постоянно находиться кто-либо из руководящих работников аппарата ГВП. Выезжал туда, кстати, и я сам. К настоящему времени создана оперативная группа из офицеров Главной военной прокуратуры и военной прокуратуры Северо-Кавказского военного округа, которая работает непосредственно в зоне боевых действий.

- Правда ли, что в последнее время участились случаи привлечения молодых, необстрелянных военнослужащих для участия в боевых действиях в Дагестане, других прилегающих к Чечне территориях, зачастую без согласия на это самих солдат?

- Не могу согласиться с тем, что такие случаи участились. Хотя, к сожалению, нами в ходе прокурорских проверок вскрыты и такого рода нарушения. Ряд воинских частей укомплектовали почти наполовину военнослужащими, которых с учетом требований закона нельзя направлять в Республику Дагестан.

При проверке на одном из опорных пунктов обнаружили, что воинское подразделение отдельного мотострелкового батальона органами военного управления было укомплектовано на 90% военнослужащими со сроком службы в 1-2 месяца. Какой отпор экстремистам смогут оказать эти необстрелянные молодые ребята? А потом это влечет за собой неоправданные потери личного состава.

Для устранения этого произвола и разгильдяйства Главной военной прокуратурой дано указание военным прокуратурам на местах проверить все факты направления для участия в военных действиях военнослужащих, прослуживших менее 12 месяцев. Хочу жестко заявить: по каждому случаю, когда военнослужащие будут направляться в горячие точки с нарушениями закона, известного указа президента Российской Федерации, нами будут приниматься самые строгие меры прокурорского реагирования к виновным в этом должностным лицам.

- А каково материальное положение российских военнослужащих, воюющих с экстремистами? Достаточно ли они экипированы, вовремя ли получают еду, денежное довольствие?

- Говорить, что с обеспечением социальных прав солдат, офицеров абсолютно все в полном порядке, не стану. Были проблемы и с питанием, и с обмундированием, и с денежными выплатами. В ходе некоторых прокурорских проверок обнаружилось и несоблюдение санитарно-гигиенических норм.

Важно то, что эти вопросы решаются. В некоторых случаях, когда необходимо вмешательство органов военной прокуратуры, мы приходим на помощь.

- В ряде СМИ говорилось о том, что матери забирали своих солдат, направлявшихся на передовую в Дагестан. Не ожидает ли этих военнослужащих следствие, а возможно, и тюрьма?

- В тех случаях, когда эти военнослужащие были направлены для участия в боевых действиях с нарушением требований закона, они не будут привлекаться к ответственности. Но тем, кто самовольно оставил свои части и место службы без законных на то оснований, надеяться на прощение не следует. Уклонение от исполнения обязанностей военной службы, дезертирство являются серьезными воинскими преступлениями. За это военнослужащие будут привлекаться к уголовной ответственности.

- Найдете ли вы поддержку в этом со стороны комитетов солдатских матерей? Не встанут ли женщины, как в прежние времена, с плакатами у зданий Министерства обороны и Главной военной прокуратуры?

- Хочу сказать, что со времен пикетов и демонстраций прошлых лет мы смогли наладить взаимодействие с различными общественными организациями родителей военнослужащих.

Прежде всего оно проявлялось в вопросах правовой и социальной защиты военнослужащих. С участием общественности была проведена акция под названием "Явка с повинной". Находили мы взаимопонимание и при проведении операции "Беглец", других мероприятиях.

К тому же в общественных объединениях для себя давно уже уяснили, что военные прокуроры и следователи им не противники, с нашей стороны они всегда найдут понимание и поддержку.

- Как вы расцениваете предложение одного из лидеров блока "Союз правых сил" Бориса Немцова направлять солдат для участия в боевых действиях не только с их согласия, но и с согласия матерей военнослужащих?

- Я понимаю, что идет подготовка к выборам, борьба за голоса избирателей. Именно этим, на мой взгляд, вызвано подобного рода заявление. Иначе как популистским я его назвать не могу.

Какие мать или отец дадут свое согласие на то, чтобы их сын пошел воевать? А требуется ли вообще такое согласие, даже не по закону, а просто по жизни? Убежден, что нет!

Судите сами. В армию призываются граждане не моложе 18 и не старше 27 лет. По действующему законодательству в этом возрасте они могут сами решать вопросы - заводить ли им семью, иметь ли детей. Молодые люди вправе участвовать в выборах и сами быть избранными. Однако почему-то по предложению Бориса Немцова вопрос, стоит ли защищать Родину, эти совершеннолетние парни должны решать с письменного согласия родителей.

- На ваш взгляд, как общество относится к проблеме дезертиров? Ведь подчас они вызывают сострадание.

- Да, определенный перекос в общественном сознании в данном вопросе ранее имел место. Немалую роль сыграла в этом и дезориентация населения. Люди зачастую не понимали, зачем и почему проводилась та или иная военная кампания.

Но полагаю, что время все расставит по местам. Убежден, что и отношение к дезертирам в обществе станет таким же, каким оно было в годы Великой Отечественной войны.

Должен отметить, что отношение граждан России к событиям в Дагестане, Чечне коренным образом отличается от настроений, которые были в годы чеченской кампании 1994 года. Взрывы экстремистами домов в мирных городах, бандитские вылазки в Дагестане переполнили чашу терпения. Я думаю, что всем нам, гражданам России, небезразличны судьба нашей страны, ее безопасность и целостность. С международным терроризмом нужно решительно бороться.

- Почему в нынешней военной кампании не направляются в Чечню, Дагестан в первую очередь внутренние войска, как это было во время предыдущего конфликта в Чечне, а применяются части и соединения Минобороны?

- События 1994 года в Чеченской Республике носили сугубо внутрироссийский межнациональный характер. Согласно военной доктрине РФ для его разрешения как раз и предусматривалось привлечение внутренних войск, а армии отводилась вспомогательная роль - оказание им в необходимых случаях поддержки.

Сейчас мы имеем в корне иную ситуацию. Боевые действия, начавшиеся в Дагестане, не являются каким-то национальным конфликтом между чеченцами, с одной стороны, и россиянами, в том числе народами Дагестана, - с другой, для урегулирования чего необходимо было бы использование внутренних войск. Перед нами банда международных террористов. И не только хорошо обученных, но и отлично вооруженных. И милиции, в том числе и внутренним войскам, с такой бандой не по силам справиться. Воевать с ними и уничтожать их в первую очередь должна армия.

- Какие, по вашему мнению, имеются правовые обоснования для направления Вооруженных сил в Дагестан, в Чечню без объявления в этом регионе чрезвычайного положения.

- Здесь следует четко разграничить понятия. Сейчас против России воюют отнюдь не только чеченцы-ваххабиты, и боевые действия ведутся не за веру или национальную идею. Международные террористы преследовали цель устранить в республике Дагестан законные органы власти и управления, вывести ее из состава Российской Федерации.

Против нас воюют за плату наемники, граждане других государств. Для боевиков выдвигаются конкретные задачи и определены ставки в валюте, им платят за каждую проведенную операцию, за каждого убитого солдата, офицера Российской армии.

О какой национальной идее тогда может вестись речь? Воинские формирования боевиков оснащены новейшей военной техникой и вступали в открытые вооруженные стычки с силами правопорядка в Дагестане. В такой ситуации, убежден, поскольку государственная целостность - одна из основ конституционного строя Российской Федерации, применение Вооруженных сил является не просто законным, но и необходимым, и не обусловлено объявлением чрезвычайного положения.

- Правомерны ли действия по вводу воинских формирований на территорию Чечни, создание там "санитарного кордона"? Ведь против этого выступает власть в этой республике, ее президент.

- По ныне действующей Конституции Чеченской Республики, которую утвердил законно избранный парламент 12 марта 1992 года, она является демократическим правовым государством. Однако деятельность парламента Чечни, избранного по российским законам в 1996 г., президент Масхадов ограничил так, что фактически этот представительный орган власти в республике не работал. При этом сам Масхадов не обладает властью на всей территории. Ее в республике узурпировали различные бандиты, называющие себя полевыми командирами. Осуществляются террористические акты, захваты заложников, бандитские нападения на территории соседних республик, являющихся субъектами Российской Федерации.

А ведь по Уголовному кодексу Чеченской Республики Ичкерия, который в июле 1996 года утвердил своим указом президент Масхадов, все экстремисты типа Хаттаба, Басаева и Радуева должны быть объявлены вне закона и привлечены к уголовной ответственности. Но этого не делается. Террористы вольготно чувствуют себя на территории республики, и не только не скрываются, но и объявляют о противодействии федеральным войскам совместно с правительственными структурами Чечни.

В этой связи подчеркну, что Чеченская Республика также является субъектом Российской Федерации. Поэтому ввод войск на ее территорию, как на любую другую территорию России, является правомерным.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Трамп и Помпео наносят новый удар по России

Трамп и Помпео наносят новый удар по России

Владимир Щербаков

Вашингтон целит в Москву, но бьет по Пекину

0
5841
Крылатые истребители «зверинца» вермахта

Крылатые истребители «зверинца» вермахта

Николай Якубович

Противотанковая артиллерия советской авиации в годы Великой Отечественной войны

0
1769
Человек-магнит

Человек-магнит

Юрий Потапов

Об особенностях конвойной службы и невероятных способностях военного пенсионера

0
820
Павшие воины сами словно взывают из-под земли

Павшие воины сами словно взывают из-под земли

Игорь Плугатарёв

Каждый год поисковики «выводят из боя» под Ржевом сотни без вести пропавших бойцов и командиров

0
805

Другие новости

Загрузка...
24smi.org