0
7726
Газета История Интернет-версия

22.03.2019 00:01:00

Американские «заменители»

О работе трофейных команд в Советском Союзе

Николай Якубович

Об авторе: Николай Васильевич Якубович – авиационный инженер, историк авиации.

Тэги: ссср, вов, эвакуация, самолет, бомбаржировщик, в24, дальний восток, пво, истрбитель


ссср, вов, эвакуация, самолет, бомбаржировщик, в-24, дальний восток, пво, истрбитель Экипаж американской «Летающей крепости» В-17 № 33794 после вынужденной посадки на советской территории. Фото из архива автора, публикуется впервые

Советские трофейные команды работали на протяжении всей Великой Отечественной войны. В их задачу входило обследование мест падения (приземления) самолетов противника, после чего, в зависимости от их состояния, самолеты эвакуировали для последующего ремонта или разборки с целью извлечения цветных металлов и пр. Однако после начала совместных операций с союзниками на нашей территории совершили вынужденные посадки немало американских и английских самолетов. Особый интерес представляли тяжелые четырехмоторные бомбардировщики. Эти машины в зависимости от их состояния тщательно обследовали и по мере возможности вводили в строй.

Первый из них, В-24 «Либерейтор», совершил вынужденную посадку осенью 1943 года на Дальнем Востоке. После восстановления машину перегнали с аэродрома Елизово в Подмосковье на аэродром Летно-исследовательского института (его иногда именуют Раменское или Кратово в соответствии с рядом расположенными одноименными населенными пунктами), где дислоцировался 25-й бомбардировочный авиаполк дальнего действия. Предельная дальность полета этих машин без бомбовой нагрузки, но с дополнительными топливными баками в зависимости от их модификации была в пределах 5148–5633 км. У модификации В-24D с бомбовой нагрузкой 1360 кг дальность полета не превышала 4000 км, что позволяло американцам наносить бомбовые удары по объектам в Японии лишь с аэродромов, расположенных на территории Китая. На указанной машине, по сути ставшей учебной, к 1945 году подготовили 30 экипажей. Это была вынужденная мера, поскольку ресурс Пе-8 подходил к концу.

Весной 1945 года последовала директива командующего истребительной авиацией ПВО об интернировании иностранных самолетов, севших без разрешения на территории, занимаемой нашими войсками. В частности, командиру 318-й истребительной авиадивизии (иад) предписывалось:

«Все экипажи севших без разрешения на территории, занятой нашими войсками, исправных или неисправных иностранных самолетов, в том числе американских и английских, интернировать и содержать их под арестом впредь до получения указаний о дальнейшем их направлении...

Иностранные самолеты… считать трофейными. Исправные и поддающиеся полевому ремонту самолеты направлять в соответствующие части ВВС. Не поддающиеся восстановлению самолеты сдавать в трофейные органы как металлолом или разбирать на запасные части.

О всех случаях интернирования иностранных экипажей немедленно шифром доносить начальнику Генерального штаба в копии командующему истребительной авиацией ПВО КА и в штаб 1-й виа (воздушной истребительной армии. – «НВО») ПВО с указанием времени, места посадки, принадлежности, типа и номера самолета, количества и поименного состава экипажа, какой части принадлежит, откуда вылетел, какую решал задачу, причины посадки, состояния экипажа и самолета, остатка горючего в баках и ближайшего аэродрома».

К середине мая 1945 года на территории, контролируемой советскими войсками, обнаружили 146 «Летающих крепостей» (В-17) и «Либерейторов» (В-24) разных модификаций. Часть из них, наиболее исправных, вернули союзникам, а остальные пошли в дело. В частности, отремонтированные машины перегоняли на аэродром Болбасово.

Но не все складывалось столь удачно. Так, на аэродроме Парндорф (в 26 км юго-западнее Братиславы) обнаружили В-24D № 44-50414, совершивший посадку 26 апреля. При этом экипаж самолета находился в гарнизоне до 16 мая, когда его на «Дугласе» вывезли в Киев. Осмотр машины, в частности, показал, что с нее демонтировали и расстреляли из личного оружия радиолокационную станцию, испортили электропроводку, а винт четвертого двигателя находился в затяжеленном положении, что свидетельствовало о полете на трех моторах. Была также повреждена лопасть винта первого мотора.

После восстановления машины и ее оборудования наши специалисты 30 мая приступили к запуску двигателей. Три попытки запустить первый и второй моторы не удались, как предположили, из-за повреждения проводов зажигания. Третий мотор запустился сразу и работал хорошо. При этом его показатели были в норме. Однако через четыре минуты последовал взрыв большой силы, и техник Дружинин был ранен в руку и выскочил из самолета через бомболюк. Находившийся в кабине с ним борттехник старший лейтенант Кищенко выключил мотор и, перекрыв топливную систему, получив ожог лица, выпрыгнул в левое окно кабины пилотов. В итоге машина полностью сгорела.

Истинную причину произошедшего установить не удалось. Нельзя исключать, что это была диверсия, а возможно, и «жучок», установленный американцами и сработавший против нас. Не знаю, как у американцев, но на советских послевоенных самолетах, даже на пассажирских, имелась система подрыва секретных блоков (типа «свой–чужой»), и осуществлялось это от кнопки «Взрыв», расположенной на приборной доске летчиков.

Учитывая, что отечественная промышленность прекратила выпуск Пе-8 в 1944 году, к концу войны в строю находилось лишь около 20 машин этого типа. Правда, и очень удаленных целей для них не было. Для решения боевых задач на Евроазиатском континенте вполне хватало ДБ-3Ф и ленд-лизовских В-25 «Митчел», а до Америки и на Пе-8 не дотянуться. Тем не менее никто не мог гарантировать, что на завершающем этапе войны с нацистами США не развернутся против СССР, причем привлекут для этого и недобитых фашистов...

Выявление мест вынужденной посадки и последующая перегонка «американцев» продолжались до осени 1945 года, но не все проходило гладко. В связи с этим приведу еще один факт из истории 45-й дивизии, точнее, 890-го тяжелого бомбардировочного авиаполка (тбап). 25 мая 1945 года экипажу летчика М.А. Котырева предстояло перегнать В-24 № 42-94800 с аэродрома Барановичи в Болбасово. До этого ему довелось перегонять данную машину, восстановленную в начале мая, с аэродрома Ополье в Барановичи. Вскоре после взлета возникли проблемы с одним из моторов, в итоге пришлось совершать вынужденную посадку на заболоченный луг. Виноватым в летном происшествии, как ни странно, оказался очень опытный летчик, забывший поставить винт отказавшего двигателя во флюгерное положение. Надо сказать, что после войны Котырев стал летчиком-испытателем и погиб 19 февраля 1952 года на самолете Ту-4. Вскоре после взлета отключились два двигателя, как потом выяснилось, из-за того, что забыли заправить машину топливом. Выполняя разворот, самолет потерял скорость и столкнулся с землей…

Все трофейные тяжелые бомбардировщики В-17 и В-24 сосредоточили в 45-й тяжелой бомбардировочной авиадивизии (тбад), а с июня 1945 года по приказу командующего 18-й Воздушной армией все «Либерейторы» сосредоточили в 25-м гвардейском тбап, а «Летающие крепости» – в 890-м тбап. В-17 находились в строю до лета 1947 года, когда на вооружение дивизии стал поступать Ту-4 – советская версия американской «Сверхкрепости» (В-29). Так американские бомбардировщики оказались единственными в советских Вооруженных силах, способными решать стратегические задачи. Продолжалось это до появления дальнего реактивного бомбардировщика Ту-16.

Последний В-24 поступил в 25-й тбап осенью 1945 года, причем, несмотря на нехватку запасных частей, «Либерейторы» прослужили до 1952 года. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Крылатый «Антей»

Крылатый «Антей»

Николай Якубович

Как создавался уникальный тяжелый военно-транспортный самолет

0
1048
МИРАБ: «хищник» малых глубин

МИРАБ: «хищник» малых глубин

Александр Заблотский

Роман Ларинцев

Боевое применение первой советской массовой неконтактной мины в Великой Отечественной войне

0
1321
Умру я лишь на треть

Умру я лишь на треть

Борис Колымагин

Несколько слов о духовной поэзии андеграунда

0
2677
Правовой пессимизм пришел на смену правовому нигилизму

Правовой пессимизм пришел на смену правовому нигилизму

Негативное отношение к полиции и суду не подталкивает граждан к политической активности

0
1307

Другие новости

Загрузка...
24smi.org