0
4584
Газета Спецслужбы Интернет-версия

01.09.2017 00:01:00

Шипы и тернии в разведке

Государству всегда требуются люди, способные предвидеть и действовать

Маркелл Бойцов

Об авторе: Маркелл Федорович Бойцов – майор в отставке.

Тэги: пушкин, россия, николай, пларб, брпл, сша, ирак, кндр, клаузевиц, кавказ, энигма


пушкин, россия, николай, пларб, брпл, сша, ирак, кндр, клаузевиц, кавказ, энигма Руководство ведущих стран мира шагу не может ступить без разведслужб. Фото Reuters

В отличие от медицины, где успехи врачей видны всем, а их ошибки скрыты под землей, в разведке ее провалы оказываются известными обществу достаточно быстро, но ее достижения становятся достоянием гласности, да и то не всегда, спустя многие десятилетия.

ГЛАЗА И УШИ ГОСУДАРСТВА

Разведывательную деятельность государства ведут для обеспечения своего существования и безопасности. Она осуществляется в наземном, морском, воздушном, космическом и кибернетическом пространстве. Государства постоянно следят за своими соперниками во многих сферах их функционирования, например, непрерывно наблюдают за ядерными и обычными силами оппонентов, не желая быть застигнутыми врасплох.

Хорошо жилось царю Дадону в сказке А.С. Пушкина о Золотом петушке. Без затрат на финансирование разведдеятельности он получал своевременную информацию о том, когда и откуда нарастает угроза, и мог быстро на нее реагировать. Наяву все несколько сложнее, поскольку в фокусе внимания разведки находятся не только возможности, намерения, действия вероятного противника, жизненно интересующие потребителя, но и многие другие важные вещи, необходимые потребителю для противостояния вероятному противнику сейчас и в будущем.

Разведку ведут пассивно (перехват электромагнитных и механических колебаний, т.е. наблюдение, подслушивание, изучение открытых источников информации) и активно (разведывательно-диверсионные действия, добывание документов и образцов техники, взлом закрытого Интернета). 

Судя по выделяемым в США средствам, дешевле всего стоит разведка открытых источников информации, дающая до 90% всей получаемой информации, а дорого обходится разведка из космоса и с помощью агентуры.

Разведдеятельность осуществляется людьми и техникой (самостоятельно или в симбиозе). Еще в древности люди познали, что человек склонен ошибаться. С появлением техники человечество осознало, что ошибаться свойственно не только людям, но и технике, и что наиболее серьезные и непоправимые ошибки делают люди и техника совместно.

ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ РЕСУРС

В 1822 году ученики Острогожского уездного училища России оценивались по двум шкалам. По быстроте схватывания и усвоения действовали такие градации: «остр, очень понятен, понятен, способен, средствен, слаб, туп». По прилежанию и отношению к учебе школяры подразделялись на шесть категорий: «рачителен, старателен, средствен, неприлежен, нерадив, ленив». К сожалению, в писаных характеристиках на нынешних воспитанников «бурс» применяется более гибкая терминология. В органы разведки бывшие школяры попадают по стечению обстоятельств, по отбору, по приказу, по протекции, по призванию и другим причинам из общества, где существует выбор между бескорыстным служением отечеству и жаждой личной наживы, между неподкупностью и коррупцией, между интеллигентностью и хамством. Как утверждал А. Ростовцев, «любая спецслужба является точным сколком общества, ею обслуживаемого». Вот случай, доказывающий, что «кадры решают все» и что острогожская классификация будущих кадров жива. В России перед Первой мировой войной императору Николаю II пришлось лично убедиться, что купленный у немцев за миллион рублей «Мобилизационный план германской армии» за подписью кайзера Вильгельма II оказался отлично сработанной фальшивкой. Как можно было «покупателям» поверить в подлинность такого уникального документа, разместившегося только на полу дворца, остается  загадкой.

Попытки использовать в интересах вооруженных сил людей с особенными способностями (в том числе экстрасенсов) предпринимались с древности с различным результатом. В российских СМИ рекламировались достижения подразделений и частей, укомплектованных таким персоналом, например, утверждалось, что военные операторы-экстрасенсы нашей страны «определяли по карте американские подводные лодки с очень высокой точностью». Казалось, посади этого «золотого петушка» в виде парочки дежурных экстрасенсов (натурального и натренированного) в штаб ВМФ и получай в реальном масштабе времени координаты чужих атомных подводных лодок с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) с точностью 

Своевременный взлом немецкой шифровальной машины «Энигма» позволил ускорить разгром противника. 	Фото Reuters
Своевременный взлом немецкой шифровальной машины «Энигма» позволил ускорить разгром противника. Фото Reuters

до секунды. Это означало бы, что любая находящаяся в море американская ПЛАРБ была бы под угрозой немедленного уничтожения нашими силами в случае начала обычной или ядерной войны. Но почему-то эти представлявшиеся весьма полезными организации экстрасенсов под благовидным предлогом неизменно расформировывались в США и в РФ, обе страны полагаются по-прежнему  на ПЛАРБ и на технические средства их обнаружения.

ИСКУССТВО ШПИОНАЖА

Разведывательная деятельность – это постоянно действующий и непрерывно повторяющийся ход работы по постановке задачи на добывание развединформации и организации их выполнения, по добыванию разведсведений (с представлением их непосредственно потребителю или в обрабатывающий орган), по обработке развединформации (с превращением сведений в данные), по доведению разведсведений и данных до потребителя (без запроса, по запросу, предоставлением потребителю возможности выбрать нужное ему из базы данных разведки).

Разведка не является наукой, разведка это ремесло, в лучшем случае – искусство. Мозаичная картина данных собирается из сведений, которые в первоначальном виде могут быть неточными и неполными. Разведка работает под прессом дезинформации со стороны противника и при возможности своих ошибок со стороны добывающих и обрабатывающих органов. В разведке не верят никому и ничему, потому что быть всезнайкой и обладать 100-процентной правдой невозможно. Не случайно, что и руководители великих держав в прошлом, да и сейчас не доверяют разведке в полной мере. Это подтверждается таким примером.

В США уже длительное время существует система предупреждения о ракетно-ядерном ударе (СПРЯУ), которая позволяет определять время и количество запущенных противником МБР и БРПЛ, подтверждать их полет и рассчитывать, сколько ядерных боеголовок, когда и куда прибудут. В СПРЯУ США по вине личного состава или техники случались сбои с выдачей ложных разведсведений о пусках МБР СССР, которые создавали предпосылки к непредумышленному обмену ядерными ударами с угрозой взаимного ядерного уничтожения обеих стран. Вероятно, опасаясь возможности одновременного сбоя по вине систем наблюдения и личного состава СПРЯУ, президент Билл Клинтон в 1997 году отказался от обоих подвидов ответно-встречного удара (LOW, LUA) в пользу ответного удара возмездия только после первого ядерного взрыва на территории США, а президент Барак Обама в 2013 году заявил, что США не полагаются на ответно-встречный удар. В этой связи напомню одно давно забытое, но весьма важное утверждение. В 1981 году Джон Леман, военно-морской министр США, во время президентства Рональда Рейгана являвшийся противником идеи ответно-встречного удара США, дал понять, что фактически решение на ответный американский удар было бы принято президентом  где-то через 45 минут после массового старта советских МБР (хотя на учебных мероприятиях считалось, что решение принимается не позже чем через 16–18 минут).

В важнейших вопросах разведка может оказаться в роли балансирующего в цирке канатоходца, который вот-вот сорвется с троса достоверности и упадет на арену дезинформации. В западной военной литературе рассматривался такой вариант событий в период холодной войны, который наверняка отрабатывался на учебных мероприятиях ядерных сил. Разведка одной из двух сверхдержав получает достоверные данные о назначенном через несколько часов массированном ядерном ударе со стороны другой сверхдержавы и докладывает эти данные руководству. Но разведка этой страны не добывает достоверных данных о том, что приказ на массированный ядерный удар другой страной был вскоре отменен. И маховик подготовки к ядерной войне у ожидавшей удара сверхдержавы продолжал бы раскручиваться. От возникновения подобной ситуации не застрахован никто. Кстати, каково было разведчикам, сообщавшим о первоначально намеченных сроках начала военной операции США против Ирака, которые позже были изменены в сторону опережения в 1991 году, а в 1998 и 2003 годах отодвигались  дальше относительно ранее назначенной даты? Жизнь это не английский анекдот середины прошлого столетия, в котором его герой, обязанный докладывать премьер-министру каждый вечер, что завтра мировая война не начнется, гордился тем, что за всю свою «беспорочную пятидесятилетнюю службу» он ошибся всего лишь два раза. А кто возьмется назвать дату нейтрализации ракетно-ядерного потенциала КНДР американцами?

ЦЕНА ОШИБКИ

Разведка зависима не только от мероприятий оппонента по введению в заблуждение, но и от соблюдения им мер скрытого управления войсками (СУВ). Элементарное выполнение нескольких положений СУВ стало составной частью успеха внезапных действий  при наступлении немецких войск в 1944 году в Арденнах и при вводе войск ОВД в 1968 году в Чехословакию, когда англосакская разведка потерпела неожиданное фиаско.

В XIX веке Карл фон Клаузевиц отмечал, что «многие донесения, получаемые на войне, противоречат одно другому, ложных донесений еще больше, а основная их масса мало достоверна». В ХХ веке американский генерал Дуглас Макартур утверждал, что «только пять процентов донесений разведки соответствуют действительности» и что «хороший аналитик должен выделить эти проценты». Разумеется, технический прогресс способствовал уменьшению доли недостоверных разведсведений, и сейчас часть получаемых донесений по своей ценности, как заявляют некоторые юмористы, заслуживают оценки «сжечь, не читая». Примером противоречивости получаемой информации служат донесения посла и военного агента России в Японии в 1904 году, которые диаметрально отличались в оценке подготовленности этой страны к войне с Россией.

Аллен Даллес делился горькой правдой: «Те, кто получает разведывательные сведения, обычно начинают с того, что объявляют какое-нибудь донесение ложным или провокационным. Затем, когда они берут этот барьер, они отбрасывают то, что им не нравится, и отказываются этому верить».

Примером, когда разведка оказалась в роли Кассандры, стал клубок событий 1942 года вокруг Москвы, приведший к тому, что немецко-фашистские войска дошли до нефтяных районов Северного Кавказа и до речных перевозок кавказской нефти по Волге в районе Сталинграда. В феврале 1942 года, когда немецким войскам требовалось несколько месяцев на восстановление боеспособности, германское командование приступило к планированию наступательной операции на южном направлении. Автор труда «Генералиссимус» полковник Владимир Карпов указывал, что в оккупированном немцами Мценске по инициативе Иосифа Сталина 20–27 февраля 1942 года состоялись советско-германские переговоры о времени и условиях перемирия, отвода войск на определенные рубежи и последующих мероприятиях (задание на переговоры и отчет о советско-германских переговорах в феврале 1942 года приведены в указанном труде). Переговоры успеха не имели. Примечательным было заявление ведущего их со стороны Германии группенфюрера СС Карла Вольфа о том, что немцы рассчитывали на победу через два-три года войны. Стало ясно, что Германия, утратив возможность вести наступление на всем Восточном фронте, будет в состоянии наступать только в центре или на юге. Однако советское руководство посчитало, что немцы будут продолжать стремиться к захвату Москвы, чтобы завершить войну уже в 1942 году. Если в октябре 1941 года в СССР могли и не знать, что противник намерен окружить, но не захватывать Москву (12 октября 1941 года группе армий «Центр» был отдан приказ Гитлера о том, что ни один немецкий солдат не должен вступать в Москву после ее окружения; данный приказ был приведен в книге В.И. Дашичева «Банкротство стратегии германского фашизма», том 2. – М., Наука, 1973, с. 255–256), то в 1942 году из поступившей от агентурной разведки информации должны были знать о предстоявшем проведении летне-осенней кампании вермахта на юге европейской части СССР, а не в центре с нацеливанием на Москву. Данные о будущем наступлении противника на юге были отброшены как недостоверные. Результат известен.

НИЧЕГО, КРОМЕ ПРАВДЫ

Остановимся на обработке развединформации. Обработчиков иногда называют аналитиками, иногда информаторами, иногда работниками информационно-аналитической службы, хотя обработчики чаще совмещают обе функции. Анализировать значит исследовать какой-то материал по его составным элементам, отсеивая ненужное, определяя его уместность, сопоставляя с другими материалами, перепроверяя по другим источникам, и после осмысливания прийти к заключению о степени его важности, достоверности, своевременности и необходимости немедленного доклада извлеченной из материала информации или закладки ее в банк данных для последующего использования.

Информировать означает в переводе «дать понятие» о чем-то кому-либо, то есть превратить «сырые» разведывательные сведения после дотошного анализа в скрупулезно выверенные «разжеванные» разведданные, при необходимости дополнив их другими фактами, осуществив обобщение, сделав выводы и даже снабдив прогнозированием. Но бывало, что при обработке материалов и подготовке доклада происходило манипулирование информацией: обработчик смягчал или не приводил неприятные для потребителя неприкрашенные факты, а его начальник в «бочку меда» информации добавлял «ложку дегтя» в виде выводов, соответствовавших мнению потребителя, но противоречивших содержанию доклада. Обработчик действует обычно в условиях дефицита времени в диапазоне от голодного пайка, когда не хватает фактов, до их изобилия, когда он не успевает переварить добытую информацию, иногда упуская из вида детали. Если важная, но сомнительная информация нуждается в проведении доразведки, то выявленная ложная информация требует уяснения того, что противник хочет скрыть. Бывает, что достаточное количество «ничего» дает в сумме «нечто», и даже отсутствие информации становится важной информацией. Вспомним о письмах Георгия Флерова в правительство в 1941–1942 годах, в которых он сделал вывод о начале работ на Западе по применению ядерной энергии в военных целях на том основании, что исчезли открытые публикации по ядерным исследованиям.

Один западный автор так саркастически охарактеризовал обработчика: «Информатор, составляющий справку, это личность, которую считают докой на том основании, что он способен после бесчисленных подталкиваний выдать невразумительные данные, рассчитанные с микроскопической точностью на базе туманных предположений, вытекающих из спорных оценок, заимствованных из бессодержательных документов, которые являются результатом исследований, выполненных с помощью средств, точность коих проблематична, людьми, надежность которых сомнительна, а умственные способности спорны, с нескрываемой целью сбить с толку и вывести из равновесия абсолютно беззащитную руководящую инстанцию».

Вспоминается, как после Великой Отечественной войны разведчики-ветераны учили следующее поколение докладывать «правду, только правду и ничего, кроме правды» с учетом прокурора. Они помнили, как «беззащитная руководящая инстанция» приказывала наказать или «стереть в лагерную пыль» разведчиков, сообщавших, что война начнется 22 июня 1941 года. Они хорошо помнили двусмысленный завет: «Информатор, помни: каждое твое слово может оказаться последним…». В фашистской Германии Гитлер приказал арестовать и предать суду авторов объективного обзора по экономике и военному потенциалу СССР, обвинив составителей в пораженческом настроении, то есть в завышении возможностей врага. Если при фашизме завышение возможностей противника разведкой было грехом, то при демократии это стало добродетелью. В США в 50-е годы имело место преувеличение числа производившихся и состоявших на вооружении советских стратегических бомбардировщиков, а в оценке 1957 года на 1960, 1962 и 1965 годы число развернутых МБР у СССР было завышено, как позже оказалось, во много раз. Налицо выявилось стремление американского ЦРУ стать единственным поставщиком нужной «истины». В СССР в начале 80-х годов ядерный потенциал НАТО по количеству ЯБЗ завышался почти в два раза. А в 70-е годы, по словам полковника Виталия Шлыкова, советская военная разведка завышала мобилизационный потенциал ВПК США по производству танков примерно в 100 раз и по производству других видов вооружения в десятки раз. Причина завышения – предвзятость взглядов потребителей, стремление угодить руководству и военно-промышленному комплексу этих стран.

В УГОДУ РУКОВОДСТВУ

Стремление разведки угодить вкусам руководства вряд ли когда-нибудь исчезнет. Эдгар Джеймс Кингстон-Макклори в своей книге «Руководство войной» отмечал, что в начале Второй мировой войны многочисленные английские и американские разведгруппы стремились так обработать материал, чтобы «он соответствовал предвзятым взглядам их начальника… Печальнее всего было то, что планирующие и оперативные штабы ценили только ту информацию, которая была удобна для них, причем полагались на нее часто без всякой проверки». Роджер Хилзмэн в своей книге «Стратегическая разведка и принятие решений» приводил мнение одного «ответственного лица» о том, что «вывод – не дело разведки, кто-то должен собирать сведения, чтобы ответственное лицо имело перед собой все факты. Тогда оно может сказать: «Это, конечно, факт, но он не заслуживает внимания. А вот это – очень важный факт». Вряд ли кто будет спорить, что руководству чаще нравятся те  важные факты, которые соответствуют его взглядам, и не нравятся выводы, которые не сделаны им самим.

В новейшей истории был период, когда для некоторых людей было модно ссылаться на непредсказуемость развития событий, излагать только факты и жить спокойно, без прогнозов, не забивая голову будущим. В «доброе старое время» тоже были такие люди. К примеру, тот же Кингстон-Макклори издевался над прогнозами разведки, предлагая их делать по образцу «завтра будет прекрасная погода, если не будет осадков в виде дождя и снега». Мне же запомнились разносы прошедшего всю Великую Отечественную войну полковника П.А. Воробьева, когда он ругал молодых офицеров, заботливо воспитывая их: «Вы не разведчики, вы фиксаторы! Где ваше предвидение?»

Иное мнение от точки зрения Кингстона-Макклори и Хилзмэна изложил в 1957 году автор книги «Информационная работа в стратегической разведке» американский генерал Вашингтон Плэтт. Он подчеркивал необходимость для разведчика-информатора делать вывод и давать предвидение. Стезя любого провидца скользка и опасна, поэтому разведке приходится быть предельно осторожной в своих пророчествах, которые, кстати говоря, иногда безвестно утекают в СМИ. Трудно назвать случайной публикацию в ноябре 1989 года в американском журнале карты будущей Европы, на которой вместо СССР было шесть новых стран (Россия, Украина, Молдавия, Литва, Латвия и Эстония), вместо Югославии пять (включая Косово) и вместо Чехословакии две новые страны. Трудно назвать интуицией сделанное генералом Колином Пауэллом в мае 1989 года заявление о предстоящем банкротстве СССР и будущем вступлении в НАТО Польши, Венгрии, Чехословакии, Югославии, возможно, Эстонии, Латвии, Литвы и, может быть, Украины. Вряд ли не был связан с таким предвидением и окончательный вывод американского военного руководства о ненужности тактического ядерного оружия для своих сухопутных и военно-морских сил. Предвидение не обходится без ошибок. Отставание от намеченного на 2003–2008 годы американского графика «осушения болота» в Ираке, Сирии, Ливии, Иране, Сомали и Судане свидетельствует об определенных просчетах напичканной вычислительной техникой сверх головы разведки США в прогнозировании обстановки в условиях «организованного хаоса». Не случайно в разведке США ставился вопрос о повышении заинтересованности тех сотрудников, которые давали точные сбывавшиеся прогнозы. Компьютер ведь не уволишь за неправильный прогноз.

Неудачи разведки (а разведка – это доложенные данные) случаются и не по ее вине. Например, «факты» могут затеряться на ступеньках ведущей снизу вверх или наоборот информационной лестницы. Так случилось, по сообщениям СМИ, в 1990 году, когда за две недели до вторжения Ирака в Кувейт до главы советского государства не дошло предупреждение военной разведки о возможной агрессии Ирака, застрявшее в недрах Минобороны. А ведь ход событий на Ближнем и Среднем Востоке с тех пор мог стать совершенно иным, если бы эта информация добралась до руководства СССР, а оно удержало бы Ирак от попадания в американскую ловушку.

МОНОПОЛИЗМ И ДРУГИЕ ХРОНИЧЕСКИЕ БОЛЕЗНИ

Центральным органам разведки всегда было свойственно стремление подминать под себя другие разведорганы (красноречива история ЦРУ США), чтобы стать монополистом в докладе информации руководству своих стран, иными словами, предлагая безальтернативный принцип «как мы сказали, так и считать». Однако желание организовывать работу в виде централизованных оценок, в том числе национальных и ведомственных, (иногда по правилу «если уж врать, то врать всем одинаково») и подавлять инакомыслие «еретиков» не всегда достижимо. Например, в наш век бывали случаи, когда публиковавшиеся в США министерством обороны и органами ВВС открытые сведения по составу ракетно-ядерных сил Китая отличались друг от друга.

Разведке свойственны хронические болезни (например, просчеты в подборе кадров), в ней временами случается массовая эпидемия (вспомним об обнаружении мифических итальянских кораблей на Черном море в 1941 году), бывают и отдельные вспышки инфекций (разведке скандинавских стран часто чудятся наши подлодки в их водах). Вальтер Шелленберг в книге «Лабиринт» упоминал о том, что какая-то часть работников разведки гитлеровской Германии допускала злоупотребление в виде нарушений в расходе валютного фонда и ведении отчетности, проявляла халатность и нечестность при выполнении своих функций, представляла выдуманную информацию. Острыми шипами для разведки является предательство своих работников. Говоря, что в СССР направлялась дезинформация с 64 радиостанций, Шелленберг умолчал о неспособности разведки Германии выявить место и время вторжения союзников во Францию в 1944 году, в том числе из-за перевербовки немецких агентов англичанами. Говорят, что универсальными лекарями, ведущими профилактику  предательства, нечестности, фальсификации, становятся операторы детекторов лжи. Но кто проверяет на детекторе лжи самих полиграфистов? И как и когда проверять на полиграфе разведчиков, действующих за рубежом страны или за линией фронта?

Военная разведка обязана выявлять не только возможности и намерения противника, условия для ведения боевых действий на различных ТВД, не только военно-политическую обстановку, военный, военно-экономический и военно-технический потенциал оппонентов, исходящую от них угрозу и опасность, но и выявлять слабые места (уязвимости) у врага, в своих ВС, осуществлять целеуказание и определять результаты воздействия своих сил по противнику.

Выявление своих слабых мест (уязвимости) и у противника  не всегда проходит быстро и гладко. Стратегические бомбардировки Германии силами авиации США и Великобритании во Второй мировой войне имели успех лишь тогда, когда союзники  многочисленными пробами нащупали главную слабину немцев и сосредоточили основные усилия на разрушении транспортной структуры и заводов синтетического топлива. Для генерала Рейнхарда Гелена, работавшего в разведке при Гитлере, а позже и в ФРГ, в 1943 году стал откровением вывод, что советские войска при наступлении нацеливались на овладение расположенными недалеко от линии фронта главными базами хранения материальных средств вермахта, захват которых привел бы к параличу в снабжении войск продовольствием, боеприпасами, топливом, новой и восстановленной военной техникой.

НА НОВОМ ЭТАПЕ

Целеуказание включает в себя определение характеристики, места и деятельности цели (цель – это объект для поражения). Разведывательно-информационное обеспечение нашего времени (это постоянное поддержание нужной осведомленности командира о противнике в сфере его боевого пространства) требует почти непрерывного целеуказания по главным объектам. Американцы, например, между обновлением данных о месте наших ПГРК «Тополь» и «Ярс»  прогнозируют их нахождение, основываясь на скорости перемещения пусковых установок между позиционными районами. В тактическом треугольнике «разведчик–командир–стрелок» первый обнаруживает и ведет цель в боевом пространстве, докладывает о ней командиру и стрелку, второй принимает решение и отдает приказ на поражение цели, третий по приказу командира или самостоятельно поражает цель. В региональном конфликте барражировавшая авиация США наносила удары по позициям баллистических ракет противника в срок 10–15 минут со времени их обнаружения космической разведкой. Набор современных средств целеуказания на стратегическом, оперативном и тактическом уровне впечатляет, но не является полным. Еще лет 30 назад военная наука США предсказала, что в будущем в связи с увеличением доли городского населения мира более 50% противоборствующие стороны станут вести боевые действия преимущественно в городах. Американцы первыми предвидели необходимость «революции в военном деле», в том числе в силах и средствах ведения разведки и боя в городах.

Разведка результатов огневого поражения объектов противника сродни целеуказанию. В военной операции против Ирака в 2003 году американцы и их союзники выполнили вылетов на применение оружия во много раз больше, чем вылетов на целеуказание и разведку ударов. В военной операции США и их союзников против сил халифата в Ираке и Сирии в 2014–2016 годах за первые 24 месяца число вылетов боевой авиации на применение оружия стало почти равным числу вылетов на разведку целей и результатов огневого поражения. Как видно, появились тернии в этих областях разведки. Другой пример. 

В западных СМИ уверенно считали, что разведка результатов ядерных ударов по противнику невозможна в условиях обоюдного массированного применения ядерного оружия. Однако помнится, как на учениях СЯС США при отработке действий во всеобщей ядерной войне на запасные органы управления страной и ядерными силами шел непрерывный поток докладов разведки о результатах условной доставки одного или более ядерных боезарядов к каждому из тысяч назначенных эпицентров (намеченных точек прицеливания) на территории противника. Очевидно, что разрыв в оценке возможностей разведки по определению результатов воздействия летальным оружием на слабого или равного противника на практике и в теории существует.

Где находятся границы возможного в разведке? По мнению англичан, во-первых, нет невыполнимой работы для человека, который не обязан выполнять ее сам, во-вторых, важнейшие дела нужно поручать только работникам низового звена. Говоря о пределах реального, стоит вспомнить о неприятных для нас скрытно проведенных в 70-е годы американцами операциях по извлечению техники и документов с советских носителей ядерного оружия – с погибшего в Охотском море бомбардировщика и с затонувшей в Тихом океане подводной лодки.

Аллен Даллес сетовал, что потребитель разведданных не знал, что с ними делать. К таким случаям явно относится, например, бездействие руководства СВ и ВМС США на Тихом океане после получения 27 ноября 1941 года от начальников штабов СВ и ВМС США информации о предстоявшей войне с Японией («враждебные действия возможны в любой момент», «в ближайшие дни ожидаются агрессивные действия Японии»). Силы США не были приведены в готовность, через несколько дней это привело к катастрофе в Пёрл-Харборе. Возмездие японскому флоту последовало через полгода в битве у атолла Мидуэй, успех которой был предопределен дешифровальной службой.

В разведке превосходство дешифровальной службы своей страны над противником позволяло добиваться успехов с меньшими жертвами. Например, во Второй мировой войне США и Великобритания благодаря этому преимуществу сократили свои безвозвратные потери по крайней мере на четверть. Уверенность в стойкости своих систем шифрования подводила не только Германию и Японию. В США уже в 1975 году было заявлено, что «кибернетика коренным образом упростила раскрытие шифров». Позже там же пришли к выводу, что и «в кибернетике убежища не существует».

По утверждению Уинстона Черчилля, «у государства есть два высших обязательства, оба равной важности; одно – предотвратить войну, другое быть готовым к войне в случае ее прихода». Выполнению этих обязательств государством в меру своих возможностей содействует разведка.

Несмотря на все шипы и тернии, разведка остается тем рычагом, с помощью которого потребитель ее разведывательного продукта получает возможность знать, чтобы предвидеть, и предвидеть, чтобы действовать.



Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Власть и оппозиция вступили в пору осеннего оживления

Власть и оппозиция вступили в пору осеннего оживления

Иван Родин

0
877
Германия потеряла русских хакеров

Германия потеряла русских хакеров

Олег Никифоров

В Берлине до последнего момента готовились отражать российские кибератаки

0
2000
Константин Ремчуков. Франция гнет свою линию: Макрон не согласен с Трампом

Константин Ремчуков. Франция гнет свою линию: Макрон не согласен с Трампом

0
6326
Россия будет воевать в Сирии до полной победы

Россия будет воевать в Сирии до полной победы

Олег Одноколенко

Впервые за последние десятилетия геополитика США столкнулась с серьезным силовым противодействием

0
7994

Другие новости

24smi.org
Загрузка...