Раскол героического мира – это высокий эрос

Сергей Шулаков

Иван Есаулов о дореволюционной орфографии, которая более сродственна душе русской

Микроскопически чужие полусущества

Игорь Бондарь-Терещенко

Инга Кузнецова написала роман от лица вируса, который путешествует по телам-носителям

Гонки на квадратных колесах

Ольга Рычкова

Николай Железняк о театре, прозе, Леониде Гайдае и пути из системотехников в завлиты

Пятая роза творила чудеса

Лариса Пушина

Дмитрий Бобышев о прекрасной сложности Ахматовой, своих полифонических поэмах и поисках большого стиля у Иосифа Бродского, Анатолия Наймана и Евгения Рейна

Кто такой Христаради?

Владимир Коркунов

София Агачер об игре в книгу, камере, на которую снимали Ялтинскую конференцию, и о том, кто помог появиться на свет Александру Лукашенко

Простодушный критик

Наталья Рубанова

Сергей Костырко об эстетическом риске в книгоиздании и поиске новых стилистик

Встречались на лестницах и в коммуналках

Илья Плохих

Елена Семенова

Аида Хмелева об андеграундной Москве 1950–1970-х, Ахматовой, опасавшейся показаться немудрой, Мамлееве в кителе и плачах Бродского

Дьявол уже без маски вступил в этот мир

Сергей Шулаков

Анна Евтихиева о Гоголе, который говорил, что никого русские не лучше, а жизнь еще беспорядочней, чем у остальных

Нормальные люди в рифму не разговаривают

Юрий Татаренко

Ганна Шевченко о писателе как о космической мясорубке и Колобке, который стал звездою шоу-бизнеса

Семью семь – сорок девять: глубокий синий и густой белый

Наталья Рубанова

Ольга Балла о том, что человеку лучше жить во всех временах сразу и говорить всеми языками