Милена Фаустова
|
|
Католический миссионер XVI века Маттео Риччи уподобился внешним видом китайским чиновникам – мандаринам. Неизвестный автор. Портрет Маттео Риччи. Начало XVII века |
История взаимоотношений католиков и конфуцианцев насчитывает более 440 лет. Нынешняя конференция готовилась около двух лет. В январе 2024 года ватиканская Дикастерия по межрелигиозному диалогу созвала рабочую группу для разработки принципов и руководящих указаний, касающихся диалога с последователями конфуцианства. Итогом стало окончательное преодоление исторического наследия конфликта XVII века. Было также решено рассматривать и христианство, и конфуцианство не как сталкивающиеся догматические системы, а как «традиции мудрости», которые могут взаимно обогащать друг друга.
На первой встрече, которая проходит в Сеуле с 4 по 5 августа, ученые и религиозные лидеры из 12 стран обсуждают глобальные проблемы современности. Среди них – социальное расслоение и фрагментация общества, экологический кризис и ответственность, выработка общих ценностей в эпоху постмодерна. Особое внимание Святого престола привлекла конфуцианская концепция «добродетельного управления» (Дэ чжэн).
Учение Дэ чжэн формировалось на протяжении нескольких веков в Древнем Китае, а его классический вид был разработан мыслителем Конфуцием, жившим в 551–479 годах до н.э. В главном трактате конфуцианства «Лунь Юй» («Беседы и суждения») есть такая метафора: «Правящий с помощью добродетели подобен Полярной звезде, которая занимает свое место, в то время как другие звезды созвездий вращаются вокруг нее». Она означает, что истинный лидер должен вести за собой людей не силой или страхом, а личным примером высокой морали и справедливости, вокруг которого естественно объединяется общество. При Святом престоле увидели параллели между конфуцианским Дэ чжэн и социальным учением Католической церкви. Например, конфуцианский идеал общества Великой гармонии, единения (Датун), где правитель служит интересам всех, созвучен католическому понятию общего блага (Bonum commune), согласно которому государство должно создавать условия для духовного и материального процветания каждого человека. Папа Римский Лев XIV и предыдущий понтифик, Франциск, неоднократно подчеркивали, что политика – это «одна из высочайших форм милосердия, потому что она ищет общее благо».
Социальное учение Католической церкви было разработано и провозглашено при папе Льве XIII (1810–1903), одним из ведущих архитекторов этой концепции можно назвать иезуитского миссионера Маттео Риччи (1552–1610). Последнего до сих пор уважают в Китае и называют там Ли Мадоу, то есть «тот, кто приносит благо, обладает добродетелью чистой яшмы и служит вратами к глубокой мудрости».
Маттео Риччи родился в итальянском городе Мачерата в зажиточной семье. В 16 лет решил посвятить себя церкви и отправился в Рим. В 1571 году вступил в Орден иезуитов. В 1577 году Риччи вызвался поехать в качестве миссионера в Азию. После четырех лет в Индии (Гоа) в 1582 году его отправили на служение в Китай, который тогда был полностью закрыт для иностранцев. Риччи понял, что силой или агрессивной проповедью ничего не добиться, и избрал стратегию «культурного приспособления» (аккультурации).
Сначала он стал брить голову и носить облачение буддийских монахов, думая, что так его лучше примут. Позже, поняв, что реальная власть и интеллектуальное влияние в стране принадлежат конфуцианской элите (мандаринам), Риччи отрастил бороду, надел шелковые одежды конфуцианского ученого и стал цитировать древние китайские каноны по памяти. Впрочем, доверие китайской элиты миссионер завоевал вовсе не Библией, а европейскими технологиями, которые он преподносил как подарки высокопоставленным чиновникам.
До 1601 года Риччи несколько раз пытался попасть в Пекин, но его высылали обратно. Ситуацию полностью изменили два экземпляра европейских механических часов, которые Риччи преподнес в качестве даров императору Ваньли. Считается, что именно благодаря подарку миссия иезуитов стала в Китае успешной. Механические часы эпохи Возрождения были сложными и капризными устройствами. Через несколько дней после доставки они остановились. Ни один китайский мастер не понимал, как устроен этот механизм с пружинами и шестеренками. Император был расстроен, и Маттео Риччи вместе с соратником Диего де Пантохой были срочно вызваны во дворец для ремонта. Риччи не просто завел часы, а обучил четырех доверенных евнухов императора искусству ухода за ними.
В результате Риччи получил официальный статус придворного мастера и постоянный пропуск во дворец. Император назначил ему и его миссии пожизненное государственное содержание из казны. Миссионеры получили право жить в Пекине, что ранее было строго запрещено иностранцам. Риччи также составил первую подробную карту мира на китайском языке. Чтобы не задеть гордость китайцев, считавших свою страну центром мира, он хитро расположил Китай в самом центре карты, но открыл им глаза на существование других континентов и океанов. Вместе с китайским ученым Сюй Гуанци перевел на китайский язык первые шесть книг «Начал» Эвклида и продемонстрировал, что европейские методы расчета солнечных затмений точнее китайских, что было важно для императорского календаря.
Риччи написал несколько книг на китайском языке. Самая известная – катехизис «Подлинное значение Небесного Господа» (Тяньчжу шии), в котором он доказывал конфуцианцам, что христианский Бог – это тот самый Шан-ди (Верховный владыка), или Тянь (Небо), о котором писали древние китайские мудрецы до того, как конфуцианство «исказилось» неоконфуцианским материализмом. Риччи крестил сотни высокопоставленных китайских чиновников, включая трех ключевых министров Сюй Гуанци, Ли Чжицзао и Ян Тинъюнь, которых позже прозвали «тремя столпами китайского католицизма».
Установившееся доверие между последователями Конфуция и католиками было разрушено, когда в Китай прибыли миссионеры других католических орденов – францисканцы и доминиканцы. Последние обвинили иезуитов в потакании язычеству и идолопоклонству. Главным камнем преткновения для новых миссионеров стали два конфуцианских ритуала. Первый – почитание предков: традиционные поклоны перед табличками с именами умерших родственников. Второй – почитание Конфуция в виде официальных церемоний в честь философа, обязательных для всех чиновников империи. Иезуиты доказывали, что это лишь гражданские акты уважения и сыновней почтительности. Доминиканцы же видели в этом грех. Их поддержали в Ватикане. Конфликт перешел на межгосударственный уровень и закончился крахом миссии.
В 1704 и 1715 годах папа Климент XI издал буллы, строго запрещающие католикам участвовать в конфуцианских обрядах и использовать традиционные китайские имена Бога. В ответ цинский император Канси заявил, что европейцы ничего не смыслят в китайской культуре. В 1721 году он запретил христианскую проповедь в Китае. В 1742 году папа Бенедикт XIV окончательно закрепил запрет на обряды, потребовав от миссионеров давать специальную присягу. Католические миссии в Китае были разгромлены, а христианство ушло в подполье более чем на век. Лишь в 1939 году папа Пий XII отменил все прошлые запреты. Католическая церковь официально признала, что почитание Конфуция и предков носит культурный и гражданский, а не религиозный характер.
То, почему нынешняя историческая конференция католиков и конфуцианцев проходит в Южной Корее, а не в КНР, объясняется несколькими факторами. В последние годы Пекин проводит политику «китаизации», когда все религиозные организации страны обязаны подчиняться Коммунистической партии Китая и адаптировать свои догмы под социалистические ценности. Конфуцианство хоть и поддерживается властями, но лишь в качестве светской патриотической и этической платформы, а потому любые независимые международные религиозно-философские альянсы вызывают у чиновников подозрение. Да и отношения между Святым престолом и Пекином до сих пор остаются сложными. Несмотря на то что с 2018 года действует Временное соглашение о назначении епископов, в котором Ватикан признал и принял в лоно церкви всех епископов, которые ранее были назначены Пекином без мандата Рима, Китай периодически нарушает условия сделки. Например, в 2022–2023 годах власти страны в одностороннем порядке переводили и назначали епископов в новые епархии без одобрения Ватикана, что вызывало официальные протесты Святого престола.
Южная Корея в этом смысле представляет удобную площадку для диалога. С одной стороны, согласно демографическим базам данных (World Religion Database), именно здесь проживает самое большое в мире число людей, открыто идентифицирующих себя как конфуцианцы (более 5,6 млн против 1,7 млн в КНР). В то же время, согласно официальному ежегодному отчету Конференции католических епископов Кореи, в стране насчитывается более 6 млн католиков. Здесь служат 5 797 священнослужителей, включая двух кардиналов и 37 епископов. При этом более 5 тыс. из них – этнические корейцы.
В августе 2027 года в Сеуле пройдет 36-й католический Всемирный день молодежи. Ожидается, что мероприятие посетит папа Лев. В последние годы в стране сложился уникальный демографический парадокс: взрослые люди осознанно принимают католицизм рекордными темпами. Отношение крещений взрослых к младенцам составляет 4 к 1.
