0
3967
Газета Концепции Интернет-версия

08.06.2012

Саммит НАТО в Чикаго: векторы трансформации альянса

Александр Бартош

Об авторе: Александр Александрович Бартош - член-корреспондент Академии военных наук, директор информационного центра по вопросам международной безопасности при Московском государственном лингвистическом университете.

Тэги: нато, сша, про, ес


нато, сша, про, ес Чествование военных в конференц-центре McCormick Place.
Фото Reuters

Специфика трансформации НАТО как одного из ключевых институтов обеспечения международной безопасности в условиях глобализации определяется классической триадой факторов (детерминант) «политика–экономика–идеология», которые находятся между собой в тесной взаимосвязи. При этом детерминанта (от англ. determinant – решающий) понимается как ключевой, системообразующий фактор, обуславливающий то или иное явление и способный оказывать влияние на политические, военные, экономические, идеологические и другие преобразования. На различных этапах реформирования организации Североатлантического договора удельный вес каждой детерминанты был разным.

РЕШАЮЩИЕ ФАКТОРЫ МИРОВОГО РАЗВИТИЯ

В этом контексте решения 25-го саммита НАТО в Чикаго 20–21 мая 2012 года были продиктованы совокупностью нескольких групп детерминант как имеющих долговременный характер и глобальное географическое измерение, так и носящих кратко- и среднесрочный характер и действующих в национальных или региональных масштабах.

Детерминанты первой группы связаны с упоминавшимися во многих документах альянса угрозами и вызовами планетарного масштаба, такими как изменение климата, дефицит пресной воды, угрозы голода и пандемий, энергетические проблемы.

К этому типу относятся и угрозы, исходящие от несостоявшихся государств, от растущего разрыва между богатым Севером и бедным Югом. Глобальное влияние перечисленных угроз ощущается практически в каждом из принятых саммитом документов.

Более конкретным и очевидным можно считать влияние на решения о дальнейшей трансформации НАТО детерминантов второй группы. К ним можно отнести последствия изменения баланса сил в постбиполярную эпоху: распад СССР и временное ослабление России, расширение и глобализация НАТО, операции альянса на Балканах, в Афганистане и Ливии, развитие программы развертывания глобальной ПРО, консолидация стратегического партнерства НАТО–ЕС, укрепление США как единственной сверхдержавы, рост экономической и военной мощи Китая и Индии, смещение вектора экономической и финансовой активности из евроатлантического региона в АТР, продолжающийся рост угрозы международного терроризма, распространения ОМУ, усиление национализма и исламского фундаментализма.

Неопределенность в задачу выбора содержания и динамики направлений трансформации вносят трудно предсказуемые детерминанты кратко- и среднесрочного характера, действующие в национальных или региональных масштабах и связанные с возможными изменениями политических режимов, локальными или внутренними конфликтами.

Важная детерминанта трансформации – формирование собственной (отличающейся от международно-признанной практики) позиции НАТО по использованию военной силы для урегулирования конфликтов. Налицо растущее пренебрежение к существующим нормам международного права и связанное с этим снижение роли институтов обеспечения международной безопасности, прежде всего ООН.

ТРИ ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ ФОРУМА

Перечисленная совокупность факторов и определила три главные темы встречи на высшем уровне: выполнение обязательств Североатлантического союза в Афганистане в течение передачи ответственности и после нее; обеспечение альянса силами и средствами, необходимыми для реализации трех базовых установок стратегической концепции альянса: совершенствование коллективной обороны за счет укрепления военного потенциала блока; наращивание возможностей по решению задач кризисного урегулирования в глобальном масштабе; укрепление безопасности на основе сотрудничества, включая расширение глобальных партнерских связей НАТО.

В развитие заявленных тем союзники приняли ряд документов:

– Итоговая декларация саммита;

– Декларация по Афганистану;

– Обзор состояния обороны и сдерживания;

– Декларация об оборонных возможностях: движение к ОВС НАТО-2020;

– Политическая директива по борьбе с терроризмом.

Афганистан. В итоговом документе и в специальной декларации детализированы обязательства по оказанию поддержки Афганистану после 2014 года, когда будет полностью осуществлена поэтапная передача ответственности за обеспечение безопасности страны от войск ИСАФ афганским вооруженным силам. Считается, что реализация намеченного даст надежную гарантию от превращения Афганистана вновь в базу глобального терроризма. С этой целью предусмотрен ряд практических шагов:

– поддержка мер правительства Афганистана по стабилизации политической ситуации и поддержке социального и экономического развития страны;

– до 2014 года командование НАТО будет осуществлять плавный переход от использования военного контингента в боевых операциях к решению задач подготовки национальных сил страны, численность которых планируется довести до 228 500 военнослужащих при годовом бюджете 4,1 млрд. долл.

Собственно, участие военных США и НАТО в боевых операциях уже сейчас существенно сократилось. Что касается реальных шагов по поддержке социального и экономического развития Афганистана, то здесь главным спонсором будут выступать США в рамках недавно подписанного президентами Бараком Обама и Хамидом Карзаем договора о стратегическом партнерстве. Именно этот договор и призван регулировать взаимоотношения между Вашингтоном и Кабулом после вывода из ИРА части американских и всех натовских войск в 2014 году. Не очень-то полагаясь на боеспособность афганской армии, американцы вплоть до 2024 года обязались сохранить в Афганистане около 20 тыс. военнослужащих. На них и будут возложены задачи контроля и обучения афганских силовиков, а также роль советников, а то и прямых участников операций против боевиков «Аль-Каиды» и «Талибана».

В решениях саммита по Афганистану ясно просматривается стремление США использовать НАТО для распространения своего влияния в республиках Средней Азии одновременно с вытеснением России из этого региона. Кроме того, этот фактор приобретает стратегический размах в контексте планов Вашингтона по упрочению влияния не только на Афганистан, но и на Пакистан, Иран и в определенной степени на Китай и Индию.

Другие страны. Никаких подвижек в традиционно негативной позиции НАТО по отношению к сотрудничеству с ОДКБ не произошло. Альянс продолжает рассматривать ОДКБ как препятствие для реализации планов Вашингтона и Брюсселя по фиксированию своего военного присутствия в центральноазиатском регионе и, делая ставку на раскол Организации, стремится решать все вопросы в отдельности с каждой из стран. Определенным сдерживающим фактором для продвижения планов альянса является недавнее решение государств ОДКБ об обязательном согласии всех стран-участниц на размещение иностранной военной базы на территории одной из них. Однако делаются попытки расшатать единство ОДКБ другими способами, например, путем предложения отдельным государствам льготных условий на приобретение в странах альянса оружия и военной техники, строительство объектов инфраструктуры, обучение специалистов силовых структур.

Руководители НАТО рассмотрели новые шаги по расширению сети партнерства и активизации деятельности партнеров в рамках различных проектов и программ альянса: СЕАП-ПРМ, Стамбульская инициатива, Средиземноморский диалог. Намечены и новые шаги. Например, в контексте планов Вашингтона по переносу центра тяжести интересов из евроатлантического ареала в азиатско-тихоокеанский подписана совместная политическая декларация о взаимодействии между НАТО и Австралией. Получили дополнительные заверения о неминуемом приеме в НАТО Грузия, ряд балканских государств. Поддержали сторонников НАТО в Украине и в Сербии.

ЕВРОПА БЕЗ РОССИИ

Ведущее место в работе саммита было отведено совершенствованию возможностей блока по обеспечению коллективной обороны и эффективному реагированию на кризисные ситуации в любом регионе мира. Признавая отсутствие прямой угрозы нападения на страны НАТО с применением обычных средств, руководители альянса выразили озабоченность наращиванием угроз, связанных с кибертерроризмом, нехваткой жизненно важных ресурсов, опасностью нарушения энергопоставок, терроризмом, пиратством, распространением ОМУ и средств его доставки, а также угроз от несостоявшихся государств. В этих условиях признано необходимым опираться на соответствующий комплекс возможностей НАТО, включающий ядерную, обычную и противоракетную составляющие.

Получил подтверждение известный постулат НАТО о ключевой роли ядерного оружия США, Великобритании и Франции в политике сдерживания и обороны альянса наряду с обычными силами и системой ПРО. Одновременно комитетам НАТО была поставлена задача разработать концепцию по взаимным обязательствам государств – членов Группы ядерного планирования на случай, если альянс решит уменьшить опору на тактическое ядерное оружие, дислоцированное в Европе.

Было объявлено о достижении промежуточной оперативной готовности системы европейской противоракетной обороны. Это означает, что НАТО уже располагает системами командования и контроля, а также согласованными правилами, по которым будут интегрироваться воедино активные и пассивные средства ПРО, предоставленные США и союзниками. При этом отсутствие у блока реальных возможностей в этой области вынуждает создавать ПРО на базе европейского сегмента глобальной системы противоракетной обороны США, а также использовать для решения данной задачи силы и средства объединенной системы ПВО НАТО.

Прозвучали ритуальные заверения о ненаправленности системы ПРО против России, сотрудничеству с которой придается стратегическое значение. В рамках взаимодействия в сфере ПРО нашей стране предложено развернуть совместный Центр обмена данными о ракетных угрозах (NATO-Russia Missile Data Fusion Centre) и Центр оперативного планирования (Joint Planning Operations Centre).

Россию вновь призвали сократить тактическое ядерное оружие. При этом традиционно оставили за скобками наши озабоченности, связанные с наличием у НАТО мощного потенциала высокоточных средств поражения морского и воздушного базирования.

ПРАВО НА ДИКТАТУРУ СИЛЫ

Платформой для дискуссий и решений о совершенствовании обычной составляющей военного потенциала альянса послужила известная инициатива «Разумной обороны» (Smart Defence), нацеленная на поиск разумного компромисса между требованиями адаптации вооруженных сил к современным условиям и финансовыми ограничениями, накладываемыми мировым финансово-экономическим кризисом. В ходе дискуссии магистральными направлениями наращивания военного потенциала альянса были признаны следующие: расширение внутриблоковой кооперации, чему будет способствовать совместное финансирование НИОКР, увеличение расходов на закупку оружия и военной техники и их эксплуатацию, а также объединение ресурсов в процессе обеспечения группировок войск на удаленных ТВД. При этом важным фактором формирования новых концептуальных установок стало стремление США и НАТО не только сохранить за блоком роль гаранта стабильности в евроатлантической зоне, но также подтвердить правомерность его претензий на силовое вмешательство в других регионах мира.

Намечено продолжить дальнейшую оптимизацию существующей структуры органов управления ОВС НАТО; повышение уровня боевой готовности, укомплектованности и стратегической мобильности национальных и коалиционных войск, в первую очередь Сил первоочередного задействования НАТО (СПЗ); наращивание их экспедиционных возможностей; сократить существенный технологический разрыв между США и остальными союзниками, а также между ведущими европейскими странами и новыми членами блока; закрепить ведущие позиции стран блока в сфере высоких технологий и информационного обеспечения. Ожидается, что предпринятые шаги повысят способность ОВС НАТО адекватно и своевременно реагировать в интересах нейтрализации упомянутых выше угроз.

ШТАБЫ НА МАРШЕ ОПТИМИЗАЦИИ

В целом принятые документы являются дальнейшим развитием утвержденного в ноябре 2010 года «Перечня первоочередных потребностей НАТО», в котором в качестве приоритетных направлений повышения военных возможностей альянса предусматривает: создание новых интегрированных автоматизированных систем управления, связи и разведки; наращивание экспедиционных возможностей ОВС блока; формирование противоракетного потенциала; повышение уровня защиты информационной инфраструктуры; улучшение технической оснащенности ВС за счет широкого применения высокоточного вооружения; внедрение современных подходов к материально-техническому обеспечению войск.

Особое внимание было уделено реализации планов строительства ОВС НАТО-2020 за счет последовательного проведения мероприятий по оптимизации командно-штабной структуры и системы рабочих органов блока, что предполагает существенное сокращение их штатной численности и совершенствование методов деятельности.

К намеченному на 2016 год завершению строительства нового корпуса штаб-квартиры альянса предполагается пересмотреть распределение обязанностей между Международным секретариатом и Международным военным штабом НАТО, сократить ставшие ненужными структуры и снизить затраты на содержание. До 2015 года в Европе предполагается построить и модернизировать не менее девяти крупных административно-штабных комплексов, предназначенных для размещения коалиционных органов управления.

Новая командно-штабная структура к 2014 году будет включать вместо 11 только семь постоянно развернутых органов управления, а их штатная численность сократится с 13 тыс. до 8950 человек. В целях сохранения необходимых оперативных возможностей системы управления ОВС НАТО и снижения затрат коалиционного бюджета предполагается часть функций по управлению войсками (силами) при проведении операций тактического уровня передать национальным и многонациональным командованиям и штабам.

Будет реализована глубокая перестройка системы специализированных агентств блока, которые занимаются вопросами совместной разработки, производства и обслуживания оружия и военной техники. К июлю 2012 года вместо 14 действующих агентств НАТО будут сформированы три новых, что позволит значительно сократить их штатную численность и на 20% снизить расходы на их содержание.

В целях оптимизации структуры специализированных учреждений блока принято решение сформировать агентство по закупкам (Рrocurement Аgency), агентство по техническому обеспечению (Agency for Support) и агентство по связи и информации (Communication and Information Agency). При этом вспомогательные подразделения всех перечисленных организаций предусматривается интегрировать в единый отдел совместных служб (Office of Shared Services).


Полиция преградила путь антивоенному маршу в Чикаго.
Фото Reuters

СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ И ВОЕННЫЕ РЕСУРСЫ

В русле стратегического планирования развития организации завершается программа реформирования системы управления ресурсами НАТО (программы, финансовый и информационный менеджмент, учет и контроль).

Важным этапом совершенствования разведывательно-информационного компонента НАТО станет Система воздушного наблюдения за наземной обстановкой Air Ground Surveillance, AGS), в рамках которой на военно-морской базе на Сицилии будет размещен комплекс управления восемью беспилотными летательными аппаратами дальнего действия «Глобал Хок» (Global Hawk RQ-4B).

Проект включает в себя наземные станции, главный операционный центр, программное обеспечение и многие другие элементы. Система предназначена для наблюдения за миссиями стран альянса в таких далеких от Средиземноморья странах, как Афганистан, а также помощи флотам НАТО в борьбе с пиратством у берегов Сомали, в Аденском заливе, на Балканах и во многих других операциях. Система позволит странам – участницам проекта получать радарные сигналы с беспилотных летательных аппаратов, которые могут быть преобразованы в изображения. Беспилотники могут отслеживать движущиеся цели и менять масштаб изображения, предоставляя наиболее полную информацию о происходящем на земле. Использовать систему можно не только в военных, но и в гражданских целях.

В рамках реализации концепции предполагается осуществить ряд мероприятий по защите информационной инфраструктуры стран-участниц от компьютерных атак. Планы обеспечения безопасности информации предусматривают запуск к началу 2013 года централизованной системы предупреждения о компьютерных атаках и реагирования на киберугрозы.

Новый импульс придан процессу приведения степени боеготовности формирований ВС стран альянса в соответствие с предъявляемыми руководством НАТО требованиями к их способности в установленный срок приступить к решению задач в любом регионе мира. Так, государства – участники блока приняли на себя обязательства подготовить для действий на удаленных ТВД не менее 50% всех формирований национальных сухопутных войск. При этом 8% по запросу руководства блока должны быть выделены в подчинение командований ОВС НАТО для задействования в текущих операциях, а также в составе резервных или дежурных сил альянса.

Серьезное внимание было уделено основному компоненту ОВС блока, предназначенному для оперативного применения в интересах урегулирования конфликтов и решения специальных задач по противодействию террористическим угрозам – Силам первоочередного задействования (СПЗ) НАТО.

Снижены нормативы по срокам развертывания резервного компонента. Изменены также требования к тыловому обеспечению действующих группировок СПЗ. С учетом новых подходов к их комплектованию и применению в районе проведения операции должны содержаться запасы материальных средств на 17 суток боевых действий вместо предусмотренных ранее 30 суток. Одновременно европейские страны НАТО осуществляют ряд совместных программ, обеспечивающих повышение стратегической мобильности войск.

В соответствии с этими планами семь государств – членов НАТО (Бельгия, Великобритания, Германия, Испания, Люксембург, Турция и Франция) намерены до 2021 года закупить для национальных ВВС около 180 широкофюзеляжных военно-транспортных самолетов А400М производства европейского авиастроительного концерна EADS.

В рамках совместной программы «Стратегические воздушные переброски» десять стран альянса (Болгария, Венгрия, Литва, Нидерланды, Норвегия, Польша, Румыния, Словения, США и Эстония) заключили соглашение о создании коалиционного формирования стратегической военно-транспортной авиации. Проведены мероприятия по подготовке инфраструктуры авиабазы «Папа» ВВС Венгрии для базирования трех военно-транспортных самолетов С-17А «Глоубмастер-3», приобретенных в 2009 году у корпорации «Боинг» и военно-воздушных сил США на условиях коллективной аренды.

До 2020 года планируется значительно расширить парк самолетов транспортно-заправочной авиации (ТЗА) и увеличить их технические возможности. Потребности ОВВС НАТО оцениваются в 240 самолетов-заправщиков.

Предусмотрено также формирование дополнительного комплекта средств морских перевозок, включающего суда большой грузоподъемности. Эти шаги, пожалуй, наиболее рельефно демонстрируют нацеленность НАТО на повышение стратегических параметров проецирования силы в глобальных масштабах.

Намечены дальнейшие шаги по реализации «Стратегии НАТО в области тылового обеспечения на 2007–2016 годы» за счет внедрения единых стандартов тылового обеспечения, реорганизации системы управления и структуры органов тыла, создания юридической и материальной базы для обеспечения поддержки войск принимающей страной.

ПОДГОТОВКА ТЕАТРОВ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

Представляют интерес подходы альянса по созданию коалиционных структур постконфликтного восстановления (так называемых сил стабилизации и обеспечения), которые должны включать военный и гражданский компоненты. В их задачи будет входить закрепление достигнутых в ходе боевых действий результатов, в том числе поддержание правопорядка, восстановление инфраструктуры, оказание помощи местным органам власти в формировании государственных структур, проведение гуманитарных операций.

В составе военного компонента предполагается иметь специально подготовленные формирования бригадного уровня, куда войдут части и подразделения военной полиции, разведки, инженерных войск, материально-технического обеспечения, психологических и информационных операций.

Гражданский компонент должен включать команды (подразделения) специалистов в области военного и административного управления, юстиции и правосудия. Главной задачей этих подразделений станет оказание содействия национальным органам управления в процессе строительства институтов государственной власти, прежде всего силовых структур, обучения и подготовки кадров, поддержания правопорядка и борьбы с преступностью.

Будет продолжена заблаговременная подготовка территорий стран-участниц прежде всего прибалтийских и восточноевропейских государств в целях создания необходимых условий для эффективного развертывания группировок войск в угрожаемый период. С этой целью в НАТО разработан долгосрочный план развития инфраструктуры, рассчитанный до 2030 года. В соответствии с ним основные усилия предполагается направить на решение вопросов совершенствования объектов, обеспечивающих надежное управление войсками в мирное и военное время; модернизацию инфраструктуры ОВВС и ОВМС путем расширения существующих авиационных и военно-морских баз, аэродромов и портов; организацию надежной системы материально-технического обеспечения вооруженных сил.

Напомним, что в состав комплекса сил и средств включают и совокупность объектов инфраструктуры, которые в сочетании с войсками дают возможности командующему ОВС НАТО создавать определенный военный потенциал, необходимый альянсу для проведения операций. Финансирование таких объектов инфраструктуры осуществляется как из бюджета НАТО, так и из национальных источников. Эта стратегия состоит из трех основных элементов. Во-первых, существенный пакет многонациональных проектов для решения проблемы нехватки критически важных сил и средств. Во-вторых, рассчитанные на более длительную перспективу многонациональные проекты, в том числе противоракетная оборона, развитие инфраструктуры, система НАТО по наблюдению за наземной обстановкой и патрулирование воздушного пространства. И, в-третьих, стратегические проекты на 2020 год в таких областях, как объединенная разведка, наблюдение, рекогносцировка и дозаправка в воздухе.

НАТОЦЕНТРИЗМ И НОВЫЙ МИРОВОЙ ПОРЯДОК

Таким образом, решения саммита придают новый импульс формированию глобальной натоцентристской модели обеспечения международной безопасности при теневом доминировании в ней США. Не вызывает сомнения, что подобные шаги имеют в своей основе целенаправленное разрушение сложившегося в течение послевоенных десятилетий миропорядка, вытеснение ООН и других международных организаций на обочину мирового политического процесса, стремление НАТО во главе с ее лидером – США выйти на первые роли в определении глобальной политики (для евроатлантического региона это уже можно считать свершившимся фактом), в установлении «нового мирового порядка». Идет глобализация политики натоцентризма, ее распространение далеко за пределы Европы, включая проецирование военной силы, по сути, в любом регионе мира и не обязательно с санкции Совета Безопасности ООН. Даже по такой жизненно важной для себя проблеме, как афганская, альянс отказывается от сотрудничества с ОДКБ только потому, что такое сотрудничество возможно лишь на основе равноправия, а к этому НАТО не готова. Таким образом, НАТО как самый мощный региональный военно-политическим союз проявляет весьма умеренную склонность к кооперативному поведению. Само существование НАТО уже предполагает наличие разделительных линий на европейском пространстве. А это создает серьезные проблемы при формировании новой региональной (в Европе) и глобальной системы безопасности.

По оценке МИД Российской Федерации: «Не Россия подвергает испытанию всю нынешнюю архитектуру европейской безопасности, системные дефекты которой очевидны, и прежде всего это натоцентризм. Натоцентризм, по определению, отрицает создание подлинного универсального механизма коллективной безопасности в евроатлантике».

Очередные шаги по формированию натоцентристской модели обеспечения глобальной безопасности при доминирующей роли США были сделаны на очередном саммите НАТО в Чикаго с упором на повышение роли силового инструмента при решении многих стратегических задач такого лидерства. Именно на это нацелены планы развития ОВС НАТО до 2020 года, которые охватывают широкий круг мероприятий организационного и военно-технического характера, предусматривающих адаптацию коалиционного военного потенциала к решению задач по урегулированию кризисов за пределами зоны ответственности блока.

Кроме того, наряду с решением комплекса самостоятельных задач НАТО планируется использовать в качестве глобальной объединяющей структуры для региональных организаций кооперативной безопасности, включая НАТО–ШОС, НАТО – с отдельными странами ОДКБ (пока в рамках взаимодействия по Афганистану), а также прямые связи НАТО – Китай, Япония, Индия, Австралия. В этих же целях предусматривается дальнейшее развитие стратегического партнерства НАТО–ЕС, совершенствование легитимной правовой базы отношений НАТО – ООН и ОБСЕ.

В этих условиях, планируя развитие отношений с нашими западными партнерами, нельзя рассчитывать на изменение позиции Вашингтона и Брюсселя без неотложного наращивания возможностей для решительной реакции России по всему спектру отношений с ними. Без этого подвижек не дождемся. Способность альянса неуклонно придерживаться заявленной линии без какого-либо учета интересов России (и любых других стран, политический, экономический и военный потенциал которых уступает соответствующим возможностям альянса) подтверждается всей историей отношений России и НАТО.

Нужна многоплановая работа, нужны безотлагательные действия в рамках подготовки достойного ответа на брошенный нам вызов. В этом контексте можно говорить о пересмотре Россией договоров и соглашений, ограничивающих ее деятельность в военной сфере (это и Договор по СНВ, инициативы по тактическому ядерному оружию, меры доверия и обмену информацией). Наращивать усилия по созданию и внедрению в войска современных систем оружия и военной техники, гиперзвуковых систем, систем оружия на новых физических принципах. Разработать меры экономического характера. Укреплять отношения в рамках ОДКБ и ШОС, формировать реальный силовой потенциал обеих организаций, находить для России новых союзников и партнеров. Отношения между Россией и НАТО должны быть осмыслены в рамках соответствующей концепции, о необходимости подготовки которой говорилось еще в 1997 году.

Вашингтону и Брюсселю должен быть послан четкий сигнал о неотвратимости возвращения к периоду взаимных подозрений и нестабильности, если не будут учитываться элементарные и законные требования России в области безопасности. Наши партнеры должны понять, что развитие ситуации по предложенному ими тракту неминуемо осложнит и без того непростую политическую и финансово-экономическую обстановку в мире.

При этом обе стороны должны четко представлять, что хотя путь к взаимопониманию, который предстоит совместно пройти России, США и НАТО, будет нелегким, альтернативы ему нет.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Московских курильщиков стараются избавить от смертельной опасности

Московских курильщиков стараются избавить от смертельной опасности

Степан Гроздев

В столице можно бесплатно обследовать состояние органов дыхания в рамках акции по борьбе с хронической обструктивной болезнью легких

0
571
Губернатор Фургал опирается в парламенте на брата

Губернатор Фургал опирается в парламенте на брата

Иван Родин

В Хабаровском крае продолжается выяснение отношений между ветвями власти

0
834
Додон хочет стать "молдавским Путиным"

Додон хочет стать "молдавским Путиным"

Светлана Гамова

Республика меняет парламент на президента

0
1488
Московская область поделится опытом с лидерами молочной индустрии

Московская область поделится опытом с лидерами молочной индустрии

Георгий Соловьев

На международном отраслевом форуме в регионе обсудят цифровизацию, импортозамещение и создание перерабатывающих кластеров

0
516

Другие новости

Загрузка...
24smi.org