0
4059
Газета Концепции Интернет-версия

31.08.2018 00:01:00

Туман гибридной войны

Неопределенности и риски в современных военных конфликтах

Александр Бартош

Об авторе: Александр Александрович Бартош – член-корреспондент Академии военных наук.

Тэги: гибридная, война, даль, неопределенность, терроризм, хейл, клаузевиц, макнамара, сахель, центральная азия, теория, ведущие державы, ресурсы


гибридная, война, даль, неопределенность, терроризм, хейл, клаузевиц, макнамара, сахель, центральная азия, теория, ведущие державы, ресурсы Неопределенность является важной сущностной характеристикой войн в целом, гибридных – в особенности. Фото с сайта www.dvidshub.net

Неопределенности и риски всегда были неотъемлемым атрибутом войны. Однако трансформация военных конфликтов современности изменила характер этих категорий, придала им новое, ранее не виданное содержание. В классическом конфликте, например, все силы разведки, талант полководца были направлены на то, чтобы определить, где, когда и какими силами противник нанесет главный удар. Стратегии гибридной войны (ГВ) как многомерного конфликта не предусматривают нанесения главного и вспомогательных ударов по противнику, они построены на иных принципах.

ГЕНЕЗИС ТЕРМИНА

Неопределенности и риски, формирующие «туман войны или туман неизвестности», присущи войнам вообще, особенно они проявляются в гибридных конфликтах, построеных на искусстве введения противника в заблуждение, в умелом сокрытии применяемых технологий и целей собственных действий. Здесь уместно привести одно из определений понятия «туман» из словаря Владимира Даля: «…покрывать туманом; застить, не давая ясно видеть, показывать в тумане; омрачать; морочить; плутовать».

Термин «туман гибридной войны» (англ. Fog of hybrid warfare) предлагается использовать в широком смысле для характеристики неопределенностей и рисков, связанных с неточным знанием планов и намерений противника, трудностями определения состава сил и средств, занимаемых ими позиций на театре действий ГВ, воздействием факторов «трения» и «износа» войны, а также феноменом «взаимообращения войны». О своеобразном «тумане неизвестности» говорил Карл фон Клаузевиц в работе «О войне».

Он отмечал, что «война – область недостоверного: три четверти того, на чем строится действие на войне, окутано туманом неизвестности, и, следовательно, чтобы вскрыть истину, требуется прежде всего тонкий, гибкий, проницательный ум… Недостоверность известий и постоянное вмешательство случайности приводят к тому, что воюющий в действительности сталкивается с совершенно иным положением вещей, чем ожидал; это не может не отражаться на его плане или по крайней мере на тех представлениях об обстановке, которые легли в основу этого плана». Заметим, что используемое здесь понятие «туман неизвестности» находится в логической связи с введенным фон Клаузевицем в военную теорию фундаментальным понятием «трение» войны.

Военный теоретик не говорил буквально о «тумане войны», а использовал несколько близких метафор, таких как «сумерки» или «лунный свет» для того, чтобы описать отсутствие ясности. При этом в нескольких случаях «туман» характеризовался им как метеорологическое явление, затрудняющее наблюдение за полем боя. Однако «туман неизвестности или неопределенности» он рассматривал наряду с другими факторами войны, такими как опасность, напряжение, страдания, удача, решимость.

В 1896 году буквальный термин «туман войны» получил свое первое определение в одноименной работе британского полковника Лонсдейла Хейла: «Состояние неведения, в котором командующие часто сталкиваются относительно реальной численности и местонахождения не только их врагов, но также и дружественных сил».

Мнения современных специалистов о «тумане войны» отражены, например, в американском документальном фильме «Туман войны: одиннадцать уроков из жизни Роберта С. Макнамары» (2003). В этом фильме бывший министр обороны США рассказывает о своих наблюдениях и выводах, связанных с особенностями современной войны и сопровождающих ее неопределенностями и рисками.

Впрочем, при всей значимости перечисленных и некоторых других работ следует признать, что пока нет системного исследования феномена «тумана войны».

РИСК КАК СЛЕДСТВИЕ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ В ГИБРИДНОЙ ВОЙНЕ

Гибридная война – это новый способ и новая концепция ведения войны, которая быстро развивается и демонстрирует необходимость пересмотра классических военных методов при прогнозировании и планировании как наступательных, так и оборонительных стратегий. Одной из первоочередных задач на международном и национальном уровнях является разработка правовой основы для противостояния ГВ, что требует применения многодисциплинарного и всеобъемлющего подхода при разработке новых правовых рамок для борьбы с гибридными угрозами.

Сегодня целенаправленно формируются целые театры действий ГВ, которые территориально охватывают стратегически важные районы в Восточной Европе, Арктике, Закавказье, на Украине и вдоль так называемой кризисной дуги, охватывающей пространство от Сахеля до Центральной Азии. При этом нелинейный характер ГВ способствует высокой скорости перерастания конфликта от ограниченных масштабов к глобальным, что обусловливает высокие значения и сложность прогнозирования рисков.

Неопределенность является важной сущностной характеристикой гибридной войны и характеризует степень достоверности информации о событиях, появление и воздействие которых являются следствием реализации тактического или стратегического замысла операции.

Карл фон Клаузевиц сформулировал понятие «трение войны» как важнейший источник неопределенности и рисков. Он показал, что, с одной стороны, трение создает физические трудности для перемещений сил, обеспечения операций. С другой – на трение влияют нематериальные факторы, такие как опасность; физическое напряжение; неопределенности и недостоверность информации, на основе которой принимаются решения; случайные события, которые невозможно предсказать; физические и политические ограничения в использовании силы; непредсказуемость, являющаяся следствием взаимодействия с противником; разрывы между причинами и следствиями войны.

Список источников «трения» и «износа» для каждого из направлений ГВ может быть расширен («НВО» от 01.06.18). Появлению новых или повышению угрожающей актуальности существующих источников трения и связанных с ними рисков и неопределенностей способствуют следующие особенности гибридной войны.

Первая – в гибридной войне атакующая сторона одновременно и адаптивно использует сочетание широкого спектра обычных вооружений, нерегулярной тактики, терроризма и преступного поведения в зоне боевых действий для достижения политических целей войны, что в существенной мере повышает действие фактора непредсказуемости. Гибридная война отличается тем, что она позволяет противнику заниматься несколькими фазами в одно и то же время и выдвигает другой набор требований для организации отпора.

При прогнозировании характера конфликта и планировании действий по наступлению и обороне особую неопределенность вносят действия несостоявшихся государств и негосударственных субъектов, порождающие многочисленные и сложные проблемы, решение которых в большинстве случаев находится за пределами международных норм и правил. Значительная часть проблем связана с находящимися на вооружении этих субъектов высокоточным оружием дальнего радиуса действия, кибер- и роботизированными системами для дистанционного проникновения на критически важные объекты, а также их доступом к технологиям для создания ОМУ. Мощным источником возмущающих воздействий, провоцирующих сбои в системах управления, являются действия в киберпространстве. В информационной войне широко применяется дезинформация, интернет-троллинг, направленный против руководства страны, что способствует созданию обстановки хаоса и неразберихи. Сочетание перечисленных факторов создает зоны неопределенности при планировании обороны и затрудняет, а то и срывает намеченные операции по противодействию гибридной агрессии.

Вторая особенность – существенным фактором трения войны является разная архитектура систем политического и военного управления объекта и субъекта ГВ. Динамика развития обстановки приходит в острое противоречие с расстройством системы госуправления, чему будет способствовать нарушение каналов согласования действий между построенными по иерархическому принципу госструктурами, осуществляющими руководство в административно-политической, военной, социально-экономической, финансовой и культурно-мировоззренческой сферах. Нарушение непрерывности управления будет служить постоянным источником трения гибридной войны.

В свою очередь, субъекты ГВ используют сетевые схемы управления, которые являются более устойчивыми в ситуациях неопределенности.

В конечном итоге многочисленные источники трения ГВ способствуют переходу от международной системы урегулирования конфликта к ситуационному решению по частным вопросам с участием неправительственных организаций, корпораций и небольших групп. Технологии позволят расширить круг субъектов, способных блокировать или обходить политические инициативы, направленные на урегулирование конфликта. Все более широкое распространение получит принцип «каждый за себя», а действия разнородных субъектов будут формировать атмосферу хаоса и анархии.

Третья особенность – важнейший фактор трения войны связан с изменением природы конфликтов, которые возникают в связи с противоречиями среди ведущих держав. При этом зачинщики гибридной войны стремятся удержать развитие событий ниже красных линий, нарушение которых может повлечь за собой расширение масштабов противостояния и вмешательство международных организаций. Изменение баланса военных и невоенных видов борьбы в ГВ превращает этот вид конфликта в новую форму межгосударственного противоборства с малоизученными на сегодняшний день источниками трения.

Четвертая особенность – мощным источником трения ГВ является международный терроризм, приобретающий трансграничный размах и игнорирующий все правовые нормы. Современные технологии обеспечивают международному терроризму способность воздействовать на все сферы государства, подвергнувшегося гибридной агрессии, а цели и задачи атак в большинстве случаев определяются террористами самостоятельно и не коррелируются с общим планом гибридной войны.

Как представляется, с трением неразрывно связан фактор износа войны, влиянию которого уделяется недостаточно внимания в военной теории.

Износ войны – это процесс обесценивания ресурсов, которыми располагают субъекты ГВ за счет потери их (ресурсов) политического, военного, социально-экономического, идеологического и технического качества. Для гибридной войны как многомерного и рассчитанного на большую длительность конфликта фактор износа имеет важное значение. Факторы трения и износа в решающей степени определяют неопределенности и риски в ГВ.

РИСКИ И ИСТОЧНИКИ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ

Риск характеризует влияние неопределенности на достижение целей ГВ, а само влияние оценивается величиной расхождения между полученным и ожидаемым результатом отдельной операции или войны в целом.

Особая значимость адекватной оценки рисков в стратегиях ГВ связана с тем, что при прогнозировании и планировании воздействия на противника решения принимаются в ситуациях, связанных с высоким уровнем неопределенности. Неопределенность имеет свойство возрастать по мере развития гибридного военного конфликта, продолжительность которого достигает многих лет, а сам конфликт охватывает всю территорию государства. В связи с этим уровень неопределенности при прогнозировании хода и исхода ГВ достигает высоких значений.

Уровень неопределенности непосредственно связан с достоверностью развединформации, которая должна позволить оценить вероятность возникновения того или иного события, предвидеть результаты воздействия, оказываемого событием на ход, и исход гибридного военного конфликта.

На состояние неопределенности в ГВ воздействуют внутренние и внешние источники. Внутренние источники неопределенности тесно связаны с рассмотренными выше характеристиками, присущими гибридному военному конфликту. К внешним источникам неопределенности следует отнести действующие в операционной среде гибридного военного конфликта факторы, среди которых главными являются стратегия/контрстратегия войны и ресурсы.

Как стратегия, так и ресурсы должны соответствовать смыслу и целям войны, то есть тому, чего государство намерено добиться в результате войны и как оно будет действовать для достижения желаемого. Если при разработке стратегии собственные возможности страны недооцениваются, то стратегия во многих случаях становится излишне пассивной. При постановке неоправданно амбициозных целей и переоценке возможностей страны, которые оказываются не подкрепленными экономическими, политическими, информационными и военными ресурсами, весьма вероятным становится риск оказаться во внешнеполитическом и стратегическом тупике. При планировании гибридной войны чрезвычайно важно не допустить как недооценки, так и переоценки ресурсов, располагаемых отдельными государствами или их коалициями.

33-4-2.jpg
Министр обороны США в 1961–1968 годы
Роберт Макнамара.  Фото с сайта www.lbjlib.edu

При исследовании источников неопределенности в гибридной войне следует учитывать влияние следующих важных факторов:

– сохранение роли ядерного оружия (ЯО) как средства обеспечения стратегической и политической стабильности;

– склонность стран, обладающих ЯО, к применению военной силы и другим нарушениям норм международного права за счет использования различных гибридных технологий, в том числе и в районах, географически удаленных от их национальной территории;

– особенность так называемой серой зоны или театра действий гибридной войны как стратегической среды, в которой международная система переформатируется под правила нового миропорядка (см. «НВО» от 24.08.18);

– появление международных террористических организаций, использующих для реализации своих политических целей неклассические способы насилия;

– порожденная глобализацией зависимость национальных экономик от складывающейся мировой экономики;

– формирование новых сред противостояния в космосе и киберпространстве;

– мощный и труднопрогнозируемый эффект взаимного информационного воздействия сторон конфликта;

– действия труднопредсказуемых политических лидеров некоторых государств (коалиций), выступающих в роли субъектов и объектов гибридной войны.

Появление новой формы войны – кибервойны влечет за собой появление широкого спектра неопределенностей, связанных с ограниченными возможностями вскрытия источников кибератак против жизненно важных объектов противника. Наряду с этим возрастают масштабы, разнообразие средств и скорость информационного воздействия на противника. Информационные системы и технологии воздействия на противника в начале XXI века вышли на новый количественный и качественный уровень, что придает информационному оружию недоступный ранее пространственный масштаб, особую остроту и угрожающую актуальность.

В группу постоянных (или относительно медленно меняющихся) факторов следует включить стержень геополитики – принцип географической предопределенности – «географических детерминант», а также состав участников конфликта, установившиеся между ними связи, сложившиеся организационные механизмы взаимодействия, иерархию отношений. Факторы способствуют формированию относительно устойчивых системных структур, взаимодействие между которыми определяет стратегию конфликта в условиях резко повысившейся взаимозависимости мира.

Переменные факторы связаны с воздействием на конфликт вызовов, рисков, опасностей и угроз, часть которых носит труднопредсказуемый характер и может возникать внезапно.

Влияние перечисленных геополитических, экономических и информационно-коммуникационных факторов обусловливает трансформацию современных конфликтов, появление новых форм геополитического противостояния при одновременном формировании широкого спектра неопределенностей и рисков.

МОДЕЛЬ УПРАВЛЕНИЯ РИСКАМИ

Воздействие внутренних и внешних источников неопределенности придает стратегиям ГВ большую степень рискованности из-за высоких политических и военных рисков и неопределенности, связанных с недостаточно достоверной оценкой базовых ресурсов государства – жертвы агрессии, определяющих его устойчивость по отношению к гибридным угрозам. В результате прогнозы воздействия гибридных угроз на государство могут оказаться недостоверными в связи с ограниченностью, неточностью и невысокой оперативностью развединформации. Поэтому риски, связанные с недостоверной информацией, требуют высокой адаптивности применяемых стратегий ГВ к неожиданным изменениям обстановки вплоть до пересмотра стратегических подходов.

При разработке стратегии ГВ оценка и интерпретация развединформации необходимы для определения качественного и количественного состояния базовых ресурсов противника с целью выбора оптимальных способов и методов воздействия в многомерном гибридном военном конфликте.

Важная роль в ходе гибридного военного конфликта отводится интеграции процессов управления рисками в процессы прогнозирования, стратегического планирования, оценки достигнутых результатов. Управление рисками представляет собой динамический процесс, а цикл управления начинается с оценки внутренних и внешних источников неопределенности.

Модель управления рисками в ГВ отражает механизмы взаимодействия военных и гражданских структур, задействованных в прогнозировании, планировании, мониторинге обстановки, анализе, обратной связи и постоянном совершенствовании оценки рисков на протяжении всего конфликта. Наращивание информированности о противнике и результатах воздействия на его базовые ресурсы в ходе гибридного военного конфликта ведет к снижению степени риска.

При разработке стратегии ГВ одним из руководящих принципов является учет возможных рисков как факторов влияния неопределенности на цели войны. При этом влияние неопределенности – это расхождение полученного результата с прогнозируемым, а сам риск часто характеризуется как комбинация прогнозирования вероятности события и последствий его (события) возникновения. Неопределенность характеризуется различными уровнями от минимального до крайне высоких значений.

Важным источником неопределенностей являются интеллектуальные и материальные ресурсы государства, на использовании которых строятся стратегии/контрстратегии гибридного военного конфликта. В число интеллектуальных ресурсов, которые учитываются при планировании «от возможностей» следует включить административно-политический, военный, социально-экономический, человеческий потенциал государства, его притягательность в сфере культуры, науки, искусства, спорта и пр. Материальные ресурсы связаны с научно-техническими, географическими, демографическими, природно-сырьевыми и некоторыми другими факторами.

На задачу управления рисками в ГВ как форме межгосударственного противостояния и инструмента стратегического неядерного сдерживания влияют рассмотренные в ряде предыдущих публикаций «НВО» особенности конфликта, связанные с его многомерностью.

Надежность и ритмичность процесса управления рисками на различных этапах ГВ базируются на комплексе факторов, среди которых главенствующее место занимают наличие ясной стратегии; внутреннее единство участников, заинтересованных в достижении конечных целей войны; способность обеспечить формальное соответствие осуществляемых мероприятий международно-признанной нормативно-правовой базе, чтобы не допустить трансформации ГВ в конвенциональный масштабный военный конфликт.

Действенность стратегии/контрстратегии определяется продуманностью и взвешенностью политических решений, влекущих за собой политические риски и способностью к адаптации политики к обстановке, балансом между используемыми военными и невоенными способами борьбы, наличием союзников и партнеров, действующими международно-правовыми нормами.

На стратегическом уровне операции ГВ рассматриваются в самом широком контексте, охватывающем внутреннюю и внешнюю политику, финансы и экономику страны, информационно-коммуникационную сферу, моральный дух армии и населения и прочие факторы, влияющие на способность нации к сопротивлению.

ВЗАИМООБРАЩЕНИЕ ПОБЕДЫ И ПОРАЖЕНИЯ

Один из существенных рисков в ГВ связан с фактором, отмеченным известным специалистом по военной стратегии и политике Эдвардом Люттваком. По его мнению, в соответствии с парадоксальной логикой любой войны совпадение победы и поражения может распространиться за пределы нового равновесия сил, достигнув крайней точки полного взаимообращения.

Если сторона, развязавшая гибридный военный конфликт, способна в сжатые сроки добиться полного успеха, то есть развала государства-жертвы и его перехода под внешнее управление, незначительное ослабление первой не будет иметь никакого значения, равно как и факторы, способные придать сил потерпевшему поражение противнику.

Но если гибридный военный конфликт затягивается из-за обширности территории, значительных ресурсов и упорного сопротивления противника, то сторона, терпящая поражение, в состоянии извлечь пользу из динамического парадокса – возможно вплоть до того, что сама превратится в победителя. Поэтому стремление развивать успех, не обеспечив необходимый запас ресурсов для последовательного наращивания усилий, может привести окрыленную успехом сторону к так называемой кульминационной точке победы (термин Клаузевица), за которой победитель будет лишь ослабевать.

Особый интерес представляет проблема мотивации сторон к прекращению противостояния в ГВ. Речь не может идти о классическом понимании «заключение мира», поскольку война не объявлялась. Тем не менее следует выделить два фактора, способствующих прекращению гибридной войны: во-первых, это сомнительность успеха, а во-вторых – слишком высокая его цена.

Факторы, приводящие к взаимообращению войны, изучены во многих военно-научных исследованиях. Но для ГВ эта тема относится к числу малоисследованных. Вместе с тем при разработке как наступательной, так и оборонительной стратегии этого вида конфликта крайне важное значение имеет своевременное вскрытие условий наступления этапа взаимообращения войны, длительность которого может быть различной, а военно-политические последствия для сторон конфликта становятся не сразу очевидными. Процесс взаимообращения ГВ или отдельных ее этапов может носить лавинообразный характер или быть достаточно протяженным во времени.

В связи с важностью феномена для разработки стратегии противостояния на решение задачи вскрытия признаков взаимообращения ГВ, ведущейся против нашей страны в военно-политической, экономической и информационной сферах, сегодня должны нацеливаться все виды разведки, а также дипломатия.

Прогнозирование хода и исхода гибридной войны – достаточно сложный процесс, однако полученные оценки, пусть на среднесрочную перспективу, позволяют улучшить стратегическое планирование и способность гибко приспосабливаться к влиянию факторов неопределенности, связанных с изменчивостью военно-политических ситуаций, влиянием факторов «трения» и «износа» ГВ, международно-правовым ограничениям. В целом в условиях качественного изменения современных конфликтов уникальное влияние на ход и исход ГВ приобретает совокупность факторов «трения» и «износа» войны, которым принадлежит ключевая роль в развитии феномена взаимообращения войны.

РОЛЬ РАЗВЕДКИ

Снижению неопределенностей и рисков и, как следствие, устранению своеобразного «тумана» ГВ в решающей степени способствует организация непрерывной и оперативной разведки планов и действий противника. При обработке развединформации для прогнозирования гибридных угроз и планирования мер противодействия целесообразно использовать специальное понятие «категории риска», отражающее вероятность неожиданного возникновения гибридных угроз на тех направлениях, где они в данное время практически отсутствуют. При этом следует помнить, что гибридные угрозы имеют рукотворный характер. Своевременное определение таких направлений позволяет сработать на опережение, вовремя сосредоточить внимание разведки на изучении изменений в обстановке и вскрыть угрозу на этапе ее зарождения. При этом риск – признак потенциальной опасности понести ущерб определенной тяжести и содержания, а понятие «категория риска» определяет уровень и возможные последствия скрытых гибридных угроз.

В гибридной войне категория риска связывается с открытым посягательством на жизненно важные интересы государства и нации. Непрерывность ведения разведки с целью добывания достоверной информации для анализа рисков, которые принимают множество форм, является важнейшей задачей всех видов разведки. Такой анализ должен стать неотъемлемой частью системы управления рисками в политической и военной сферах, в сфере обеспечения нацбезопасности.

Так, например, репутационные риски следует считать чрезвычайно важными как для отдельных государств, так и для коалиций, таких как ОДКБ и их отдельных членов, а также СНГ и ШОС, поскольку сплоченность участников является фактором успеха в противостоянии операциям ГВ и технологиям цветной революции. Отсюда следует, что отношение отдельных государств и коалиций к рискам будет оказывать определяющее влияние на своевременность их вскрытия и организацию противодействия в современных конфликтах. Странам – членам ОДКБ важно не допускать непродуманных действий, способных нанести ущерб организации.

Разведка привлекается и для оценки ущерба от ГВ, когда приходится прибегать к сопоставлению экономического и стратегического значения территорий, контролируемых мятежниками и правительственными силами.

Россия не сможет тягаться с США экономически и может противопоставить давлению Вашингтона военную силу с опорой на стратегический ядерный потенциал, а также арсенал асимметричных силовых и несиловых действий. Именно поэтому современная обстановка настоятельно требует от России и ее союзников совместных усилий по прогнозированию возможного использования новых подрывных технологий и планированию ответных мер в рамках единой стратегии противодействия гибридной войне.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Война в Йемене оборачивается для Эр-Рияда катастрофой

Война в Йемене оборачивается для Эр-Рияда катастрофой

Правящая ветвь династии Аль Саудов теряет поддержку Запада

0
543
Экономика России не дотянула до потенциала

Экономика России не дотянула до потенциала

Анастасия Башкатова

Страна потеряла в этом году как минимум 4 триллиона рублей

0
875
Страны АТЭС не могут избавиться от протекционизма, а Британия –  от неопределенности и раздоров

Страны АТЭС не могут избавиться от протекционизма, а Британия – от неопределенности и раздоров

Юрий Паниев

0
430
Пентагон готовит новую атаку на Сирию

Пентагон готовит новую атаку на Сирию

Андрей Рискин

0
4897

Другие новости

Загрузка...
24smi.org