0
4520
Газета История Интернет-версия

17.08.2001

Секретный завод в Филях

Владимир Капистка

Об авторе: Владимир Васильевич Капистка - полковник, кандидат исторических наук.

Тэги: ссср, германия, сотрудничество, история


В первой половине 20-х гг. СНК и РВС СССР заключили ряд концессионных договоров с германским акционерным обществом "Юнкерс".

ПО РУКАМ

Сделка носила исключительно взаимовыгодный характер: советская сторона не только получала прямой доступ к немецким авиационным технологиям, но и при определенных обстоятельствах рассчитывала пополнить самолетный парк Красного Воздушного флота с помощью известной немецкой фирмы. Германия, в свою очередь, в обход Версальского договора могла наладить серийное производство своих военных самолетов на советской территории.

Еще до подписания Рапалльского договора, 15 марта 1922 г., было заключено советско-германское соглашение о строительстве авиационных заводов в России. Соглашение было секретным, поэтому типы немецких самолетов открытым текстом не упоминались, а город Дессау, где находились заводы германской фирмы, был обозначен как Лейпциг. Специальная комиссия при РВС СССР решила дать "Юнкерсу" заказ на поставку 115 самолетов. Сам концессионный договор с фирмой был подписан только 26 ноября 1922 г. в Москве, т.е. спустя восемь месяцев после заключения секретного соглашения.

29 января 1923 г. концессионный договор N 1 был утвержден Советом народных комиссаров СССР.

Советская сторона предоставляла "Юнкерсу" в арендное пользование следующие предприятия и недвижимое имущество. Во-первых, "Русско-Балтийский" завод в Филях с принадлежавшими ему земельным участком и всеми расположенными на нем готовыми и строящимися сооружениями, технико-производственной инфраструктурой. Во-вторых, "Русско-Балтийский" авиационный завод в Петрограде или любой другой однотипный завод на Волге - для производства гидросамолетов.

Для согласования всех текущих вопросов между рейхсвером и фирмой, а также в целях выработки единого курса по отношению к советской стороне германским руководством был создан так называемый контрольный совет, который возглавил профессор Г. Юнкерс.

ФИРМЕ ПРЕДПИСЫВАЛОСЬ

Сегодня уже известно, что, разрабатывая основной договор с фирмой, советская сторона настаивала на следующих дополнительных условиях: "Юнкерс" должен был организовать в СССР производство алюминия для отечественной авиапромышленности. Партнеры обязывались построить литейную мастерскую; в двухгодичный срок, со дня действия договора, оборудовать конструкторское бюро и лабораторию и к концу 2-го года действия договора наладить на территории СССР изготовление авиамоторов. Предусматривалось, что в течение первых пяти лет все германские рабочие и технические специалисты на концессионных предприятиях будут заменены обученным советским персоналом. Фирме предписывалось ввести бесплатное переучивание советских специалистов и рабочих (не менее 40 человек) каждый раз при строительстве новых типов самолетов. Концессионер был обязан своевременно ремонтировать за свой счет заводские помещения и здания, чтобы по окончании аренды они были переданы "Правительству" в исправном техническом состоянии. От фирмы требовалось оборудовать заводы такими станками и вспомогательными устройствами, которые отвечали бы "последнему состоянию техники за границей".

Определенные требования выдвигала и немецкая сторона. Так, представители фирмы добивались от "Правительства" концессий на организацию воздушного сообщения между Швецией и Персией и проведение аэрофотосъемки на территории СССР. Только при выполнении этих требований фирма была готова организовать производство самолетов и авиамоторов.

Следует отметить, что по тем временам авиационное производство в Филях планировалось достаточно масштабным. Немецкая фирма должна была построить современное авиационное предприятие производительностью 300 самолетов в год. Причем половину этих самолетов покупал РВС СССР, а другую половину реализовывала фирма. В первый год действия договора немцы должны были построить не менее 75 полностью укомплектованных самолетов и 37-38 авиационных моторов. Уже 1 октября 1923 г. немцы планировали наладить серийный выпуск самолетов и 30 января 1924 г. - моторов. К 1925 г. "Юнкерс" обязался наладить в СССР авиамоторное производство и давать не менее 350 моторов в год. Договор заключался сроком на 30 лет.

На заводе у "Юнкерса" работали и советские специалисты, среди которых были достаточно квалифицированные кадры.

Трудовые права и обязанности двух сторон были законодательно закреплены в специальном коллективном договоре. Тем не менее дирекция фирмы уволила часть советских рабочих в первый же год концессии, что привело к производственно-трудовому конфликту с завкомом профсоюза.

Примечательно, что отдельные положения договора были заведомо невыполнимы концессионером, это давало возможность советскому руководству по-разному истолковывать и в дальнейшем использовать факт несоблюдения фирмой соглашения. Так, согласно ст. 16 "Юнкерс" был обязан в течение 6 месяцев со дня действия договора доставить на завод запас алюминия и дюралюминия в количестве, достаточном для производства 750 самолетов и 1125 авиамоторов. Более того, по мере расходования указанных запасов на производство фирма была обязана не реже одного раза в три месяца восстанавливать сырье до оговоренного количества. Совершенно очевидно, что в тех условиях подобные объемы авиационного сырья были не под силу даже такой известной фирме, как "Юнкерс".

ГЛАДКО БЫЛО НА БУМАГЕ

Несмотря на многочисленные взаимные обязательства, обе стороны не выполнили в полной мере условий договора. Так, "Юнкерс" прежде всего был заинтересован в получении коммерческой прибыли в самые короткие сроки. Развертывание авиационного производства в СССР требовало больших технических и материальных усилий, да и не соответствовало стратегическим интересам германского крупного капитала, стремившегося поставить Советский Союз в зависимое положение от германской технологии. В документах, хранящихся в российских архивах, сообщается, что уже в начале 1926 г. германский военный министр в секретном послании руководителю "Московского центра" откровенно признавал, что только из политических соображений необходимо держаться за мысль о предприятиях в Филях и "что технические соображения не играют для нас, однако, более той роли, какую они играли в 1922 году". Ясно, что в 1926 г. Германия уже не была заинтересована вкладывать новый капитал в предприятие в Филях, и в этом отношении оно было для нее своеобразным финансовым бременем. Немцы не скрывали, что идеальным для фирмы решением была бы поставка в СССР готовых самолетов.

Однако было еще одно обстоятельство, негативным образом влиявшее на взаимоотношения сторон. В начале февраля 1925 г. Председателю РВС М. Фрунзе было доложено содержание перехваченного немецкого агентурного сообщения, из которого стало известно, что немцев не устраивают новые советско-французские контакты в авиационно-промышленной сфере. Германия считала, что под влиянием переговоров между СССР и Францией большевики потеряли интерес к "Юнкерсу" и готовы пожертвовать им, если удастся заручиться кредитными возможностями в области воздухоплавания у французской промышленности.

Поэтому, считала немецкая сторона, концессия "Юнкерса" вступила в нисходящую стадию своего развития.

Хронические финансовые затруднения концессии и определенные технологические трудности привели к обострению взаимных претензий и необходимости новых соглашений. 12 ноября 1925 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение: "Предложить Главконцесскому СССР так изменить проект договора, чтобы обеспечить для нас наиболее выгодное прекращение договоров". Однако на переговорах немцы неожиданно пошли на уступки и согласились даже на ухудшенный для "Юнкерса" вариант соглашения.

Тем не менее в записке по вопросу о концессии "Юнкерса", адресованной в Политбюро ЦК ВКП(б) 1 марта 1926 г., Ф. Дзержинский и К. Ворошилов сделали вывод о необходимости немедленного расторжения договора. Комитет по концессиям направил письмо правлению фирмы в Берлин, в котором предложил прекратить концессию. Однако "Юнкерс" не торопился это делать, и поэтому фирма умышленно задержала ответ, надеясь на урегулирование вопроса.

ВПЛОТЬ ДО ТРЕТЕЙСКОГО СУДА

Для советской стороны стало очевидным, что немцы стремятся любым способом продолжить концессию. Ими было заявлено о готовности "возобновить работы завода в Филях под хозяйничанием Советского правительства, но с финансовой или технической помощью фирмы".

25 июня 1926 г. в Москве состоялось совещание представителей Главметалла, УВВС и Авиатреста, на котором и было принято решение концессионный договор ликвидировать.

Дальнейшие переговоры с фирмой приняли затяжной характер. Свои многочисленные заверения немцы никак не подкрепляли материально, а сама деятельность завода приобрела откровенно формальный характер. За 4 года завод "Юнкерса" дал всего 100 самолетов типа Ю-20 и Ю-21, худших по качеству, чем аналогичные иностранные образцы.

К тому же не было организовано производство алюминия и дюралюминия, авиамоторов, не создано конструкторское бюро, не выполнен в срок заказ на самолеты, а сами самолеты оказались непригодными для боевого использования. Они не были вооружены приспособлениями, необходимыми для размещения и сбрасывания бомб, отсутствовали специальные установки для стрельбы через винт. Все эти доработки после приемки "Юнкерсов" у концессионера выполнял авиационный завод ГАЗ # 1 в Москве.

Серьезность положения дел с "Юнкерсом" вынудила Управление Военно-воздушных сил РККА создать специальную комиссию, которая 20 января 1927 г. осмотрела заводские помещения. По результатам ее работы Ворошилов сделал обстоятельный доклад в Политбюро ЦК ВКП(б) 26 января 1927 г.

Завод в Филях, - говорилось далее, - стоящий уже почти 2 года и представляющий по своему оборудованию крупную промышленную единицу, сохраняется очень скверно: в цехах лежит снег сугробами, станки ржавеют. Самолеты с каждым месяцем теряют свою ценность, так как они перевозятся с места на место, разбираются и собираются, перестают быть, в силу этого, новыми самолетами и приобретают все больше физиономию складского имущества...".

Понятно, что после такого доклада наркома обороны реакция Политбюро была однозначной. Необходимость ликвидации концессии была вызвана также необходимостью скорейшего восстановления собственного производства металлических самолетов на бывшем "Русско-Балтийском" заводе.

Между сторонами возник торг по вопросу уплаты за убытки от концессии, который длился около полугода. ГКК выдвинул предложение уплатить фирме 2,5 млн. рублей, однако "Юнкерс" настаивал на сумме 3,5 млн. рублей.

Руководство наркомата обороны СССР заняло довольно жесткую позицию в отношении немцев и готово было поставить ультиматум, несогласие с которым оставляло право ГКК на одностороннее владение заводом, а разрешение спорных денежных претензий перенести в Третейский суд.

Переговоры о ликвидации концессии и переходе завода в собственность СССР были завершены лишь в 1927 г.

И НЕУДАЧИ БЫВАЮТ ПОЛЕЗНЫ

Давая общую оценку деятельности "Юнкерса", следует отметить, что даже неудачная работа немецкого концессионера оказалась далеко не бесплодной для развития советского авиастроения. Председатель ГКК в записке от 1 марта 1926 г., направленной в Политбюро, недвусмысленно отмечал: "Нами извлечены все чертежи и данные, как о строящихся в Филях самолетах, так и об организации производства. Этот материал нами положен в основу организации собственного производства металлических самолетов".

Следует признать, что стремление западных авторов к преувеличению роли "Юнкерса" в советском авиастроении, несмотря на некоторую субъективность их оценок, не лишено определенного основания. Во-первых, хорошо известно, что в основу строительства первого советского бомбардировщика ТБ-1 (АНТ-4) в 1925 г. была положена цельнометаллическая конструкция с гофрированной обшивкой, применявшаяся "Юнкерсом" на бомбардировщике ЮГ-1 и других своих самолетах. Не случайно поэтому немецкая фирма пыталась возбудить судебное дело против ЦАГИ и А. Туполева, конструктора ТБ-1, обвиняя их в нарушении фирменных патентов на металлическое крыло.

Во-вторых, серийное строительство советского бомбардировщика было налажено в 1929-1932 гг. на том же заводе (ГАЗ N 22 в Филях), где в 1923-1925 гг. "Юнкерс" строил и продавал советским ВВС свои морские и сухопутные разведчики Ю-20 и Ю-21. Поэтому в той ситуации не использовать опыт немцев было бы по меньшей мере неблагоразумно.

Таким образом, использование производственного и конструктивно-технического опыта немецкой концессионной фирмы "Юнкерс" в Филях было типичным явлением для практики советского военно-авиационного строительства 20-х гг. В то же время этот опыт не имел определяющего значения для развития ВВС РККА, а лишь в известной мере способствовал становлению металлического самолетостроения в СССР.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Не переходите дорогу черной кошке!

Не переходите дорогу черной кошке!

Андрей Рискин

0
804
Горькие плоды независимости придатка НАТО

Горькие плоды независимости придатка НАТО

Владимир Винокуров

Латвия остается одним из активных игроков на антироссийском фронте Европы

0
2201
Храни его, о Вакх

Храни его, о Вакх

Евгений Лесин

Андрей Щербак-Жуков

Теория и практика еды в книгах писателей и ученых, химия и литература, а также гимн шумерской богине пива

0
1362
Гугельхупфы, рожденные отвращением

Гугельхупфы, рожденные отвращением

Александр Стрункин

Про чумных монстров, болезнетворных карликов и моровую деву

0
267

Другие новости

Загрузка...
24smi.org