0
4348
Газета История Интернет-версия

02.04.2004

Мелитополь: в стороне от "Тайфуна"

Алексей Исаев

Об авторе: Алексей Валерьевич Исаев - историк.

Тэги: Мелитополь, севастополь, наступление


Судьба того или иного сражения Великой Отечественной войны в памяти людской во многом зависит от того, каким оно осталось на страницах исторической и художественной литературы. Документальная повесть "Зеленая брама", написанная Евгением Долматовским, талантливым писателем и свидетелем описываемых событий, стала памятником уманской драме. Исследование Сергея Смирнова увековечило память защитников Брестской крепости. Напротив, событиям начала осени 1941 г. на южном фланге советско-германского фронта не повезло с историческими исследованиями. Масштаб и значимость боев на московском направлении позволили их просто проигнорировать официальной историографии 60-х и 70-х, словно в стороне от бушевавшего на подступах к столице "Тайфуна" царил штиль. При этом если формально сравнить немецкие данные о результатах боев в октябре 1941 г. у Мелитополя и в августе у Умани, то они оказываются весьма схожими. В первом случае было заявлено 100 тыс. пленных и 212 танков, во втором - 103 тыс. пленных и 317 танков. Если сокрытие неудач было вполне объяснимо, то успешные действия Южного фронта, во многом определившие судьбу Крыма, были преданы забвению без видимых причин.

РЕПЕТИЦИЯ СТАЛИНГРАДА

Смещение центра тяжести операций немецких войск на Украине к югу было предопределено директивой ОКВ # 34. В дополнении к директиве # 34 от 12 августа 1941 г. было сказано: "Овладеть Крымом, который, будучи авиабазой противника, представляет особенно большую угрозу румынским нефтяным районам". 30-31 августа 11-й армией Шоберта был захвачен плацдарм на Днепре у Берислава (Каховки). В начале сентября плацдарм был расширен, и с него развилось наступление немцев в направлении Крыма.

Поворот основных сил немцев в Крым создал благоприятную обстановку для нанесения контрудара во фланг. В связи с этим в штабе Южного фронта сложился замысел ликвидации прорвавшейся с каховского плацдарма немецкой группировки под Мелитополем.

Началась подготовка операции с рокировки сил с правого фланга фронта. 18 сентября командующий фронтом Д.И. Рябышев в порядке реализации своего замысла о наступлении в полосе 18 и 9-й армий решил взять из 12-й армии 270-ю стрелковую дивизию и передать ее в 18-ю армию. Одновременно в распоряжение фронта прибывало из Грузии свежее соединение - 4-я стрелковая дивизия под командованием И.П. Рослого. Дивизия была полностью укомплектована по штатам военного времени: 550 автомашин, 3000 лошадей, 72 орудия и 66 минометов. Также в район Мелитополя прибывали 2-я и 15-я танковые бригады, 520-й, 531-й артиллерийские полки ПТО из Подольска и 65-я истребительная авиадивизия. 19 сентября замысел наступательной операции 18-й и 9-й армий был проработан в деталях и передан на утверждение в Ставку. Не дожидаясь ответа, командование фронта 20 сентября поставило войскам этих армий наступательные задачи. Начало намечалось на 23 сентября.

Однако на фоне катастрофы под Киевом командование не поддержало инициативу.

Тем не менее, операция, которая не была одобрена, состоялась! Немцы назвали ее "наступление у противотанкового рва у Тимошевки". Видимо, это циклопическое сооружение от Днепра до Азовского моря произвело неизгладимое впечатление на всех, кто его видел. По иронии судьбы в немецких и румынских дивизиях, действовавших на этом направлении, не было ни одного танка.


Окружение под Мелитополем 28.9 - 10.10.1041 г.

Командующий 11-й немецкой армией Эрих фон Манштейн сосредоточил внимание на захвате Крыма и оставил против наших 18-й и 9-й армий только части румынских горно-стрелкового и кавалерийского корпусов, 170-ю и 72-ю пехотную дивизии, выведя 49-й горный корпус Людвига Кюблера в свой резерв. С воздуха немецкие войска в районе Мелитополя прикрывались II группой 77-й истребительной эскадры.

Наступление основных сил 9-й и 18-й армий началось 26 сентября. Удар северного крыла наступления пришелся по румынскому горному корпусу. 18-я армия наступала параллельно течению Днепра при поддержке танков и артиллерии. В первый же день ей удалось продвинуться на 10 км, 4-я румынская горнострелковая бригада была разбита, потеряв основную массу артиллерии. Наступление было остановлено только в районе населенного пункта Большая Белозерка, где находившийся на отдыхе 13-й горно-егерский полк собрал отходившие в беспорядке румынские части вокруг себя. Южная ударная группировка (9-я армия) нащупала стык между 170-й и 72-й пехотными дивизиями и стала пробиваться на Елизаветовку, продвинувшись на 10 километров и обойдя фланг 170-й пехотной дивизии.

Однако немецкое командование не отнеслось серьезно к советской атаке и распорядилось отправить 49-й горный корпус в Крым. Только тяжелая артиллерия и противотанковые батальоны дивизий корпуса, а также корпусная артиллерия еще оставались в полосе наступающих советских армий с целью стабилизации положения румынских войск. В тот же день, 26 сентября, были взломаны укрепления на Перекопе и пересечен Татарский вал, что делало поддержку горных войск весьма актуальной. Горные егеря Кюблера в ночь с 26 на 27 сентября совершали марш по раскисшим дорогам Ногайской степи, думая о теплом полуострове с привычным горным рельефом.

Но шагающие в пелене дождя егеря не знали о том, что в 16.30 26 сентября командующий 18-й армией А.К. Смирнов подписал приказ о наступлении. 27 сентября ситуация для немцев стала критической. Надо сказать, что замысел операции был достаточно интересным - правый фланг ударной группировки 18-й армии прикрывался Днепровскими плавнями. Одновременно войска 18-й армии обрушились на центр построения румынского горного корпуса. Не в силах противостоять удару 4-й и 164-й стрелковых дивизий, 2-й танковой бригады полковника И.Р. Лашко, румынские бригады бегут. Их обломки под руководством командующего артиллерией 49-го горного корпуса полковника Винтергерста судорожно строят к югу от Малой Белозерки оборонительный рубеж. Оборона 11-й полевой армии оказывается прорвана на глубину 20 км и на фронте 35 км. Вследствие этого 49-й горный корпус, который к тому времени удалился от поля сражения на 70 км, вынужден развернуться на 180 градусов и вновь десятки километров месить грязь в темноте сентябрьской ночи. Отмечаю этот факт как свидетельство того, что не только советское командование было вынуждено разворачивать подчиненные соединения и бросать их в утомительные марши. Успех сопутствовал тому, кто организованно совершал марш и был после него в состоянии вступить в бой.

Близкой к кризисной, хотя и менее драматичной, была обстановка в полосе наступления 9-й армии, вклинившейся между румынскими кавалеристами и 30-м армейским корпусом. Немцы были вынуждены подпирать оборону румын боевой группой Шольтица из подразделений 22-й пехотной дивизии (пехотный полк, разведбат, противотанковый батальон и дивизион артполка), большей частью находившейся на берегу Сиваша.

Атакованные ранним утром с воздуха, горные егеря днем 28 сентября с марша вступают в бои с прорвавшимися советскими частями и пытаются восстановить целостность рассыпавшейся обороны. Немцы традиционно встречают трудности в поражении Т-34 и КВ, много 37-мм противотанковых пушек раздавлено. Только 50-мм ПАК-38 в благоприятных условиях поражали КВ и Т-34. Но в отличие от румын горный корпус Кюблера уже имел опыт таких боев. Более того, он был одним из первых соединений вермахта встречавшимся с КВ и Т-34: уже 25 июня 1941 г. горные егеря столкнулись с массами новых танков 4-го механизированного корпуса в Яновских лесах у Львова.

Бои горного корпуса и советской пехоты продолжились 29 числа. 1 и 4-я горно-егерские дивизии корпуса Кюблера были сосредоточены против ударной группировки 18-й армии. Соответственно 4-я горно-егерская дивизия была направлена против 164-й стрелковой дивизии, а 1-я горно-егерская против 4-й стрелковой дивизии в промежутке между Малой и Большой Белозеркой. С утра немцы пытались наступать, но были остановлены артиллерийским огнем. В 15.00 98-й полк 1-й горно-егерской дивизии Хуберта Ланца пережил атаку 17 танков, заявил об уничтожении 6 машин ценой потери 3 противотанковых пушек. В последующие дни советское командование вынуждено было остановить наступление. Уже 27 сентября командование Южного фронта приказало перебросить 15-ю танковую бригаду, 30-ю кавалерийскую дивизию и 530-й артполк ПТО в полосу 12-й армии. 30 сентября Смирнову было приказано вывести из боя 136-ю стрелковую дивизию, 2-ю танковую бригаду, для переброски на автотранспорте на правый фланг фронта. Это произошло в связи с тревожными событиями на фронте 12-й армии И.В. Галанина, атакованной в районе Новомосковска танками III моторизованного корпуса фон Маккензена. Необходимость парировать начавшееся немецкое наступление на Донбасс вынудила отказаться от продолжения операции под Мелитополем.

Наступление 9-й и 18-й армий заставило немцев повернуть от Крыма 49-й горный корпус и бросить его на восстановление рассыпавшегося фронта румынских соединений. Горные егеря вынуждены были надолго увязнуть в Ногайских степях. Не будет преувеличением сказать, что бросок 9-й и 18-й армий стал для Севастополя спасением и перевел бои вокруг города в фазу затяжной позиционной войны. Произошло это потому, что до прибытия Приморской армии в Крым не ворвался лишний немецкий корпус. Вторым объективным результатом стали большие потери 49-го корпуса, одного из элитных соединений вермахта. Батальоны 1-й горно-егерской дивизии поредели до 200-300 штыков.

Наступление под Мелитополем имело и своеобразный символический смысл. Во-первых, оно стало первой реализацией сценария, преследовавшего известного немецкого военачальника Манштейна в целой череде сражений на советско-германском фронте. Тщательно спланированная операция срывалась, поскольку советские войска наносили неожиданный удар во фланг, вырывавший из рук Манштейна тот последний корпус, который мог решить исход сражения. В сентябре 1941 г. это были горные егеря Кюблера, осенью 1942 г. - 30-й корпус из Крыма, скованный наступлением 2-й ударной армии в Синявинской операции. Под Курском в июле 1943 г. Манштейном была спланирована хитроумная комбинация, позволившая взломать оборону Воронежского фронта на всю глубину и измотать стратегические резервы советского командования. Однако 24-й танковый корпус, вместо того чтобы стать последним средством для взлома обороны Курской дуги на обояньском направлении, был брошен на отражение наступления советских войск на Миусе. Во-вторых, мелитопольская операция стала репетицией Сталинграда. В силу того, что наступление было прервано, немцы не успели или не захотели сделать вывод о реальной цене румынской армии. Это пришлось сделать уже после войны: "Румынские подразделения назначались далее согласно немецким принципам. (Имеется в виду постановка задач румынским соединениям. - А.И.). Катастрофа Донского фронта в 1942/43 году была неизбежным следствием этого" (H.Steets. Gebirgsjger in der Nogaischen Steppe. Heidelberg 1956).

"МЛАДШИЙ БРАТ" ВЯЗЬМЫ И БРЯНСКА

На октябрь 1941 г. на фронте групп армий "Центр" и "Юг" немцами были задуманы три широкомасштабные операции на окружение с использованием всех четырех танковых групп, основного инструмента организации "котлов". Первые две, проводившиеся в рамках операции "Тайфун" на московском направлении и закончившиеся окружением Западного, Резервного и Брянского фронтов, хорошо известны. Третья, реализованная группой армий "Юг" известна в меньшей степени.

Несмотря на то что в битве за Москву была задействована часть соединений первоначального состава 1-й танковой группы (9-я, 11-я танковые, 16-я, 25-я моторизованные дивизии), в распоряжении командования группы армий "Юг" осталось вполне достаточно подвижных соединений для проведения крупных наступательных операций. Это III (13-я танковая дивизия, моторизованная дивизия СС "Викинг", словацкая моторизованная дивизия), XIV (14-я и 16-я танковые дивизии) моторизованные корпуса и итальянский подвижный корпус (3-я моторизованная дивизия и дивизии "Пасубио" и "Турино"). Кроме того, в полосу 11-й армии 29 сентября прибыла мотопехотная бригада СС "Лейбштандарт Адольф Гитлер".

План немецкого командования по овладению Донбассом заключался в том, чтобы ударами по сходящимся направлениям 1-й танковой группы из района Днепропетровска и 11-й армии из Северной Таврии окружить и уничтожить армии Южного фронта восточнее Мелитополя. По сути, немецкое командование воспроизводило сценарий сражения в районе Умани, "асимметричные канны", когда окружение достигалось глубоким охватом танковым клином, соединявшимся с пехотными частями. Для этого была в сжатые сроки создана сильная ударная группировка подвижных соединений на стыке Юго-Западного и Южного фронтов в районах Красноград и Ново-Московск.

Началось наступление немцев с частной операции 27-28 сентября, когда 13-я танковая дивизия Дюверта во взаимодействии с итальянскими дивизиями "Пасубио" и "Турино" форсировала реку Орель и пошла на соединение с застрявшими на днепропетровском плацдарме 198-й пехотной, 60-й моторизованной дивизиями и дивизией СС "Викинг". В результате этого была окружена у Днепропетровска 273-я стрелковая дивизия.

29 сентября основные силы 1-й танковой группы возобновили наступление против правого фланга 12-й армии генерал-майора Галанина. Несмотря на прибытие выведенных из боя в районе Мелитополя соединений, в частности 15-й танковой бригады, переломить ход событий в свою пользу нашим войскам не удалось. В ходе встречного танкового сражения немецкими танкистами были применены кумулятивные снаряды к короткоствольным 75-мм пушкам танков Pz.IV, позволившие поражать КВ и Т-34 на дистанции до 800 м. Под ударами немецких танков 12-й армия вынуждена была начать отход. Рокировка резервов, на этот раз 150-й и 296-й стрелковых дивизий из 9-й армии в 12-ю, ситуацию уже радикально не меняла.

Осознание угрозы тылу 12-й, 18-й и 9-й армий пришло не сразу. Только в 3 часа ночи 4 октября, чтобы не допустить охвата противником своих войск, Рябышев приказал 12-й армии к утру 5 октября отойти на подготовленный оборонительный рубеж Павлоград, Любицкое, а 18-й и 9-й армиям отойти на рубеж Любицкое, Большой Токмак, Мелитополь, оз. Молочное. К тому моменту в 12-ю армию прибыла 2-я танковая бригада.

Остановить наступление противника на указанном рубеже Южному фронту не удалось. Уже 4 октября дивизии 1-й танковой группы прорвались в стыке 12-й и 18-й армий и, развивая наступление на юго-восток, соединились 7 октября в районе Андреевки (Осипенко) с румынским кавалерийским корпусом, прорвавшимся севернее Мелитополя. Одновременно вдоль берега моря прошли моторизованная бригада СС "Лейбштандарт Адольф Гитлер", 72-я пехотная дивизия и группа Шольтиц из 22-й пехотной дивизии. Пока еще разреженное кольцо окружения вокруг 18-й и 9-й армий замкнулось. Нашим войскам пришлось с боями пробиваться на Волноваху и Мариуполь. Восточный фронт кольца образовывали 16-я и 14-я танковые дивизии, а севернее их занимала позиции 60-я моторизованная дивизия. Роль "молота" для этой бронированной "наковальни" выполняли соединения 49-го горного корпуса и 170-я пехотная дивизия, наступавшие на 9-ю и 18-ю армии с запада.

Но в октябре возможности немецких войск были уже не те, что в августе у Умани и в сентябре под Киевом. В боевую линию командир 16-й танковой дивизии генерал Хубе был вынужден поставить даже саперный батальон соединения. Стык с соседом справа,14-й танковой дивизией, просто отсутствовал. Получалось не разбивание молотом о наковальню, а продавливание через "сито". Но не все прорывы заканчивались удачно. На заслон из батареи противотанковых пушек и легких пехотных орудий 16-й танковой дивизии напоролась колонна, возглавлявшаяся командующим 18-й армией Смирновым. Командарм погиб. Найденное на поле сражения тело Смирнова было по приказу командира немецкой танковой дивизии Ганса-Валентина Хубе захоронено с воинскими почестями. В окружении также погиб начальник артиллерии 18-й армии А.С. Титов, член Военного совета А.М. Миронов. На участке 16-й танковой дивизии попал в плен командир 51-й стрелковой дивизии генерал-майор П.Г. Цирульников. Много людей и техники потеряла в бою с 14-й танковой дивизией у Гусарки дебютант Южного фронта, 4-я стрелковая дивизия. Погибли начальник штаба соединения подполковник Прокопенко и командир 39-го полка майор А.И. Попов.

8 октября также было отмечено уплотнением кольца окружения, теперь контакт с танковыми частями Клейста установили не только румынские кавалеристы, но и горные егеря. Если последней цитаделью окруженных под Уманью стало село Подвысокое, то в октябре 1941 г. местом жарких боев стала деревня Семеновка. 9 октября Семеновка была занята 1-й горно-егерской дивизией, а 10-го числа сражение завершилось. Открытая местность Ногайских степей в отличие от Зеленой Брамы и лесов под Киевом не благоприятствовала длительному сопротивлению окруженных.

Оперативная группа штаба 18-й армии, возглавлявшаяся В.Я. Колпакчи, вышла из окружения 10 октября. В тот же день вышли части 130-й стрелковой дивизии, остатки 176-й, 274-й и 164-й стрелковых дивизий. 13 октября к 18-й армии присоединились остатки 96-й горнострелковой дивизии. 10 октября вышли из окружения остатки 30-й и 218-й стрелковых дивизий, два полка 99-й стрелковой дивизии, 23-й стрелковый полк 51-й стрелковой дивизии. Уже 11 октября командующий Южным фронтом считал обе пострадавшие армии восстановленными и директивой за # 0195 определил боевой состав 18-й (383-я и 99-я стрелковые дивизии, остатки 164-й и 4-й стрелковых дивизий, 38-я кавалерийская дивизия) и 9-й (395-я стрелковая дивизия, остатки 30, 51, 176, 218-й стрелковых дивизий) армий. Уже в разгар сражения последовали оргвыводы - 6 октября Рябышев был снят с поста командующего Южным фронтом и впоследствии постов выше командующего армией не занимал.

В качестве результатов сражения на окружение у Мелитополя немецкой стороной были заявлены 100 тыс. пленных. Выглядят эти цифры столь же малоубедительно, как и 600 тыс. пленных в "котлах" перед фронтом группы армий "Центр" октября 1941 г. И в том, и в другом случае имело место массовое просачивание окруженцев через рыхлые "клешни" моторизованных корпусов. Согласно советским данным, безвозвратные потери Южного фронта за всю Донбасско-Ростовскую оборонительную операцию (29 сентября - 16 ноября 1941 г.) составляют 132 014 человек.

Высвободившиеся после ликвидации "котла" 170-я и 22-я пехотные дивизии были брошены немцами в Крым, куда к тому моменту была эвакуирована из Одессы Приморская армия, существенно изменившая баланс сил. Горный корпус Кюблера в Крым так и не попал.

На первый взгляд события на Южном фронте в конце сентября - начале октября 1941 г. выглядят однозначно. Наступление у Мелитополя ослабило правый фланг фронта, что привело к прорыву танков Клейста в тыл и окружению 9-й и 18-й армий. Но это весьма поверхностный взгляд. Во-первых, для того, чтобы сдержать танковую группу, нужно было достоверно выявить точку ее удара и уплотнить фронт в этой точке. Ни в одной оборонительной операции 1941 г. этого сделать не удалось. Везде танковый удар был внезапным и сокрушительным. Достоверно определить группировку и направления ударов противника оказалось нетривиальной задачей и под Курском в 1943 г., когда в распоряжении советского командования была двухмесячная оперативная пауза. В 1941 г. каскад немецких операций на окружение следовал без подобных промежутков. Во-вторых, обратной стороной ослабления войск в неудачных наступлениях было уплотнение немцами фронта на возможных направлениях ударов Красной Армии с расходом сил, которые могли быть брошены на острие собственного наступления.

Отказ Рябышева от активных действий мог привести к катастрофическим последствиям. В Крым были бы переброшены горные егеря Кюблера и дивизии ХХХ армейского корпуса. Вполне вероятным представляется также использование в Крыму вместо импровизированной группы Циглера полноценного моторизованного соединения - бригады СС "Лейбштандарт Адольф Гитлер". В отсутствии наступления, сковавшего главные силы 11-й армии, Крым был бы захвачен превосходящими силами немцев до переброски из Одессы в Севастополь Приморской армии. Последней пришлось бы эвакуироваться уже в Новороссийск. После разгрома советских войск в Крыму 11-я армия могла всеми силами развернуться против Южного фронта и повторить случившееся в реальном октябре 1941 г. с еще более оглушительными результатами.

Объективным значением в целом неудачной Мелитопольской операции было спасение Крыма. Контрудары Красной Армии нарушали планы противника, заставляли импровизировать, ошибаться. Именно это в конце концов привело к краху немецкого плана войны.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Из кинозала в бассейн

Из кинозала в бассейн

Владимир Шемякин

16-й «Волошинский сентябрь» прокатился от Севастополя до Керчи

0
342
Что обеспечило успех ВВС РККА в боях против Японии

Что обеспечило успех ВВС РККА в боях против Японии

Николай Якубович

Обзор действий ударной и разведывательной авиации на Маньчжурском ТВД в 1945 году

0
20439
Али Алиев: "Проблемы Севастополя решим"

Али Алиев: "Проблемы Севастополя решим"

Павел Яков

Али Алиев: "Проблемы Севастополя решим"

0
3060
Как четвертого числа нас  нелегкая несла…

Как четвертого числа нас нелегкая несла…

Игорь Шумейко

Кутузов спит, Суворов кукарекает, или Когда Лев Николаевич Толстой стал толстовцем

0
1020

Другие новости

Загрузка...
24smi.org