0
416
Газета История Интернет-версия

17.09.2004

Ударные "Темпы" конструктора Надирадзе

Владимир Бухштаб

Об авторе: Владимир Игоревич Бухштаб - после окончания Ленинградского электротехнического института имени В.И. Ульянова (Ленина) работал в танковом КБ Кировского завода в Ленинграде, с 1970 г. - в Московском институте теплотехники, с 1976 г. - ведущий конструктор по комплексу "Пионер-К", затем - заместитель ведущего конструктора по комплексу "Тополь", в 1987-2000 гг. - заместитель начальника отдела боевого управления и защиты от несанкционированных пусков ракет.

Тэги: надирадзе, темпы, разработка, история


надирадзе, темпы, разработка, история Александр Давидович Надирадзе.
Фото предоставлено автором

Важнейшими элементами стратегического сдерживания в ядерной триаде России являются мобильные ракетные комплексы "Тополь". Но выросли "тополя" не за один день, а дорогу к ним проложил конструкторский коллектив во главе с Александром Надирадзе. Первым шагом на этом пути стали комплексы "Темп-С" и "Темп-2С".

НОВЫЙ КЛАСС ВООРУЖЕНИЯ

Александр Давидович Надирадзе родился 20 августа 1914 г. в городе Гори (Грузия), но вся его жизнь неразрывно связана с Россией. После завершения учебы в Московском авиационном институте он трудился в различных оборонных КБ. В 1958 году по рекомендации Сергея Павловича Королева он был переведен из КБ Владимира Челомея в КБ-1 и назначен главным конструктором НИИ-1.

НИИ-1 создано в 1946 году на окраине города Москва (на Березовой аллее) на базе каких-то ремонтных мастерских в структуре Министерства сельскохозяйственного машиностроения во исполнение ныне широко известного постановления Совета Министров СССР "Вопросы реактивного вооружения" от 13 мая 1946 года.

Занималось НИИ-1 разработкой относительно мелких боеприпасов: авиационных бомб, мин, торпед и т. п. Должности главного конструктора до прихода Надирадзе в структуре НИИ-1 не было.

Возглавлял НИИ-1 директор, разработку каждого боеприпаса возглавлял (курировал, координировал) ведущий конструктор. Кстати, широко известно в оборонных кругах НИИ-1 было потому, что его директором с момента основания до смерти в 1961 г. был Сергей Бодров, снятый до этого с должности заместителя министра сельскохозяйственного машиностроения личным приказом Иосифа Сталина.

В 1961 году Александр Надирадзе был назначен директором - главным конструктором НИИ-1 (в 1965 году переименованном в Московский институт теплотехники, ныне ФГУП "Московский институт теплотехники) и возглавлял его на протяжении 26 лет, до смерти в 1987 году.

С момента прихода в КБ-1 и особенно после 1961 года Александр Надирадзе сосредоточил усилия возглавляемого им коллектива на создании остро требовавшегося Советской Армии нового класса вооружения - мобильных оперативно-тактических ракет фронтового назначения как средства доставки ядерных боеприпасов на соответствующих театрах военных действий.

Естественно, что такие ракеты не могли по определению быть жидкостными из-за их низких боевых и эксплуатационных характеристик - большой срок подготовки к пуску, ограниченное время дежурства в заправленном состоянии, необходимость доставки к местам дислокации ракет и хранения там компонентов топлива. С другой стороны, твердотопливных пороховых зарядов требуемой мощности тогда ни в СССР, ни в мире не существовало.

Самоотверженно работавшему под руководством Бориса Жукова коллективу Люберецкого КБ "Союз" удалось создать требуемые пороховые заряды, однако большие сомнение вызывало даже теоретическая возможность сохранения стабильности характеристик, особенно при массовом серийном производстве.

В таких условиях была начата и пошла быстрыми темпами разработка ракетного комплекса "Темп". В этих условиях проявилась первая гениальная черта характера Александра Давидовича.

Не впадая в эйфорию от первых удачных пусков, не втирая очки военным заказчикам и руководству страны, он настоял на необходимости уточнения направления работ - переходу на смесевое топливо. Вообще, надежность, высокое качество предполетной наземной отработки, способность противостоять при этом любому административному нажиму типа "А чем мы встретим Первомай?", "Как прикажите доложить в ЦК (президенту)?" является до сих является "изюминкой" коллектива Московского института теплотехники.

В кратчайшие сроки был разработан и прошел летные испытания подвижный ракетный комплекс "Темп-С". Всего было изготовлено и находилось на вооружении Советской Армии с 1966 по 1987 годы более 1200 ракет.

Второй характерной чертой Александра Надирадзе было отсутствие боязни закладки в начале разработки предельных характеристик по всем параметрам не только ракет, ее зарядов, но и всех компонентов комплекса. А о его способности "выжимать" из смежников в процессе дальнейших работ все возможные и невозможные "соки" до сих пор ходят легенды.

Приведу только один пример. Для комплекса "Темп-С" коллективом КБ Минского автозавода под руководством Бориса Львовича Шапошника было специально создано 4-осное автомобильное шасси МАЗ-543. При собственной массе 20 тонн оно имело такую же грузоподъемность (соотношение 1:1).

Позже на шасси семейства МАЗ-543 (МАЗ-543А, МАЗ-543В, МАЗ-543М) были смонтированы десятки образцов вооружения и сегодня находящегося на вооружении в составе Сухопутных войск, войск ПВО, Ракетных войск и других. Широкое применение нашло это шасси и в народном хозяйстве. "Расплачивался" Александр Надирадзе с коллективом Бориса Шапошника, не выговорами или орденами, а квартирами, жилыми домами, умело выбиваемыми им из ЦК Компартии Белоруссии.

За создание комплекса "Темп-С" Московский институт теплотехники был награжден орденом Ленина. Александру Давидовичу, а также его первому заместителю Вячеславу Гоголеву и заместителю директора института по научной части и проектированию Борису Лагутину были присвоены звания лауреатов Ленинской премии.

Так уж случилось, что в дальнейшем Московский институт теплотехники далее тематикой по ракетам класса занимался только на бумаге, поскольку комплексу "Темп-С" так и не потребовалась замена в войсках. Продление гарантийных сроков комплекса обеспечило его длительную жизнедеятельность.

В дальнейшем разработку подвижных ракетных комплексов для Сухопутных войск меньшей, армейской дальности взяло на себя Коломенское КБ под руководством Сергея Непобедимого, создавшего в дальнейшем ракетные комплекса "Ока", "Искандер".

КОМПЛЕКС "ТЕМП-2С"

В 1965 году после снятия Никиты Хрущева была, как известно, восстановлена отраслевая система управления народным хозяйством. Также хорошо известно, что при этом была создана так называемая "девятка" - комплекс отраслевых оборонных министерств. Менее известно о закреплении функций этих министерств.

Не претендуя на полный анализ, автор позволит себе затронуть только один аспект, имеющий отношение непосредственное к теме настоящей статьи - создание подвижных ракетных комплексов стратегического назначения. С одной стороны, космическая и боевая ракетная тематика отошли к вновь созданному Министерству общего машиностроения, с другой - все коллективы, имеющие хоть какой-нибудь опыт в создании подвижных ракетных комплексов, вошли в воссозданное Министерство оборонной промышленности.

Как говорится, круг замкнулся.

Нельзя сказать, что Минобщемаш не пытался заняться твердотопливной и подвижной ракетной тематикой. Был разработан и в конце 60-х годов на полигоне Капустин Яр успешно прошел испытания комплекс 8К96 с твердотопливной ракетой средней дальности (индекс пусковой установки - 15У15), разработанной в КБ "Арсенал" (главный конструктор - Петр Тюрин).

Без объяснения причин на вооружение Советской Армии комплекс не был принят. Примерно в те же сроки на полигоне Плесецк проходил летные испытания комплекс 8К99 с межконтинентальной ракетой, разработанной в КБ "Южное" под руководством Михаила Янгеля.

В отличие от ракеты 8К96 ракета 8К99 (индекс пусковой установки 15У21) имела смешанную комплектацию - первая ступень ракеты была твердотопливной, вторая - жидкостной. Начальный период летных испытаний был отмечен целым рядом неудач, в связи с чем соответствующим правительственным решением летные испытания были прекращены.

Михаилу Янгелю было разрешено дострелять оставшиеся ракеты, однако, несмотря на то что еще около 10 пусков прошли успешно, судьба комплекса была предрешена.

В те же сроки Сергей Павлович Королев, принципиально отказавшийся в отличие от КБ Михаила Янгеля и КБ Владимира Челомея от перехода в жидкостной ракетной технике на гептил и прочую "отраву", сделал попытку соревноваться с ними в боевой ракетной тематике.

Был разработан шахтный ракетный комплекс 8К98 (8К98П) с трехступенчатой твердотопливной ракетой межконтинентальной дальности (стартовая масса - 51 тонна). Пусть и с некоторыми трудностями, комплекс прошел летные испытания на полигоне Плесецк в испытательном управлении под командованием полковника Петра Щербакова.

Далее, поскольку не являлся непосредственным участником событий, цитирую по книге "Полигон особой важности" (Москва, изд. "Согласие", 1997 г.).

"4 ноября 1966 года в 11 часов по московскому времени боевым расчетом Отдельной инженерно-испытательной части под командованием Ю.А. Яшина, при техническом руководстве инженеров-испытателей и главных специалистов Полигона был осуществлен пуск ракеты РС-12. Это был первый испытательный пуск на полигоне┘

Летные испытания ракеты РС-12 после модернизации продолжались до января 1972 года, был проведен пятьдесят один пуск. В течение экспериментального дежурства испытательным управлением было осуществлено сто сорок два учебно-боевых пуска ракет этого класса".

Комплекс 8К98П был принят на вооружение Советской армии и развернут в основном в ракетной дивизии в районе г. Йошкар-Ола.

Однако серийное производство ракет 8К98П было минимально - около 60 ракет. Дальнейших попыток вернуться к твердотопливной (до конца 70-х годов) и подвижной (грунтовой) тематике предприятия Минобщемаша не делали.

И вот при полном скептицизме Минобщемаша ("много таких") и нейтральном равнодушии Миноборонпрома ("не наш профиль") Александр Надирадзе ставит перед собой и коллективом задачу: "Создание подвижного грунтового комплекса с твердотопливной ракетой межконтинентальной дальности с моноблочной головной частью".

После проведения соответствующих предпроектных и проектных проработок соответствующая опытно-конструкторская работа получает в 1967 году индекс "Темп-2С".

Как и для ракеты "Темп-С", все заряды для ракеты "Темп-2С" разрабатывались в Люберецком КБ "Союз" под руководством Бориса Жукова и его первого заместителя Вадима Венгерского. Работа шла тяжело, но уверенно.

В подмосковное Хотьковское конструкторско-технологическое бюро из Московского института теплотехники был "откомандирован" бывший секретарь парткома Виктор Протасов, создавший практически с нуля лучшую в стране конструкторскую и производственную организацию по разработке изделий из стеклопластика (позже углеродных материалов). Корпуса двигателей, транспортно-пусковой контейнер ракеты, бункера пусковой установки - все это стеклопластик, и все это - КТБ. И сегодня ЦНИИ специального машиностроения под руководством Владимира Барыбина занимает в этих вопросах передовое место не только в России, но и в мире.

К концу 1968 года стало ясно, что ракета получается. Нерешенными оставались два важнейших вопроса: принятие решения по стартовому весу ракеты (об этом разговор ниже) и о разработчике системы управления ракеты.

Разработка системы управления для ракеты "Темп-2С" была поручена входившему в Миноборонпром ЦНИИ автоматики и гидравлики, которое, мягко говоря, в этом вопросе "не тянуло". Объективности ради обязан сказать, что ЦНИИ автоматики и гидравлики всегда являлось и до сих пор является основным разработчиком гидропривода (главный конструктор - ныне, увы, покойный Юрий Данилов) всех ракет Московского института теплотехники, а также разработчиком наземного гидропривода для всех пусковых установок, на которых эти ракеты когда-нибудь лежали.

И снова Александр Надирадзе принимает мужественные решения: увеличивает стартовый вес ракеты с 37 до 44 тонн и одновременно обращается к руководству страны с предложением о замене разработчика системы управления ракеты.

В июле 1969 года выходит соответствующее постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, уточняется основная кооперация (главным конструктором системы управления ракеты назначается Николай Пилюгин) и основные тактико-технические характеристики, устанавливаются базовые сроки работ. Заказчик - Ракетные войска, скрипя зубами, выдает, как ему было предписано постановлением, "Тактико-технические требования на разработку подвижного ракетного комплекса "Темп-2С" #Т-001129".

НЕКОТОРЫЕ ПОДРОБНОСТИ

Ранее упоминавшиеся пусковые установки 15У15 и 15У21 для комплексов 8К96 и 8К99 были разработаны в КБ-3 Кировского завода под руководством заместителя главного конструктора Николая Курина на базе тяжелого танка Т-10. Если охарактеризовать их предельно коротко, то главную задачу они выполняли - они ездили и с них стреляли. Автор, принимавший участие еще молодым специалистом в их создании и проведении пусков ракет, не помнит серьезных нареканий при проведении пусков в адрес КБ-3.

В то же время, если охарактеризовать эти пусковые установки как систему оружия, можно сказать, что они плохо ездили (в частности, только вне дорог с твердым покрытием, поскольку асфальт они разбивали, ресурс хода был всего 3000-5000 км), крайне сложна была их эксплуатация (затруднен доступ к многим элементам шасси, замена одних специальных систем требовала демонтажа смежных систем и т. д.).

Поэтому, с одной стороны, разработка гусеничной пусковой установки (индекс 15У67) для ракеты "Темп-2С" была поручена КБ-3 Кировского завода (и с поставленной задачей - для ракеты со стартовой массой 37 тонн - коллектив КБ прекрасно справился), а, с другой стороны, Александр Надирадзе одновременно предусмотрел разработку для ракеты "Темп-2С" и самоходной пусковой установки на автомобильном шасси (индекс 15У68). Разработка пусковой установки 15У67 и наземного оборудования комплекса в целом была поручена тем же создателям ПУ и шасси для ракеты "Темп-С" - ОКБ Волгоградского завода "Баррикады" (главный конструктор - Георгий Сергеев), КБ Минского автозавода под руководством Бориса Шапошника.

Теперь о главном, без чего, по мнению автора, никогда не были бы созданы никакие, способные нести боевое дежурство, подвижные грунтовые ракетные комплексы.

Здесь автор обязан привести относительно длинную цитату из рассказа Михаила Кольцова "Куриная слепота", написанного в 1932 году: "Я не знаю, что такое "комплекс". Это слово, если когда-нибудь что-то и значило, то теперь от бесконечного упоминания на многочисленных заседаниях, в первую очередь в Госплане, потеряло его навсегда. "Комплексом" называют все, что угодно, а чаще всего ничего. При слове "комплекс" я умолкаю. На "комплекс" мне возразить нечего".

Так вот, если бы мне понадобилось охарактеризовать жизнь и деятельность Александра Давидовича Надирадзе одной фразой, я бы сказал так: "Это был гений в ракетной технике и человек, прекрасно понимавший важность слова "комплекс".

Если с задачей курирования создания пусковой установки, средств обеспечения транспортировки, перегрузки ракет (так называемого КСО - комплекса средств обслуживания) еще как-то справлялся небольшой отдел наземного оборудования Московского института теплотехники под руководством Кирилла Синягина, основной задачей которого являлась разработка транспортно-пускового контейнера, то, что такое "комплекс", в институте не знал никто.

Думаю, что этого тогда не понимал и никто в СССР.

Во всяком случае, штатная полковая структура, проходивших уже совместные летные испытания комплексов 8К96 и 8К99, представляла из себя шесть стоящих в кружок гусеничных пусковых установок и расположенный в центре круга подвижный командный пункт полка, состоящий из множества машин на разнотипных автомобильных шасси. Где-то рядом такая же передвижная энергетика. О том, что людям надо спать и есть, что их нужно охранять, Петр Тюрин и Михаил Янгель или не думали, или считали, что это дело военных. Не уверен, что они понимали или отдавали должное таким понятиям, как "маскировка", "живучесть".

В недрах Московского института теплотехники эти вопросы (с точки зрения умудренных опытом "аксакалов" - сугубо второстепенные) интересовали только небольшую группу очень молодых инженеров, организационно оформленную сначала как сектор 19 в структуре ракетного СКБ-1, руководимого Борисом Лагутиным, а затем, после назначения последнего заместителем директора по научной работе и проектированию, - в самостоятельный отдел 110. Чем занимаются эти ребята, что они там рисуют, мало кто знал и тем более понимал, но, поскольку "продукции" в виде груд чертежей, синек и т. д. они не выдавали, а кропали какие-то там отчеты, плакаты и т. п., все считали их если не бездельниками, то уж, во всяком случае, людьми второго сорта.

И вот, руководствуясь, очевидно, известным сталинским принципом "Кадры решают все", Александр Надирадзе принимает революционное кадровое решение.

В октябре 1970 года выходит приказ министра оборонной промышленности, которым чистый ракетчик Вячеслав Гоголев перемещается с должности первого заместителя директора - главного конструктора на должность заместителя главного конструктора по проектированию, ему поручается курирование только двух отделений (по ракете и двигательным установкам); на должность первого заместителя директора - главного конструктора назначается 43-летний Борис Лагутин.

Первым же приказом Александра Надирадзе после объявления приказа министра в структуре института создается комплексное отделение (отделение 6), на должность его начальником назначается 30-летний Александр Виноградов. Отделение 6 становится головным в институте.

"ТЕМП-2С" КАК СИСТЕМА ОРУЖИЯ

Основной единицей комплекса являлся ракетный полк.

В состав полка входили 3 дивизиона и подвижный командный пункт полка.

В составе каждого дивизиона 9 машин: 2 самоходные пусковые установки на 6-осном автомобильном шасси "МАЗ-547А", машина подготовки и пуска на шасси "МАЗ-543А", 2 машины-дизель-электростанции (в каждой по 4 дизель-агрегата мощностью по 30 квт) на шасси "МАЗ-543А", 2 машины бытового обеспечения (машина-столовая, машина-общежитие) на шасси "МАЗ-543В", 2 машины охраны (машина дежурной смены охраны на шасси "МАЗ-543А" и машина боевого поста на базе шасси БТР-60).

В составе подвижного командного пункта полка также 9 машин: машины боевого управления и машины связи на шасси "МАЗ-543-А", машина тропосферной связи на шасси "МАЗ-543В", 2 машины-дизель-электростанции, 2 машины бытового обеспечения и 2 машины охраны.

Все машины были разработаны в рамках единой опытно-конструкторской работы "Создание ракетного комплекса "Темп-2С", прошли совместные летные испытания в его составе и были приняты на вооружение Советской армии единым постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР.

В состав комплекса входило также оборудование, обеспечивающее жизненный цикл ракет и агрегатов наземного оборудования: средства транспортировки и перегрузки ракет, их хранения на арсеналах, регламентные и учебно-тренировочные средства.

Совместные летные испытания комплекса "Темп-2С" (комплекс РС-14) были начаты пуском первой ракеты 14 марта 1972 года в 21 час 00 минут с космодрома "Плесецк". Летно-конструкторский этап в 1972 году проходил достаточно сложно: 2 пуска (второй и четвертый) из 5 были неудачными.

Однако в дальнейшем неудач не было. Всего в процессе летных испытаний было проведено 30 пусков. Совместные летные испытания были завершены в декабре 1974 года залповым пуском 2 ракет.

Подвижный грунтовый ракетный комплекс "Темп-2С" был принят на вооружение Советской армии постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР в 1976 году. Однако в соответствии с Договором об ограничении стратегических наступательных вооружений считался как бы неразвернутым.

Все 42 серийно изготовленные ракеты "Темп-2С" несли боевое дежурство на полигоне Плесецк в пункте постоянной дислокации в хранилищах.

За создание комплекса Московский институт теплотехники был награжден вторым орденом Ленина. Александру Надирадзе было присвоено звания Героя Социалистического Труда.

Двум работникам Московского института теплотехники (Александру Виноградову, Николаю Нефедову), главному конструктору Минского автозавода Борису Львовичу Шапошнику, первому заместителю главного конструктора ОКБ Волгоградского завода "Баррикады" (в момент присвоения звания уже главному конструктору - начальнику ОКБ-1) Валериану Соболеву, заместителю главного конструктора по испытаниям НИИ автоматики и приборостроения Игорю Зотову, а также председателю Государственной комиссии по проведению совместных летных испытаний комплекса генерал-лейтенанту Александру Бровцину были присвоены звания лауреатов Ленинской премии.

Более 1500 работников кооперации, создавшей комплекс "Темп-2С", было награждено правительственными наградами, около 30 были присвоены звания лауреатов Государственных премий СССР.

Несмотря на кажущееся относительно скромное развертывание комплекса "Темп-2С", не следует забывать, что он не только явился базовым для дальнейшего развития в СССР подвижной ракетной тематики, но и позволил накопить опыт эксплуатации, подготовить как гражданские, так и военные кадры. О гражданских у меня, надеюсь, еще будет возможность рассказать в дальнейшем, здесь же, завершая, упомяну только о дальнейшей службе некоторых военных специалистов полигона Плесецк, непосредственно участвовавших в проведении совместных летных испытаний комплекса.

Начальник полигона генерал-лейтенант Герой Советского Союза Галактион Алпаидзе после ухода в 1975 году в отставку около 20 лет был заместителем директора Московского института теплотехники по гарантийному надзору, внес достойный вклад в обеспечение развертывания и эксплуатации комплексов "Пионер" и "Тополь".

Начальник испытательной части подполковник Николай Мазяркин в звании генерал-лейтенанта командовал полигоном Капустин Яр. Скончался в отставке в городе Минске.

Начальник комплексного отдела испытательного управления подполковник Геннадий Ясинский постановлением ЦК КПСС откомандирован в 1973 году в распоряжение Московского института теплотехники. Генерал-майор, бессменный технический руководитель испытаний, в 1992-1997 годах первый заместитель генерального конструктора и директора института, с 1997 года по настоящее время - первый заместитель генерального конструктора по испытаниям и гарантийному надзору.

Его заместитель подполковник Михаил Жолудев, начальник группы майор Альберт Жигулин - генерал-майоры, завершили службу заместителями командира полигона Плесецк.

Майор Василий Курдаев, лейтенант Александр Баль, командиры первых боевых расчетов лейтенанты Дмитрий Беспалов, Евгений Резепов ушли в отставку с различных командных должностей в центральном аппарате Министерства обороны и полигона Плесецк в званиях полковников.

Извините меня те, кого не назвал.

И в заключение. Автор бесконечно благодарен за школу жизни почетному директору - почетному генеральному конструктору Московского дважды ордена Ленина института теплотехники Борису Николаевичу Лагутину и безвременно ушедшему от нас Александру Константиновичу Виноградову.

Автор надеется, что ему все-таки удастся уговорить Бориса Николаевича Лагутина написать воспоминания о Александре Давидовиче Надирадзе в книгу, которую ветераны хотели бы издать задолго до 100-й годовщины со дня его рождения.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Другие новости

Читайте также


День в истории. 21 августа

День в истории. 21 августа

Петр Спивак

0
206
День в истории. 20 августа

День в истории. 20 августа

Петр Спивак

0
73
День в истории. 19 августа

День в истории. 19 августа

Петр Спивак

0
340
День в истории. 18 августа

День в истории. 18 августа

Петр Спивак

0
246