0
1040
Газета История Интернет-версия

02.12.2005

«Марс», оказавшийся в тени «Урана»

Тэги: марс, уран, сталинград, вов


Чтобы провести крупную операцию, нужны сотни эшелонов с вооружением, боеприпасами, горючим.
Фото из книги 'Великая Отечественная война в фотографиях...'

Сражения Великой Отечественной войны, начиная с 1990-х годов, являются предметом яростной полемики. К числу наиболее спорных тем относится зимняя кампания 1942-1943 годов. Историки Минобороны и поныне стойко защищают сложившуюся еще в период существования СССР официальную версию, согласно которой Сталинградская стратегическая наступательная операция (ССНО, кодовое наименование "Уран") изначально была призвана стать главным событием второй военной зимы на советско-германском фронте. Наступательные же действия на ряде других направлений (операции "Марс", "Юпитер", "Полярная звезда" соответственно на Западном, Калининском и Северо-Западном фронтах) задумывались исключительно для решения локальных задач на ТВД. Однако анализ даже опубликованных документов и материалов показывает, что все было ровно наоборот.

КТО РАЗРАБАТЫВАЛ ПЛАН

Впрочем, не лишним будет сперва разобраться с одним вроде бы частным вопросом: кто является автором плана операции "Уран"?

Маршал Георгий Жуков в своих мемуарах пишет следующее: "┘чтобы разработать такую крупнейшую стратегическую операцию, как план наступления трех фронтов в районе Сталинграда, нужно было основываться не только на оперативных выводах, но и на определенных материально-технических расчетах. Кто же мог производить конкретные расчеты сил и средств для операции такого масштаба?"

Ответ очевиден Виктору Суворову (Владимиру Резуну), книги которого стали весьма популярными в последнее время. Бывший советский майор-разведчик без всяких сомнений сразу указывает на разработчика: "┘его должность летом 1942 г. - старший офицер Главного оперативного управления Генерального штаба. Звание - полковник, впоследствии - генерал-лейтенант Потапов. То, что план Сталинградской стратегической наступательной операции родился в Главном оперативном управлении и что автором плана был полковник Потапов, известно всем и давно".

Правда, "всем и давно" в ГОУ ГШ было всегда очевидно: старший офицер-оператор Оперативного управления Генштаба РККА (в 1942 году оно еще не именовалось "главным") в звании полковника не мог стать единоличным автором плана стратегической операции группы фронтов - именно так в системе операций 1942 году называлась ССНО.

Можно не сомневаться: есть шансы отыскать в недрах Генштаба подлинник замысла Сталинградской стратегической наступательной операции, директивы Ставки Верховного главнокомандования на ее проведение - тоже. В реальности существуют документы по организации взаимодействия между фронтами и расчеты по распределению сил и средств. Но плана ССНО как такового наверняка нет. Однако есть планы фронтовых наступательных операций - каждого из трех фронтов, принимавших участие в ССНО, - Юго-Западного, Донского, Сталинградского, утвержденные Сталиным.

Теперь о разнице между такими терминами, как "замысел операции", "решение на операцию" и "план операции". Это ведь далеко не одно и то же. Вкратце можно сказать, что замысел операции - это направление главного и другого ударов, способ ведения операции, наконец, состав группировок войск и их оперативное построение. Решение на операцию (опять-таки в нескольких словах) - это замысел плюс задачи войскам плюс указания по взаимодействию и управлению.

В разные периоды истории в Советской и Российской армиях упоминаемые документы назывались по-разному, их было то больше, то меньше, однако суть комплекта в целом при этом существенно не менялась. К важнейшим из них относятся: решение командующего войсками фронта на наступательную операцию, собственно план операции (оперативная часть на карте плюс текстовая пояснительная записка), календарный план подготовки операции, план взаимодействия, план рекогносцировки, график боевого управления, план создания ударных группировок, план ПВО, план боевых действий воздушной армии, план связи, схема оперативной связи, план разведки, план оперативной маскировки, план инженерного обеспечения, план тылового обеспечения, план подвоза материальных средств и т.д., и т.д.

План любой фронтовой операции представляет собой комплект более чем из сотни планирующих, директивных и отчетно-информационных документов. Он разрабатывается штабом фронта совместно с начальниками родов войск, специальных войск и служб.

А без документов не обойтись - ведь воевать по наитию невозможно. Скажем, забыл штаб фронта подготовить только один план - комендантской службы в наступательной операции. В результате - на всех фронтовых и армейских дорогах возникает невообразимая каша.

Мог ли, скажем, сотворить подобный комплект документов один - пусть даже очень высоко подготовленный - офицер Оперативного управления Генерального штаба РККА? Разумеется, нет. Разработка полутора сотен документов по каждому из трех фронтов, принимающих участие в ССНО, находилась просто за пределами физических возможностей одного человека.

Не могли быть авторами плана подобной операции и Генеральный штаб вместе со Ставкой ВГК, о чем пишет в своих воспоминаниях маршал Жуков (замысла - да, решения - да, а вот трех планов ФНО - нет). Отработка подобных документов находится за пределами функций этих органов управления.

Что касается документа, приписываемого полковнику Потапову, то он наверняка существует в реальности. Только это не план операции, а замысел. Скорее всего он называется даже не замысел, а "соображения" или "предложения" по разгрому группировок войск противника под Сталинградом. По форме документ, надо полагать, представляет собой карту (так называемую в штабах оперативную часть) с приложением нескольких листов пояснительной записки с расчетами.

Не приходится сомневаться в одном - вряд ли офицер-оператор разработал этот документ в инициативном порядке. Скорее всего Генштаб и его Оперативное управление получили подобную задачу после предварительного обсуждения Ставкой общего замысла зимней кампании 1942-1943 годов, где Сталинградская операция занимала строго отведенное ей Верховным главнокомандующим и начальником Генерального штаба место. Возникает вопрос - какое?

ЦИФРЫ СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ

Чтобы понять роль и место операций "Уран" и "Марс" историки в первую очередь должны обращаться к документам Ставки и Генштаба. Однако они и поныне засекречены.

Если бы эти документы оказались доступны исследователям, то спор о том, какая операция главная, а какая "сковывающая", - отпал бы сам по себе. Самое интересное - наверняка разрабатывались несколько альтернативных вариантов зимней кампании 1942-1943 годов. Безусловно, они обсуждались.

То, что Верховный главнокомандующий, Ставка и Генеральный штаб РККА не придавали решающего значения Сталинградской наступательной операции, заметно по распределению сил и средств на советско-германском фронте на 19 ноября 1942 года (см. таблицу из 12-томной "Истории Второй мировой войны").

Даже по этим данным на двух участках фронта - от Ладожского озера до Холма и от Холма до Болхова, которые составляли 36% протяженности советско-германского фронта, - находилось более половины личного состава действующей армии, артиллерии, авиации и 60% танков. В то же время на участке от Новой Калитвы до Астрахани, где якобы готовился главный удар в кампании, количество сил и средств составляло 18-20% и лишь по авиации - свыше 30%. Но эти 30% в абсолютных цифрах совсем немного - свыше 900 самолетов. Получается, по 300 самолетов на фронт, якобы действующий на главном ТВД.

Непонятно, из каких соображений исходили официальные историки, готовившую эту таблицу. Ведь она отправляет официальную версию истории Великой Отечественной войны в нокаут. Считать после изучения приведенных цифр, что в районе Сталинграда планировался главный удар, несерьезно, ибо они противоречат одному из важнейших принципов военного искусства - массированию сил и средств на направлении главного удара.

Кстати, любой офицер-оператор знает, насколько лукавы данные таблицы. Можно не сомневаться - дабы подкрепить официальную версию, показатели Сталинградского, Юго-Западного и Донского фронтов тянули за уши что есть мочи (одновременно занижая данные фронтов Западного ТВД), используя множество хорошо проверенных приемов подсчета.

Скажем, 15 501 орудие и миномет - это много или мало по сравнению с 24 682? На первый взгляд, разница налицо. Однако она будет не столь очевидна, если разложить цифры вначале отдельно по орудиям, потом - отдельно по минометам. Затем - по калибрам и типам. Наконец - и это самое главное - по обеспеченности боеприпасами. И только тогда можно что-то сопоставлять и анализировать. Если официальная версия истории таких данных не предоставляет, значит, преимущество фронтов, находившихся в центре и севере, над южными еще больше.

Заметим, в приведенной таблице отражены войска только действующей армии. Если сюда приплюсовать стратегические резервы (согласно их оперативному предназначению), то картина будет еще больше в пользу Западного ТВД. Чтобы сделать однозначные выводы по этому вопросу, нужен План формирования и оперативного предназначения стратегических резервов РККА соответствующего периода войны (вполне возможно, что документ назывался в те времена по-другому). Он нигде не опубликован. Однако это не означает его отсутствие. Если он не приводится - значит, противоречит официальной версии войны.

Достаточно много и других оговорок, чтобы понять: стратегические резервы, подготовленные к осени 1942 года, были предназначены отнюдь не для развития успеха на юго-западном участке советско-германского фронта. В частности, в той же 12-томной "Истории Второй мировой войны" сказано, что значительная часть стратегических резервов Ставки осенью 1942 года формировалась и располагалась восточнее и юго-восточнее Москвы - в районах Тамбова, Балашова и Саратова. Заметим, это по официальным данным. На самом деле таких районов было значительно больше. Германской разведке многие из них удалось установить. И на основании информации своих резидентов немцы вполне обоснованно ожидали, что основные события зимней кампании развернутся на Западном стратегическом направлении.

ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ

План кампании нельзя радикально изменить после того, как он разработан, утвержден, а государство, вооруженные силы страны приступили к его выполнению. Красные стрелы на картах можно перечертить в течение суток. Однако каким образом можно перебросить в новые районы сотни тысяч и миллионы тонн боеприпасов, горючего, продовольствия, иных материально-технических средств (которые загодя складировались в местах планируемого проведения главных операций очередной кампании), передислоцировать стратегические резервы - непонятно. Повторные воинские перевозки подобного масштаба невозможны просто по определению.

Приведем только один пример. В ту пору на железных дорогах страны использовалась исключительно паровозная тяга. Чтобы осуществить плановые воинские перевозки в соответствии с замыслом очередной кампании, требовалось сосредоточить колоссальное количество угля на узловых станциях. Причем именно на тех, в полосе которых планировалось нанести основные удары по противнику. Дабы что-то существенно изменить в замысле кампании после завершения перевозок (сотни тысяч вагонов, между прочим), уже невозможно подать команду - "Стой! Назад! Все в исходное!". Не будет даже сожженного угля для паровозов. На заготовку новых запасов топлива уйдет значительный промежуток времени. А по срокам это будет как раз следующая кампания.

Иными словами, государство и его вооруженные силы с определенного момента становятся заложниками собственных планов. Имеет место своеобразный стратегический "цугцванг" или вынужденная последовательность оперативно-стратегических ходов. Как говаривал Наполеон, вино откупорено - и его надо выпить. Хочешь - не хочешь, а операцию "Марс" проводить уже придется.

Скажем, планировали успех на Западном ТВД, а вышел в совершенно другом месте - на Юго-Западном. Требуется как можно быстрее перегруппировать туда стратегические резервы, материально-технические средства. Да, в относительно сжатый срок удастся передислоцировать на другой театр военных действий несколько бомбардировочных авиадивизий. Однако вместе с самолетами надо организовать переброску как минимум 15 заправок высокооктанового авиационного бензина, сотни тысяч тонн авиационных средств поражения. Без этого авиадивизии будут представлять из себя ружья без патронов. А на воинские перевозки подобного масштаба требуются десятки тысяч так называемых условных вагонов и промежуток времени, равный 2-3 месяцам. Но за эти 8-12 недель наметившийся на фронте успех противником будет локализован.

Именно тут, надо отметить, коренится ответ на вопрос - почему Паулюса вместе с его армией, сосредоточенной на сравнительно небольшом участке территории, практически без истребительного авиационного и зенитно-артиллерийского прикрытия, не подвергали массированным ударам с воздуха. Казалось, чего проще: сыпь на окруженных немцев бомбы сверху, пока не выкинут белый флаг. Но! Не было ни самолетов, ни - что куда важнее - бомб. Все проблемы решали атаками пехоты и танков после артподготовки, неся немалые потери.

23 ноября 1942 года немцев окружили под Сталинградом. Но вот для того, чтобы развить успех в направлении Ростова, крупных оперативно-стратегических резервов под рукой не оказалось. До города - ворот Северного Кавказа - оставалось 300 км. Эрих фон Манштейн подобное расстояние в 1941 году в схожей обстановке преодолел всего за четыре дня. У немцев между Сталинградом и Ростовом оперативных резервов не было. Но их не имела и РККА.

Некоторая пауза в действиях советских войск дала немцам возможность произвести необходимые перегруппировки и организовать деблокирующий удар. Первый крупный резерв Ставки - 2-я гвардейская армия - прибыл на Юго-Западное стратегическое направление только в середине декабря (отметим, что на 1 ноября 1942 году в резерве Ставки было пять общевойсковых армий). Он был задействован не для развития сталинградского успеха (или же окончательного разгрома 6-й немецкой армии), а для контрудара по прорывающимся к войскам Паулюса дивизиям группы армий "Дон". В то же время немцы лихорадочно выводили свои соединения и части из огромной северокавказской западни. По этим же причинам - недостатка сил и средств - ликвидация окруженной группировки под Сталинградом затянулась на два с половиной месяца. В итоге неправильная оценка обстановки Ставкой ВГК летом и осенью 1942 года при составлении плана предстоящей зимней кампании привела и к поражению наших войск под Харьковом в феврале-марте 1943 года.

ПЕРЕСМАТРИВАТЬ ВСЕ ЖЕ ПРИДЕТСЯ

Почему советская историческая наука так тщательно обходит острые углы самой интересной кампании Великой Отечественной войны? Ведь более интригующего (и в высшей степени поучительного) периода истории советско-германского вооруженного противоборства, с точки зрения стратегии и предоставляемых ходом событий возможностей для РККА, попросту не было. Зимой 1942-1943 годов существовала реальнейшая возможность военного сокрушения Германии. Во всяком случае, имелась возможность нанести тяжелейшее поражение всему южному крылу германского Восточного фронта. Но военно-политическое руководство СССР эту возможность упустило. Хотя такие шансы, как свидетельствует мировая военная история, предоставляются противоборствующим сторонам достаточно редко. Зима 1942-1943 гг. - один из ярких примеров подобного рода.

Надо полагать, что в Ставке ВГК и Генеральном штабе РККА предельно ясно отдавали себе отчет в том, какое "окно возможностей" образовалась в результате поражения немцев под Сталинградом. Однако радикально изменить план зимней кампании политические и военные деятели уже не могли. Этим в первую очередь и объясняется незавершенность многих операций после Сталинграда на южном крыле фронта зимой 1943 года. Иначе говоря, в оценку обстановки и последующее планирование военных действий вкрались существенные ошибки. Сознаваться в них, тем более на уровне высшего военно-политического руководства (в СССР оно не могло ошибаться по определению), и поныне никто не хочет.

Почему до сих пор не преданы гласности наиболее интересные документы Ставки ВГК и Генштаба РККА, относящиеся к этому периоду вооруженного противоборства на советско-германском фронте? Потому что если эти документы будут опубликованы, то от официальной версии истории Великой Отечественной войны не останется камня на камне.

В этом случае моментально исчезают многочисленные мифы. Перечислим только некоторые из них: "основные усилия в зимней кампании 1942/43 г. сосредоточивались на южном крыле советско-германского фронта", "важнейшей стратегической операцией кампании должно было явиться контрнаступление под Сталинградом", "Ставка Верховного Главнокомандования наиболее тщательно разрабатывала исходную операцию - стратегическое контрнаступление под Сталинградом", "планируя и организуя контрнаступление под Сталинградом, Ставка предусмотрела сковывание сил врага активными действиями войск на западном, северо-западном направлениях и на Северном Кавказе". Как только откроются документы, все ранее опубликованное придется пересматривать и переписывать.

А самый главный вывод - правдивой и полной истории Великой Отечественной войны как не было, так и нет. И, по всей видимости, она не скоро появится. Однако значения великой победы под Сталинградом вышеприведенные рассуждения отнюдь не умаляют. Вспомним: в ходе поворотного сражения на Тихом океане 4 июня 1942 года - битвы в районе атолла Мидуэй - обстановка в высшей степени случайным образом складывалась в пользу то одной, то другой стороны. Что тут скажешь - на то и война. В конечном итоге победу одержали американцы, и они по праву ей гордятся. И если Ставкой ВГК и Генштабом РККА во время войны допускались ошибки, это должно быть предметом анализа, а не утаивания.

Количество сил и средств в действующей армии по участкам стратегического фронта к 19 ноября 1942 г.

Участки стратегического фронта

Фронты

Протяженность участков км/%

Количество сил и средств*

Люди тыс. чел./%

орудия и минометы шт./%

танки шт./%

самолеты шт./%

От Баренцева моря до Ладожского озера

Карельский, 7-я отд. армия

1550/25

340/5,6

3931/5,1

220/3,0

177/5,8

От Ладожского озера до Холма

Ленинградский, Волховский, Северо-Западный

1160/19

1232/20,4

16435/21,3

1089/14,8

277/9,1

От Холма до Болхова

Калининский, Западный, Московская зона обороны

1050/17

1890/31,4

24682/32,0

3375/45,9

1170/38,6

От Болхова до Новой Калитвы

Брянский, Воронежский

550/9

644/10,7

7834/10,1

884/12,0

225/7,4

От Новой Калитвы до Астрахани

Юго-Западный, Донской, Сталинградский

850/14

1103/18,4.

15501/20,1

1463/19,9

928/30,6

На Северном Кавказе

Закавказский

1000/16

816/13,5

8797/11,4

319/4,4

255/8,5

Всего:

12 фронтов, одна зона, одна отд. армия.

6160/100

6030/100

77180/100

7350/100

3032/100

* Без учета Войск ПВО страны и ВМФ, а также зенитных орудий и 50-мм минометов.

Данные по авиации на 1 ноября 1942 г. без АДД.


Другие новости

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


В Хасавюрте в результате обстрела погиб депутат Народного собрания Дагестана Муса Иславов

В Хасавюрте в результате обстрела погиб депутат Народного собрания Дагестана Муса Иславов

Александр Шаповалов

0
450
Сохранить связь поколений

Сохранить связь поколений

Оксана Скрипникова

"Бессмертный полк" как память о Победе

0
1009
Тайна исчезновения «Марса-6»  сорок лет спустя

Тайна исчезновения «Марса-6» сорок лет спустя

Виталий Егоров

Об энтузиастах поиска земных артефактов на других планетах не выходя из городской квартиры

0
9763
Здание харьковской обладминистрации брали штурмом

Здание харьковской обладминистрации брали штурмом

0
1990