0
2743
Газета История Интернет-версия

13.11.2009

Историки подставили политиков: размышления после праздника

Празднование Дня всенародного единства приведет лишь к дальнейшим коллизиям и расколу общества

Александр Широкорад

Об авторе: Александр Борисович Широкорад - историк.

Тэги: история, день народного единства


история, день народного единства Михаил Федорович – первый царь из династии Романовых.

Распад СССР привел помимо всего прочего к появлению весьма вольных трактовок давнего и недавнего прошлого чуть ли не в каждой из бывших советских республик. Причем тамошние «открытия» не состыкуются не только с российской историей, но и с общепризнанными в мире фактами. Особенно забавны в этом отношении ученые мужи Украины, Эстонии и Латвии, которые пытаются доказать, что оные государства и оные народы существовали со времен Ноя. Впрочем, кое в чем могут с этими «исследователями» потягаться их коллеги из нашей страны.

НОВЫЙ ЭТАП СМУТЫ

15 мая 2009 года в Российской Федерации была создана особая Комиссия при президенте по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России. Не знаю, какой фронт работ она наметила себе на ближайшее время, но одну тему готов подсказать сразу.

Возникает естественный вопрос: допустимы ли действия ряда российских ученых, которые умышленно в конъюнктурных целях занялись искажением собственной истории?

Вот классический пример – празднование 4 ноября Дня народного единства. Остепененные дяди доказывают нам, что после капитуляции польского гарнизона в Москве в ноябре 1612 года весь русский народ объединился и приступил к борьбе с иноземными оккупантами. По телевидению выступил какой-то «известный историк» и, глядя в камеру правдивыми голубыми глазами, заявил, что, мол, «произошло единение сословий».

Что же действительно произошло в ноябре 1612 года? Русскими войсками была одержана крупная победа – сдался польский гарнизон в Москве. Однако этот успех даже не стал переломным пунктом в войне с поляками.

Любопытно, что вместе с поляками в осаде сидело все семейство бояр Романовых, включая шестнадцатилетнего Михаила, его мать инокиню Марфу, дядю Александра Никитича и многочисленною родню по женской линии.

А в каком качестве пребывала там вся эта честная компания? Томилась в плену на цепи в застенках? Ничего подобного. Ведь именно Романовы вкупе с рядом других бояр тайно впустили в Москву польское воинство. А что они делали в 1611–1612 годах? Увы, тут сказать нечего – все документы на этот счет были уничтожены еще в XVII веке. Во всяком случае, находилось романовское семейство в Кремле совершенно добровольно.

Защищали ли Кремль вместе с иноземными пришельцами боярин Александр Романов и стольник Михаил Романов, достоверных сведений нет, но по долгу службы оба обязаны были это делать, поскольку целовали крест царю Владиславу Сигизмундовичу и как верноподданным им надлежало насмерть драться за своего сюзерена.

И вот «все сословия сплачиваются» вокруг клана Романовых. А польские войска 27 октября 1612 года, то есть еще до сдачи Москвы, начали уходить в Речь Посполитую, оставив гарнизон в Смоленске. Испугались князя Дмитрия Пожарского? Нет. Интервентов изгнали генералы Голод и Холод. А в 1613–1616 годах боевые действия с захватчиками свелись лишь к позиционной войне в районе Смоленска. И не потому, что гордые поляки убоялись «единения всех сословий» в России, а потому, что паны в очередной раз учинили разборку с королем Сигизмундом. Его величество оказалось без денег и физически не могло вновь осуществить вторжение в русские земли.

Зато в Московском государстве с новой силой заполыхала кровавая междоусобица. Вся Русь была в огне – от Соловков до Астрахани и от Смоленска до Казани. В одних волостях бои шли более активно, в других – менее, но практически не было волостей, где царил бы мир и порядок.

Ряд историков называют события 1613–1618 годов гражданской войной. Действительно, по количеству участников боевых действий и их регулярности, числу разоренных городов, убитых и раненых людей все происходившее тогда на Руси превосходит «кампании» Болотникова, Разина, Пугачева, Гришки Отрепьева и Тушинского вора.

До лета 1614 года в районах Орла и Белгорода, а позже на Нижней Волге действовали войска Ивана Заруцкого, пытавшегося посадить на престол царевича Ивана, законного сына законной царицы Марины, которую как раз отдельно от Лжедмитрия короновали те же бояре Романовы.

На Русском севере шведы вели классическую локальную войну – малыми силами на ограниченной территории. Зато «воровские казаки» контролировали весь северный край от Пскова и Новгорода до Костромы, Углича и Белозерска, а на севере – до Белого моря.

В 1612 году пан Александр Лисовский совершил поход вокруг Москвы радиусом 200–300 км. Сей военачальник был поляком, но свыше 80% его воинства – «лисовчиков» – являлись русскими православными людьми. В 1613 году городовой воронежский казак Иван Баловень собрал большой отряд и принялся «добывать зипуны». В 1615 году он отправился к Москве. В его подчинении находилось до 15–20 тыс. казаков. Месяца три они держали в осаде столицу, но в конце июля их удалось разбить князю Борису Лыкову. Любопытно, что 12% пленных составили... дворяне. Большинство их жаловались на беспросветную нужду. Так, каширский дворянин Минохов мотивировал уход в казаки «бедностью безпоместной», новгородец Обентов – «бедностью и разорением». По царскому указу у всех дворян, пойманных с Баловнем, были отняты поместья.

Продолжать рассказ о гражданской войне в эпоху «народного единства» автору не позволяет объем статьи, а всех интересующихся подробностями он отсылает к своей книге «Казачество в Великой Смуте» (М.: Яуза, Эксмо, 2007).

Между тем польские паны достигли компромисса с королем и согласились дать денег на продолжение войны против России. И вот в апреле 1617 года королевич Владислав (он же московский царь Владислав Сигизмундович) во главе коронных войск двинулся в поход на Москву, но дошел до Вязьмы аж... 18 октября (то есть через полгода!). Там поляки решили зазимовать.

Только 5 июня 1618 года они выступили из Вязьмы и направились далее на восток. На помощь Владиславу двинулось казачье войско гетмана Петра Сагайдачного. 20 сентября 1618 года коронные войска и казаки соединились у Донского монастыря под самыми стенами Москвы. Однако в ночь на 1 октября попытка штурма города закончилась неудачей.

27 октября Владислав бросил свой лагерь в Тушине и отступил к северу, а Сагайдачный поспешно двинулся на юг по Калужской дороге. Теперь королевича и его рать ждала голодная зима в совершенно разоренном районе недалеко от неприступного Троицкого монастыря.

Итак, ситуация для русских складывалась вполне благоприятная. Шансов на выживание у воинства Владислава было немного – вспомним 1812 год. Да и радные паны вовсе не собирались давать Сигизмунду денег на кампанию 1619 года.

Не следует забывать и о внешнеполитических факторах, складывавшихся явно не в пользу поляков. Московский посольский приказ не мог не знать о кризисе в отношениях Речи Посполитой с Турцией и Швецией. В 1618 году на престол Турецкой империи вступил Осман II. Молодой султан немедленно начал подготовку к походу на Польшу. В 1621 году большая армия стамбульского владыки перешла Днестр.

В том же 1621 году шведский флот вошел в устье Западной Двины и высадил двадцатитысячный десант под предводительством короля Густава II Адольфа. Война между Польшей и Швецией длилась восемь лет.

Но до этого, а именно 1 декабря 1618 года, в селе Деулине было подписано перемирие сроком на 14 лет и 6 месяцев, то есть до 3 января 1632 года. По условиям заключенного договора полякам отдавались уже захваченные ими города Смоленск, Белый, Рославль, Дорогобуж, Серпейск, Трубчевск, Новгород Северский с округами по обе стороны Десны, а также Чернигов с областью. Мало того, Речи Посполитой достался и ряд городов, контролируемых русскими войсками, среди которых были Стародуб, Перемышль, Почеп, Невель, Себеж, Красный, Торопец, Велиж с их округами и уездами. Причем крепости оставлялись вместе с пушками и «пушечными запасами». Территории враг получал вместе с населением. Имели право уехать в Россию лишь дворяне со служилыми людьми, духовенство и купцы. Крестьяне и горожане должны были принудительно оставаться на своих местах.

Кто и зачем подписал столь подлый мир, когда судьба Речи Посполитой висела на волоске?


Патриарх Филарет.
Иллюстрации предоставлены автором

Да дело в том, что Михаилу Романову и правившей от его имени монахине Марфе до смерти хотелось увидеть отца и мужа Филарета Романова, находившегося у поляков в заложниках. И действительно, Филарет был обменен на три десятка русских городов.

Нетрудно понять, что Михаил Романов был самым худшим для России кандидатом на престол из всех возможных. Начну с того, что Россией уже 700 с лишним лет правили исключительно князья Рюриковичи. Ни разу в истории боярин, выдавший свою дочь замуж за князя Рюриковича, не мог претендовать на княжеский или царский престол. Так что претензии Романовых на трон из-за того, что Анастасия, тетка Михаила Романова, была одной из семи жен царя Ивана Грозного, смехотворны. Тот же род Годуновых-Сабуровых дал в дом Калиты трех невест. Но Годунов – статья особая. Он и при царе Федоре являлся полновластным правителем России, и в его случае было сделано исключение. Я уж не говорю о том, что Годунов был хоть и сомнительным, но Чингизидом, происходившим от царевича Чета.

Сами же Романовы были беспородными и не имели никакого отношения к Рюриковичам, в то время как в стране имелось несколько князей Рюриковичей – потомков законных правителей России. Тот же Дмитрий Михайлович Пожарский являлся прямым наследником великого князя Всеволода Большое Гнездо. Его прапрадед был правителем независимого Стародубского княжества. Кстати, во время похода второго ополчения Дмитрий Михайлович подписывался «князь Пожарково-Стародубский», а менее чем через год Романовы заставили его подписываться «холоп твой Митька».

И Филарет, и Михаил Романовы целовали крест, то есть дали согласие считать себя подданными вначале Тушинского вора (Лжедмитрия II), а затем царя Владислава. Минин и Пожарский никогда не признавали власти этих персон. Владислав же даже в 30-х годах XVII века с удовольствием спрашивал русских послов, как там поживает его холоп Миша Романов.

Надо ли говорить, что в столь трагическом периоде войны 1613–1618 годов Руси требовался не только царь, но и патриарх. Однако клан Романовых принципиально желал посадить на патриаршее место в Москве Филарета. В результате страна шесть тяжелых лет жила без церковного владыки. Кстати, с войском Владислава на Москву шел законно избранный патриарх Игнатий, не совсем законно изгнанный со своего поста.

Все вышесказанное – не «журналистское расследование» автора. Об этом подробно (хотя и в разных местах) написано в трудах Соловьева, Костомарова, Скрынникова, Станиславского и других отечественных историков. Ни один из вышеизложенных фактов никогда никем из серьезных историков не оспаривался.

«ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ» 1613 ГОДА

Естественно, что значительная часть князей и дворянства, включая Димитрия Пожарского, была против кандидатуры Михаила Романова. Но за него горой встали «тушинские казаки», из которых и состояло так называемое первое ополчение. Мало того, если дворяне из второго ополчения в значительном числе отправились к Можайску воевать с поляками, а часть их разъехалась подкормиться по именьям, то в Москву в ноябре–декабре прибыло множество «воровских казаков».

2 ноября 1612 года началось заседание Земского собора, собранного для выбора царя, хотя к тому времени в Москву приехали лишь немногие выборные. Ход же заседаний собора уже три столетия вызывает споры исследователей прошлого нашего Отечества. Официальные историки Российской империи живописали елейную картину, как весь собор, умиляясь, избрал на царство Михаила Романова. Любые иные версии в XIX веке грозили Сибирью. В ХХ веке у историков в эмиграции не было цензуры, но они так соскучились по сусальным картинкам «а-ля святая Русь», что с восторгом повторяли сказки XIX века.

Что же касается «прогрессивных» ученых конца XIX – начала ХХ века, то их в основном мало интересовали подробности собора. В своих политических интересах они выпячивали сам факт его созыва и то, что царь Михаил обещал править, в дальнейшем опираясь на волю последующих соборов. Таким образом обосновывалась утопическая идея проведения подобных государственных мероприятий в России второй половины XIX века – начала ХХ века.

Фактически Михаил Романов был избран не собором, а в результате военного переворота, совершенного тушинскими казаками. Те отлично помнили, что Филарет Романов был в Тушине патриархом, причем не только во время правления Лжедмитрия II, но и после его бегства в Калугу. В тушинской «боярской думе» также заправляли Романовы и их родня по женской линии.

Могли ли воровские казаки остаться безучастными к избранию царя? С установлением сильной власти уже не удастся грабить, а придется отвечать за содеянное. Поэтому пропаганда сторонников Романовых была для этой братии поистине благой вестью. Ведь есть шанс поселить в кремлевских палатах своих людей, с которыми подавляющее большинство казаков неоднократно общалось в Тушине. Как мог Михаил Романов укорять их за преступления на службе у «царя Дмитрия Ивановича»? Да вместе же служили и выполняли приказы твоего батюшки – тушинского патриарха, твоих родственников – тушинских бояр.

Не будем забывать, что в период «избирательной кампании» Романовы и их родня Салтыковы направо и налево раздавали казакам деньги и землю. Так, к примеру, атаман Филипп Максимов получил большую сумму наличными и поместье перед самым избранием Михаила.

И вот 500 вооруженных казаков, сломав ворота, ворвались к крутицкому митрополиту Ионе, исполнявшему в то время обязанности местоблюстителя патриарха: «Дай нам, митрополит, царя, государя на Россию, кому нам поклонитися и служити и у ково жалованья просити, до чево нам гладною смертию измирати!»

Дом Пожарского был окружен сотнями казаков. Фактически в феврале 1613 года произошел государственный переворот – воровские казаки силой поставили царем Михаила Романова. Разумеется, в последующие 300 лет правления Романовых любые документы об этой «февральской революции» тщательно изымались и уничтожались, а взамен придумывались сусальные сказочки.

Замечу, что за границей современники не строили иллюзий по поводу законности Земского собора. Вот, к примеру, протоколы допроса стольника Чепчугова, дворян Пушкина и Дурова, угодивших в 1614 году в полон к шведам. Пленников допрашивали в Новгороде каждого в отдельности, поочередно, и их рассказы о казацком перевороте совпали между собой во всех деталях: «Казаки и чернь не отходили от Кремля, пока дума и земские чине в тот же день не присягнули Михаилу Романову».

Польский канцлер Лев Сапега прямо заявил пленному Филарету Романову: «Посадили сына твоего на Московское государство одни казаки».

13 апреля 1613 года шведский разведчик доносил из Москвы, что казаки избрали Михаила Романова против воли бояр, принудив Пожарского и Трубецкого дать согласие после осады их дворов. Французский капитан Жак Маржерет, служивший в России со времен Годунова, в 1613 году в письме к английскому королю Якову I подчеркивал, что казаки выбрали «этого ребенка», чтобы манипулировать им.

Фальсификация событий ноября 1612 года неизбежно вызывает полнейшую нестыковку всех событий Смутного времени начиная с 1603 года. Конечно, за ученые степени, гранты да и за государственные награды иные историки готовы оперативно переписать всю летопись Смутного времени. Но не пора ли властям понять: то, что проходило в 30-х годах ХХ века в России, Германии и других странах, не может пройти в веке Интернета. Празднование Дня всенародного единства приведет лишь к дальнейшим коллизиям и расколу общества.

Ну а если кто очень мечтает о новом празднике, так тут нет надобности мудрствовать лукаво. Есть, например, День Бородина – когда россияне дали бой не только французам, но и армиям всей покоренной Наполеоном Европы, нанесли тяжелейший урон агрессору. Это действительно знаменательнейшее событие в истории нашей страны без всяких натяжек и фальсификаций. И его празднование не может не сплотить граждан РФ.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Храни его, о Вакх

Храни его, о Вакх

Евгений Лесин

Андрей Щербак-Жуков

Теория и практика еды в книгах писателей и ученых, химия и литература, а также гимн шумерской богине пива

0
1071
Гугельхупфы, рожденные отвращением

Гугельхупфы, рожденные отвращением

Александр Стрункин

Про чумных монстров, болезнетворных карликов и моровую деву

0
214
Не только трагедия

Не только трагедия

Лев Львов

Национальный герой Парагвая, французская сказочница и другие русские изгнанники

0
630
Игра в письма

Игра в письма

Александра Обломова

Страх за будущее, которого он не знает, шел нога в ногу с человеком во все времена

0
920

Другие новости

Загрузка...
24smi.org