0
2027
Газета История Интернет-версия

23.06.2017 00:01:00

Стратегическая победа

Варшавско-Ивангородская операция – одно из самых успешных сражений, проведенных русскими войсками в Первую мировую войну

Алексей Олейников

Об авторе: Алексей Владимирович Олейников – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России Астраханского государственного университета, член Ассоциации историков Первой мировой войны.

Тэги: история, первая мировая война, варшавско ивангородская операция, гиденбург


история, первая мировая война, варшавско ивангородская операция, гиденбург На Висле. Русские войска отражают ночную атаку германской пехоты. Иллюстрация 1914 года

В понятие Варшавско-Ивангородской операции, проходившей с 15 сентября по 26 октября 1914 года, включается серия наступательных и оборонительных сражений русских и германо-австрийских армий в средневислинском регионе.

Австро-венгерские войска, потерпевшие тяжелое поражение в Галицийской битве, поспешно отступали, и срочная помощь немецких войск была единственным средством предотвращения надвигающейся катастрофы.

Под угрозой захвата русскими войсками оказались Западная Галиция, Краков и Bepxняя Силезия. Отход австрийцев на Краков привел к рокировке германских соединений на помощь союзнику, а также к переброске дополнительных войск с Французского фронта (что весьма ощутимо сказалось на германских операциях на Французском фронте под общим наименованием «Бег к морю»).

ПЛАНЫ СТОРОН

Немцы планировали реанимировать галицийский фронт и сорвать крупномасштабное наступление русских армий в сердце Германии – Силезию, центр добычи ценного минерального сырья.

Германское командование осуществило перегруппировку.

Оно сформировало 9-ю армию – под командованием Пауля фон Гинденбурга она должна была наступать на Варшаву и Ивангород. Гинденбург являлся и командующим всем германским Восточным фронтом. Непосредственно содействовать немцам должна была австрийская 1-я армия, так или иначе были задействованы другие австрийские армии.

Германская 9-я армия включала в состав пять корпусов (17-й, 11-й, 20-й армейские, Гвардейский резервный и Силезский ландверный Р. фон Войрша), отдельные дивизии (35-я резервная и ландверная Бредова) и 8-ю кавалерийскую дивизию. Всего – 12,5 пехотных и одну кавалерийскую дивизии. Австрийская 1-я армия, которая на тот момент считалась лучшей, насчитывала 11,5 пехотных и пять кавалерийских дивизий.

Северная ударная группа Гинденбурга (германская 9-я и австрийская 1-я армии) насчитывала более 290 тыс. штыков (135,5 тыс. немцев и 155 тыс. австрийцев), 20 тыс. сабель (поровну австрийцы и немцы) и 1600 орудий. Вспомогательная южная группа эрцгерцога Фридриха включала австрийские 2-ю, 3-ю и 4-ю армии и армейскую группу Карла фон Пфланцера-Балтина.

Русская Ставка планировала перенести центр тяжести оперативных действий на левый берег реки Висла – ударив на Силезию и затем продвигаясь к верхнему Одеру и Берлину. Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич, пользуясь польской сетью железных дорог, осуществил блестящий маневр. 4-я, 5-я и 9-я армии перебрасывались к Ивангороду – Сандомиру – они должны были решать активную задачу. Предусматривался фронтальный удар (от Ивангорода) и фланговый охват (от Варшавы). Для последней задачи назначалась 2-я армия. В Галиции оставлялись лишь две армии (3-я и 8-я). Перед ними, а также перед 1-й и 10-й армиями Северо-Западного фронта ставилась задача обеспечения операции.

В русских 2-й (1-й Сибирский армейский,

1-й и 23-й армейские корпуса, Кавказская кавалерийская дивизия, Гвардейская казачья бригада, астраханский казачий полк), 5-й (5-й, 17-й, 19-й армейские корпуса, 1-я Донская казачья дивизия), 4-й (Гренадерский, 3-й Кавказский армейский, 16-й армейский корпуса, Уральская казачья дивизия) и 9-й (Гвардейский, 14-й, 18-й, 25-й армейские корпуса, 13-я кавалерийская дивизия) армий и Конного корпуса Александра Новикова числилось 470 тыс. штыков, 50 тыс. сабель и 2400 орудий. Но часть войск, включая 30 тыс. пехотинцев, располагалась в Варшавском укрепрайоне.

В общей сложности 20 австро-германских корпусов противостояли 18 русским.

ЖЕСТОКАЯ СХВАТКА

С обеих сторон сражение носило наступательный характер с решительными целями.

Герхард Риттер в «Критике мировой войны» дал следующую характеристику планированию противников в предстоящей операции: германо-австрийский «план операции представлял собой тонкое использование существовавшего положения. Он целиком был направлен к тому, чтобы навязать свою волю противнику и заставить его изменить первоначальный план развертывания своих сил, в выгодном для центральных держав смысле. Русский оперативный план имел целью прорвать связь между Германией и Австрией».

На первом этапе сражения (германское наступление) противник продвинулся до реки Вислы у городов Опатов и Сандомир, левым флангом, нанося удар на Варшаву с заслоном на Ивангородском направлении. Левый фланг неприятеля – 35-я резервная, ландверная и 8-я кавалерийская дивизии, 17-й и 20-й армейские корпуса, центр – 11-й, Гвардейский резервный и Силезский ландверный корпуса, правый фланг – австрийская 1-я армия.

Ударная группа Августа фон Макензена (17-й армейский корпус, части 20-го армейского корпуса и сводного корпуса Фроммеля) с 24 сентября вела тяжелые бои на подступах к Варшаве с войсками русской 2-й армии. Параллельно германцы атаковали Ивангород, ведя бои с 4-й армией. В то время как ударная группа Гинденбурга правым флангом дошла до Вислы, русская группа армий закончила развертывание на Висле. Стратегическая мысль германского командования ищет выход из тупика, в который угодила группа Гинденбурга, в то время как командование Юго-Западного фронта готовило форсирование реки, собирая ударный кулак.

Именно удар на Варшаву, по мысли германцев, давал выход из тупика. Ключевое значение имела борьба за плацдармы (Козеницкий плацдарм стал примером мужества войск 4-й и 5-й армий) – и за переправы. Немцы придавали Козеницкому плацдарму огромное значение, стремясь опрокинуть авангардные русские части в Вислу, но последние не только удержали плацдарм, но и перебросили на левобережье Вислы 17-й армейский и 3-й Кавказский армейский корпуса. Эти соединения сковали крупные силы противника, создав предпосылки для последующего успешного наступления главных сил.

На втором этапе операции русская 2-я армия нанесла 29 сентября сильный контрудар противнику, закончившийся тактическим успехом. Немцы попытались контратаковать от Сенкоцинского леса и Згожала. Контратаки стоили им больших потерь.

2 октября 4-му армейскому корпусу удалось овладеть линией Мошна–Прутков–Пенцице–Соколов. В ходе ожесточенных боев деревни по несколько раз переходили из рук в руки и в конце концов остались за русскими. И 3 октября, как указывается в труде Г.К. Королькова «Варшавско-Ивангородская операция», «бой… протекал с прежним успехом для русских, они отбивали все атаки противника, особенно сильные и настойчивые против 2-го Сибирского корпуса».

22-14-2.jpg
Пленные австрийцы, захваченные под Ивангородом.
Фото 1914 года

Особым упорством отличались немецкие атаки на Прутков, Соколов и Пенцице. Они были блестяще отбиты. Бои у Пруткова – гордость бывшей «самсоновской» 2-й армии. В частности, в «Сборнике документов мировой империалистической войны на Русском фронте (1914–1917 гг.)» указывалось: «Упорство немцев чрезвычайное. На всем фронте в течение этих дней немцы ведут бешеные атаки. Некоторые пункты были атакованы по три раза в сутки, как, например, Прутков, атакованный вчера три раза. Атаки ведутся и ночью. Ракитно восемь раз переходило из рук в руки и осталось за нами. Штыковые атаки немцев, которые велись ими неоднократно на всем фронте, указывают на то важное значение, которое придает противник овладению позициями 2-й армии. Войска 2-й армии имели перед собой достойного уважения за свою храбрость противника, встретившего и в войсках 2-й армии несокрушимую твердость. Наши доблестные войска отбили все атаки немцев с огромными для них потерями и сегодня продвигаются левым флангом вперед, выбивая немцев штыками из их позиций, с целью выиграть необходимое пространство для развертывания корпусов переправляющейся 5-й армии».

17-й армейский и 3-й Кавказский армейские корпуса 4-й армии сражались на Козеницком плацдарме. Материалы германского Рейхсархива, отмечая тяжелые погодные условия, зафиксировали тяжелое положение германского Гвардейского резервного корпуса и 72-й пехотной бригады 20-го армейского корпуса в этих боях. «Большой удачей было то, что удавалось держаться», – указывалось в документах.

Огромную роль сыграла в операции Ивангородская крепость, активно применялась тяжелая артиллерия. Не помогла врагу и перегруппировка сил, передавшая район Ивангорода в зону ответственности австрийской 1-й армии.

Последующее наступление 4-й армии также вызывало трудности: русским войскам пришлось западнее Козенице вести тяжелые бои в лесном районе, но, несмотря на сложности, задача была выполнена.

На финальном этапе операции наступление русских войск (прежде всего совершивших марш-маневр 5-й и 9-й армий) привело к поражению германской 9-й и австрийской 1-й армий. Для Северо-Западного фронта общее наступление началось 5–7 октября, Юго-Западного – 8–10 октября.

И под угрозой окружения и разгрома

П. Гинденбург приказал группе А. фон Макензена отойти на три перехода. Он рассчитывал, задействовав три корпуса прикрытия, фланговым ударом остановить наступавшие от Варшавы русские войска. Но в районе Гловно-Скерневицы немцы были разбиты, а австрийская 1-я армия разгромлена в Келецком сражении.

ВРАГ ОТСТУПАЕТ

Эрих фон Людендорф зафиксировал исключительно критическое положение германских и австрийских войск.

Германо-австрийцы отступали на широком фронте, осуществлялась порча коммуникаций и выведение из строя железнодорожного полотна. Если немцы быстро отступали, стремясь оторваться от русских частей, то австрийцы желали удержать Сандомирский узел – его утрата осложнила бы положение австрийских войск, оборонявших линию реки Сан.

Зачастую отступление превращалось в бегство, и немцы бросали раненых, в том числе офицеров. Людендорф считал эти события наиболее критическим моментом на Восточном фронте.

В ходе операции русская армия продемонстрировала высокие боевые качества, добившись второй крупной (после Галицийской битвы) победы и нанеся тяжелое поражение германцам, расквитавшись с ними за поражение 2-й армии в Восточной Пруссии и развеяв миф о немецкой непобедимости.

Следует отметить искусство русского командования, осуществившего широкий маневр как по грунтовым, так и, особенно, железным дорогам и наладившего одновременное наступление четырех армий. Как отмечал Г.К. Корольков, «русским принадлежал конечный стратегический успех, так как ген. Гинденбург был принужден отказаться от продолжения операции, не ожидая тактического неуспеха… На его стороне были преимущества технического снабжения и неограниченного расходования боевых средств, и все-таки он принужден был признать свой стратегический неуспех и начать быстрый отход».

Операция протекала в обстановке встречных боев, охватов и маневров. Активность противников чередовалась с переходом к обороне. Немцы были вынуждены увязывать действия с австрийским союзником, русские – координировать действия двух фронтов в рамках единой операции.

ИТОГИ

Варшавско-Ивангородская операция, или «битва за Вислу», по своему смыслу, по количеству задействованных войск, по осуществленному стратегическому маневру является одной из крупнейших стратегических операций маневренного периода войны на Русском фронте. По форме она представляла собой встречное сражение – одну из наиболее сложных форм ведения боевых действий. Русская армия умела выигрывать встречные сражения, характеризующиеся высоким динамизмом и необходимостью быстро реагировать на изменяющуюся обстановку. В операции участвовала половина русской Действующей армии и главные силы австро-германцев на Восточном фронте. Для последних – это и первая совместная операция на более чем 300-километровом фронте.

Генерал от инфантерии Юрий Данилов в изданной в 1924 году в Берлине книге «Россия в мировой войне 1914–1915 гг.» отмечал: «Мы одержали над нашими противниками, несомненно, очень крупную стратегическую победу… Стратегия сделала свое дело столь ярко, что немцы не осмелились принять решительного боя».

Общие потери русских войск – до 150 тыс. человек и около 50 орудий. Общие потери противника – такие же, включая до 23 тыс. пленными и 63 орудия.

Стратегическим результатом операции стал срыв планов германо-австрийского командования сгладить последствия Галицийской битвы. Операция знаменовала начало «метания» стратегической мысли германцев между Западным и Восточным фронтами. Вместе с тем выяснилось, что войска Австро-Венгрии не были разбиты окончательно, как виделось после Галицийской битвы.

Юго-Западный фронт вышел к предгорьям Карпат, началась Краковская операция. Германцы окончательно перешли к осуществлению коалиционной войны и систематической поддержке австрийского союзника. Итогом победы было и то, что оказался сорванным план вовлечения Болгарии в войну на стороне германского блока в 1914 году.

Операцию характеризовал искусный железнодорожный маневр русского верховного командования по сосредоточению и перегруппировке войск, но вместе с тем были упущены возможности окружения с последующим уничтожением германской 9-й армии, что само по себе явилось бы переломным моментом войны на Русском фронте.

Эрих фон Фалькенгайн отмечал провал австро-германского наступления – русским удалось не только оттеснить австрийский северный фланг левее Вислы, но и угрожать охватом северному флангу 9-й армии. В свою очередь, Эрих фон Людендорф свидетельствовал, что удалось выиграть время, но операция провалилась.

Германская военная история характеризовала Варшавско-Ивангородскую операцию как период «больших четырехнедельных боев, богатых тяжелыми кризисами и потерями». Отто фон Мозер в труде «Краткий стратегический обзор мировой войны 1914–1918 годов» указывал: «Отдельные операции этого похода почти переступали границы смелости; их можно объяснить только тем же чрезвычайно счастливым обстоятельством, что немецкое командование продолжало быть осведомленным о русских войсковых приказах, а следовательно, было своевременно предупреждено об угрожавших опасностях, в особенности в отношении угрозы левому немецкому флангу. К сожалению, эта в высшей степени самоотверженная борьба немецких войск, имевшая целью обеспечить австро-венгерцам время на проведение своей операции, оказалась напрасной… чтобы нанести решительный удар южному флангу русских войск, искусно управляемых и оборонявшихся с большой храбростью. В силу этого оба союзника должны были начать отступление на свои исходные позиции у Кракова, если не хотели, чтобы под Варшавой немецкие войска постигла катастрофа».

Таким образом, германцы признавали тяжесть операции, поражение австро-германских войск, большие потери, а также продолжавший ими использоваться фактор осведомленности о русском планировании и действиях с помощью перехватываемых радиограмм. Более того, Отто фон Мозер лишний раз заострял внимание на немецких потерях: «…Главные силы русской армии, вместе с прибывшими тем временем свежими сибирскими корпусами, были отвлечены из Галиции на север, в южную Польшу… Правда, эти результаты были достигнуты ценой тяжелых немецких потерь».

Оценивая командный состав русской армии, можно отметить отличную организаторскую работу Ставки. Следует в качестве примера отрицательного привести командующего Северо-Западным фронтом генерала от инфантерии Николая Рузского, пассивное поведение которого на начальном этапе операции привело к тяжелой обстановке, в то время как его 1-я и 10-я армии, имея перед собой слабейшего противника, могли содействовать с севера варшавско-ивангородской группировке русской армии. Получив 2-ю и 5-ю армии, он слабо координировал их действия.

Лучший из командармов – это, несомненно, командующий 9-й армией Платон Лечицкий, разгромивший 1-ю армию Виктора Данкля (15 тыс. пленных), умело применявший фронтальные и фланговые удары. Следует отметить также генерала Павла Плеве, употреблявшего, как указывал Г.К. Корольков, «героические усилия» для обеспечения своих войск.

В плеяде австро-германского руководства выделяется Эрих фон Людендорф, которому союзники обязаны тем, что разгром не превратился в катастрофу.

Было сломлено, как подчеркивал Корольков, «последнее сопротивление частей союзников (австро-германцев. – А.О.), выполнявших так называемое 1-е наступление ген. Гинденбурга в Польшу. Успех, достигнутый русскими, был вызван… планомерным развитием боя с применением обходов и действий на фланги противника».

Если русское командование провело своевременную рокировку к северу крупных сил, то германское командование действовало авантюрно, рассчитывая на неповоротливость своего оппонента, на этот раз сумевшего противопоставить немцам более полноценный оперативный план.

Подводя итог, следует заметить, что в активе Антанты оказалась крупная стратегическая победа в тяжелый для Французского фронта период. Недаром германский историк Отто Швинк в труде «Бои на р. Изер и у Ипра осенью 1914 г.» был вынужден констатировать: «У Изера и Ипра оба противника столкнулись… Откуда… спрашивается, у немцев взялись силы? Ведь они были вынуждены перебросить значительную часть их на восток».

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


День в истории. 28 июля

День в истории. 28 июля

Петр Спивак

0
1122
День в истории. 27 июля

День в истории. 27 июля

Петр Спивак

0
1181
День в истории. 26 июля

День в истории. 26 июля

Петр Спивак

0
1360
День в истории. 25 июля

День в истории. 25 июля

Петр Спивак

0
1583

Другие новости

Загрузка...
24smi.org
Рамблер/новости