Михаил Ходаренок С НАЧАЛОМ войны в Ираке в среде российских офицеров и генералов заметны вспышки антиамериканских настроений. Наивным было бы полагать, что их возмущение опирается на факты нарушения Соединенными Штатами норм международного права (подавляющая часть наших военных, надо отметить, и вовсе не разбирается в тонкостях межгосударственных отношений). Тем более трудно понять причины антиамериканизма, если принять во внимание, что большинство российских офицеров никогда не видели ни одного "живого" американца и лично они им ничем не насолили.
В чем же дело? Российские военные так сильно переживают за Ирак и Саддама Хусейна лично? На практике благородный гнев отечественных генералов объясняется достаточно просто (хотя сами они в этом ни за что не сознаются). Его неиссякаемым источником является самая обычная зависть к действиям вооруженных сил США в Ираке (а равно и в другом регионе мира), их оснащению, вооружению и военной технике, способности решать тактические и оперативные задачи с такой быстротой и качеством, какие и не снились нашим военным.
Приступ плохо скрываемого злорадства у российских генералов вызывают сообщения о потерях войск американо-британской коалиции. В частности, по состоянию на 5 апреля (по официальным данным американского командования) в Ираке погибли 102 военнослужащих коалиционных сил (75 американцев и 27 британцев, 7 американских военнослужащих захвачены в плен и 8 числятся пропавшими без вести). Потери союзников в вооружении и военной техники составили: самолетов - 5 (США - 4, Великобритания - 1), вертолетов - 8 (США - 6, Великобритания - 2), танков - 11 (США - 8, Великобритания - 3).
Многим нашим военачальникам эти потери кажутся весьма большими и создающими угрозу успешному завершению операции в Ираке. Теперь представим, если бы российские Вооруженные силы в том или ином регионе мира создали группировку в 300 с лишним тыс. солдат, более 1000 боевых самолетов, несколько сотен боевых вертолетов, 150 боевых надводных кораблей и десятки подводных лодок. Заметим, что численность большинства российских военных округов не превышает и десятой части американо-британской группировки. Вообразим, что все это каждый день стреляет, маневрирует, летает и непрерывно находится в море.
Сколько бы в этом случае составили российские только небоевые потери? Надо полагать, жертвы от "дружественного огня", нарушений техники безопасности и заурядной "неуставщины" были во много раз больше, чем американцы и англичане потеряли в ходе самых ожесточенных боев с отборными дивизиями Саддама.
Кроме того, вполне возможно, что Российская армия и не прошла бы половину пути до Багдада. Значительную часть личного состава выкосили дизентерия, желтуха и брюшной тиф, которые пропалывали ряды ограниченного контингента в Афганистане не хуже душманских пулеметов. Заметим, питание в частях американской армии, воюющей в Ираке, организовано совершенно на иных принципах, чем в российской, - все имеет практически одноразовый характер. Нет привычных для нас полевых кухонь и котелков, которые в жарком климате и при дефиците воды зачастую сами являются источниками инфекционных заболеваний (несмотря на все принимаемые меры). Об этом знает каждый, кто хоть однажды перебрасывался со своей частью в пустыни и тропики. Уже на третий день после разгрузки половина бойцов "мучается животами". Да одних дров для приготовления пищи надо везти с собой совершенно немыслимое количество.
Иными словами, что в ВС США организовано на уровне современных требований, у нас решается еще как во времена взятия Плевны. Возникает извечный русский вопрос: что делать? Да в конце концов, надо хоть что-то делать, а не заниматься постоянно столь любимыми для российских генералов аппаратными интригами.
