"Выдать котелок водки..."

Ефимов А.Н. Штурмовики идут на цель. - М.: Патриот, 2003, 479 с., илл., тир. 10 000 экз.

"Ветераны Великой Отечественной уже давно отписали свои книги", - как-то заметил один издатель. Казалось бы: да, те, кто хотел оставить после себя мемуары, уже сделал это, прочие же, год от года уходя от нас, унесли память о той войне с собой навсегда. Да и не всем в советские времена дозволялось "воспоминать". Писали в основном маршалы, командующие, военачальники рангами пониже, прославляемые тогдашней пропагандой Герои┘

Наверное, свою книгу в те времена мог написать и дважды Герой Советского Союза летчик-штурмовик Александр Николаевич Ефимов. Но не писал. И тем ценнее, что она вышла именно сейчас, по прошествии 60 лет после тех событий, которые в ней описаны. Ценнее потому, что над ней не сидели главпуровские цензоры и "политкорректоры", не вымарывали и не поправляли "неудобные" куски и не вставляли "свои", как это они творили, например, с "Воспоминаниями и размышлениями" маршала Г.К. Жукова. И еще. Автор прожил большую жизнь - ему идет 82-й год, он маршал авиации, в разные годы занимал высокие должности вплоть до главкома ВВС, но описал "свою войну" с позиции именно молодого пилота, воспринимающего обстановку такой, какой она представлялась ему тогда. А в сентябре 1942 г., когда, окончив авиашколу в Ворошиловграде (Луганск) он впервые попал на фронт, ему, лейтенанту, было девятнадцать. Как написал он сам, "летчик, командир звена, эскадрильи видел обстановку, образно говоря, сквозь перекрестье прицела". И вот во всех этих смыслах "Штурмовики идут на цель" - мемуары особого свойства. Они разительно отличаются от тех, что написали когда-то знаменитые советские асы Иван Кожедуб и Александр Покрышкин.

Ефимов летал на знаменитом Ил-2 - "воздушном танке", грозе фашистской пехоты. Но первый в жизни бой он увидел на земле, когда они с сослуживцем, направляясь по назначению в авиаполк, проехали на попутке свой перекресток и оказались рядом с передовой, у артиллеристов, поддерживающих действия роты, берущей безымянную высоту. И наблюдали, как поднявшиеся в атаку солдаты падали от лютого пулеметного огня немцев┘ Потом канонада стихла, и они, растерянные и ошеломленные во вдруг возникшей нелепой, зловещей тишине, впивались глазами в неподвижные фигурки на раскисшем от дождя поле. А офицер-артиллерист кричал: "И где она, ваша авиация? Где обещанная поддержка с воздуха? Кто ответит за них?" - и бросал взгляды в сторону наших бойцов, навечно оставшихся молчать на подступах к высотке.

"Потом на моем пути было много боев, - с болью и горечью в сердце написал автор, - но этот, первый, на всю жизнь врезался в память". Бездействие авиации они с приятелем пытались оправдывать нелетной погодой - а она действительно была таковой, - но не получалось. "В ту пору еще неведомо было нам, что вести боевые действия в подобных условиях было чрезвычайно трудно или попросту невозможно┘"

В таком берущем за душу ключе написана вся эта нехудожественная книга. В ней, конечно, не только бои и трагедии. В ней многое. Воспоминания далекого детства - как осуществлялась раз возникшая мечта стать летчиком. 1937-й, арест отца. Последняя встреча с матерью и сестренкой 22 июня 1941-го, за несколько минут до того, как было объявлено о начале войны. Долгий поиск брата Кости, который, уехав поступать в авиатехникум, негаданным образом стал разведчиком и в войну работал за рубежом. Показаны люди: чего они стоили, как стремились приблизить Победу. Показаны порой тончайшие детали быта летчиков фронтовой поры, приводятся записи из летной книжки┘ После вручения первой Звезды Героя (вместе с тремя орденами, заслуженными ранее) авиакомандарм Константин Вершинин спросил старшего лейтенанта Ефимова: "Где будешь отмечать это событие?" - взял лист бумаги и написал: "Начальнику военторга. Выдать котелок водки". И в этом смысле книга маршала авиации Ефимова не просто мемуары, она - документ эпохи.