24 августа 1941 года одна из московских газет опубликовала очерк «Мы отомстим за тебя, товарищ». В нем было рассказано о мученической гибели военнопленного красноармейца Гейнриха Гофмана, поволжского немца. Гитлеровцы пытали раненого героя, ему отрубили обе руки, выкололи глаза, отрезали язык, прокололи штыком грудь. Из обрубков тела советского воина двуногие звери выложили пятиконечную звезду.
Этот очерк увидел свет за четыре дня до появления печально известного указа о депортации немецкого населения Поволжья в Сибирь и Казахстан. Близких Гейнриха Гофмана также отправили в ссылку, ведь звание Героя Советского Союза ему было присвоено (посмертно) лишь через много лет после Победы в мае 1945-го. В Зале Героев Центрального музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе я заметил досадную ошибку. На мраморе сверкала надпись: «Гофман Генрих Борисович». Но в комсомольском билете героя – другое отчество: Филиппович. Да и имя все же не «Генрих», а «Гейнрих». Мое замечание было аккуратно записано дежурным консультантом музея в журнал.
Мне обещали позвонить, жду звонка уже три месяца! Мое напоминание, что свой подвиг Гейнрих Гофман совершил задолго до подвига Зои Космодемьянской, назвали в музее некорректным. Я извинился. Но кто извинится перед погибшим красноармейцем Гофманом? Почему бы не поместить фото комсомольского билета нашего героя рядом с фотографией Зои Космодемьянской? На музейном стенде достаточно свободного места.
И у Николая Дитовича Берия (1925–1948), гвардии рядового, там же в музее неверное отчество – Титович. Легендарный автоматчик Николай Берия, уроженец небольшого абхазского села, в боях за город Керчь в 1943 году получил тяжелое ранение, ему было 18 лет. Николаю тогда же присвоили звание Героя Советского Союза. Не знаю, вспоминают ли в наши дни в Абхазии об одном из ее сыновей (ведь он грузин и однофамилец известного деятеля карательных органов СССР), однако подобные досадные ошибки вряд ли свидетельствуют о должном внимании к памяти ушедших из жизни доблестных воинов в главном мемориале ратной славы 1941–1945 годов.
И последнее. Очень странно, что редакция газеты, впервые рассказавшей о Гофмане, не решает вопрос о публикации моего обращения, несмотря на согласие заведующего военного отдела газеты. Поэтому прошу напечатать мое письмо в «НВО». Надеюсь, оно поможет исправить ошибки.
Сергей Тюляков, журналист
г. Москва
Николай Фонарев 
