Сергей Небренчин
Сажин В.И., Бондарь Ю.М. Военная мощь Исламской Республики Иран.
– М.: Изд-во Московского университета, 2014. – 544 с.
В издательстве Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова при поддержке факультета мировой политики и Института востоковедения РАН вышла книга востоковедов и иранистов В.И. Сажина и Ю.М. Бондаря «Военная мощь Исламской Республики Иран».
Иран за сравнительно короткий срок сумел создать одни из сильнейших вооруженных сил на Ближнем и Среднем Востоке, включающих свою ракетно-ядерную программу. В этих условиях детальный анализ роли и места оборонного потенциала Исламской Республики Иран (ИРИ), направленности его развития и способности его применения приобретают особое значение. Это тем более важно, поскольку долгое время после исламской революции 1979 года Иран остается одной из самых закрытых стран мира. Все функционирование военно-политических и других структур Ирана находится под строгим контролем клерикальных кругов и направлено на обеспечение выживания правящего режима. Именно такой закрытостью объясняется достаточно ограниченное число научных исследований, посвященных Ирану, и прежде всего анализу его вооруженных сил и военной политики. В этом и заключается ценность данной монографии.
НОВЫЙ ЦЕНТР СИЛЫ
Возникновение Исламской Республики Иран исторически обусловило формирование новой парадигмы во всех сферах мировой политики – религиозной. Новая форма государственного устройства и управления в Иране подразумевала и строительство принципиально новой вооруженной организации государства. Уже через год она подверглась масштабным испытаниям – ирано-иракской войной, которая продолжалась с 1980 по 1988 год.
Как известно, в историко-политическом плане война, как социальное и политическое явление, наносит существенный ущерб экономике государства. Однако этого не произошло с ИРИ. Страна успешно преодолела последствия войны и вышла из нее с развивающимся экономическим потенциалом. Практически на чистом месте был создан национальный оборонно-промышленный комплекс, что явилось существенным вкладом в формирование современной военной мощи республики.
В нынешних внешних условиях в соответствии с Доктриной национальной безопасности Иран продолжает наращивать совокупный оборонный потенциал страны. Ведь на Востоке принято вести диалог с позиции силы. Тегеран воссоздал свою военную мощь, опираясь на уникальное геостратегическое положение в Евразии, богатые природные ресурсы и адекватный экономический статус страны, богатое военно-историческое наследие и национально-религиозные традиции.
Весь парадокс новейшей истории Ирана заключается в том, что именно исламские революционеры, свергнувшие шаха, через 20 лет, превратив Иран в супердержаву региона, осуществили то, о чем шах лишь мечтал. А быть может, дело здесь не в парадоксах истории, а в том, что и шах, и шиитское духовенство вели (а духовенство продолжает вести) Иран – словами шаха Мохаммада Резы Пехлеви – «к великий цивилизации». Различает их лишь понимание сути этой «великой цивилизации».
Военная мощь Ирана фактически восстановлена в соответствии с ее новой стратегической концепцией. Глобальные политические реальности сегодняшнего дня заставляют официальный Тегеран вести постоянное реформирование своего внешне- и внутриполитического курса. Причем, по мнению руководства страны, этот процесс должен базироваться на сохранении примата военной силы.
В данном контексте всестороннее знание совокупного оборонительного потенциала Исламской Республики Иран, характера и содержания развития его военной мощи, оценки и прогнозирования ее применения как военного инструментария в международной и региональной политике имеет особо важное значение. В научном труде «Военная мощь Исламской Республики Иран» эти подходы хорошо представлены.
ВРАГИ И ДРУЗЬЯ
Авторам удалось раскрыть всю многогранность военной мощи Ирана. В книге подробно проанализированы направления возможной конфронтации клерикального руководства страны со странами региона, Европой и США в связи с созданием и развитием национальной ядерной программы Тегерана. Всесторонне исследована политика санкций западноевропейских государств и Соединенных Штатов, даны оценки, прогнозы силового решения данного вопроса. Кроме того, определены круг потенциальных противников и союзников Ирана, виды войн, в которых могут участвовать национальные вооруженные силы ИРИ, а также направления дальнейшего военного строительства. Этот аспект подробно изложен в ходе рассмотрения военно-доктринальных взглядов Тегерана.
В издании в качестве наиболее вероятных иранских противников рассматриваются США и Израиль. При этом авторы обращают внимание на то, что принципиальные идеологические разногласия необязательно должны перерасти в военное противостояние и конфронтацию сторон. Тем не менее как ИРИ, так и США и Израиль с подозрением относятся друг к другу.
Изучение аналитических статей западных авторов, на которых ссылаются в своей работе авторы рассматриваемого труда, свидетельствует о том, что Запад, включая и Израиль, с опасением наблюдает за развитием ракетно-ядерных программ Ирана. И, надо сказать, причины для беспокойства есть: ракетно-ядерные амбиции Тегерана – это не миф, а реальность. Иран разработал оперативно-тактическую ракету «Шихаб-3», активно ведет работы над «Шихаб-4» и над межконтинентальной баллистической ракетой «Шихаб-5». Совершенно ясно, что эти чрезвычайно дорогостоящие оперативные и стратегические носители создаются не для того, чтобы начинять их боеголовки обычными фугасами. Более того, Иран, по мнению специалистов американского Центра исследований в области нераспространения ядерного оружия, «имеет планы освоить ядерные технологии военно-прикладного характера, обладает оборудованием для производства компонентов ядерного оружия и их совершенствования», то есть близок к финишной прямой, в конце которой – обладание ракетно-ядерным оружием.
В связи с этим США и Израиль не исключают использования военной силы, чтобы не допустить появления в Иране даже зародыша ядерного устройства. Такой сценарий развития событий неизбежно подорвет систему безопасности не только на Ближнем и Среднем Востоке, но и в глобальном контексте. Не случайно ни США, ни Израиль, хотя и не имеют с Ираном дипломатических отношений, фактически не подвергают сомнению легитимность теократического режима в республике. Скорее они надеются на постепенную трансформацию исламской природы режима в менее идеологизированную форму государственности, отход от антизападнической политики, на более быстрое и эффективное вхождение ИРИ в мировой рынок. Призывают официальный Тегеран к свертыванию ракетно-ядерной программы, признанию властями Тегерана недопустимости экспорта Исламской революции в другие страны (что в их понимании ассоциируется с исламским терроризмом).
Иран же, в свою очередь, не признает легитимности существования Израиля. Более того, Тегеран видит в США и Израиле главное препятствие на пути осуществления своей внешней политики в регионе. Однако, совершенно очевидно, в Тегеране отчетливо понимают, что прямое военное столкновение с Соединенными Штатами или Израилем малоперспективно. У страны нет адекватных возможностей вступать в конфронтацию с противниками на современном информационно-технологическом уровне. Вместе с тем, обладая достаточно мощным совокупным оборонным потенциалом, в масштабах Ближнего и Среднего Востока, включая сюда и вооруженные силы, и наработки в области ракетно-ядерного оружия, можно более успешно вести диалоги и с Европой, и с Америкой.
Как справедливо утверждают авторы, что касается военной угрозы, связанной с гипотетической возможностью нанесения в будущем со стороны США или Израиля превентивного удара по ракетно-ядерным научным центрам ИРИ с целью воспрепятствования завершению разработок ядерных зарядов, то непосредственной, реальной стратегической военной угрозы Ирану сегодня не существует.
Особый интерес вызывают выводы о возможности учета иранского опыта противостояния политике западных санкций, который может оказаться существенным политическим и экономическим подспорьем в решении некоторых российских проблем. Это суждение, высказанное авторами в своей научной работе, находит подтверждение в фактах усиления военной мощи Исламской Республики Иран и совокупном оборонном потенциале этой страны. Так, со времени введения санкций у Тегерана появилась собственная космическая программа, на вооружение были приняты более совершенные образцы вооружения и военной техники, развиваются судо- и авиастроение, робототехника и нанотехнологии. Успешно развивается медицина, эффективно ведется борьба с раком, диабетом, СПИДом и др. Только за последние 15 лет население страны увеличилось в два раза.
Как справедливо отмечают авторы, сегодня для религиозно-политического режима Ирана с Запада, в частности из США, исходит прежде всего опасность взаимного непонимания, идеологическая угроза. Развитие даже торгово-экономических связей с западными странами объективно несет семена постепенной либерализации. С расширением контактов с представителями западных стран неминуемо приходят чуждые исламу ценности, идеи, нравы. Они-то и подтачивают политико-идеологические стержни шиитского режима в Иране. И в этом главная опасность для современного Иранского государства в эпоху глобальных вызовов и угроз.
Глубина и объем проведенного авторами исследования позволяет сделать конкретные выводы. Клерикальный военно-политический режим все свои усилия направляет на укрепление политико-экономической системы страны, прежде всего исламской формы правления и руководящей роли исламского духовенства, на сохранение определенной формы стабильности и ускорение экономического и научно-технического развития, особенно в военной сфере.
Идеологизированная политика, направленная на завоевание Ираном лидерства на региональном уровне и в мусульманском мире, на современном этапе является фактором, характеризующим обстановку на Ближнем и Среднем Востоке, Кавказе и Центральной Азии.
Книга, написанная ярким, доступным языком, вызовет интерес у востоковедов, политологов, специалистов по военным вопросам, по современной истории Ирана, а также у широких слоев читателей, интересующихся проблемами внутренней, внешней и военной политики стран Востока, и прежде всего, Исламской Республики Иран.
