0
10494
Газета Заметки на погонах Интернет-версия

28.11.2014 00:01:00

Рядом с войной

Мозаика двух кавказских конфликтов новейшего времени

Николай Поросков

Об авторе: Николай Николаевич Поросков – военный журналист, полковник в отставке.

Тэги: война, конфликт, чечня, воспоминания


война, конфликт, чечня, воспоминания Разрушенный город восстановили, но исправить трагические судьбы людей, попавших в жернова новой Кавказской войны, уже не получится. Фото Reuters

В декабре этого года исполняется 20 лет с начала первой чеченской кампании. Предлагаемые заметки военного журналиста сделаны им помимо основных материалов, что он слал в редакции. Они родились из того, что было увидено боковым зрением, как нечто второстепенное, идущее параллельно основным событиям. Хотя, может быть, это на войне и есть главное.

МАСХАДОВ

Первое, о чем спросил меня генерал Трошев при встрече в Ханкале, было:

– Фотографии привез?

Словно мы расстались не далее как вчера. Я сразу понял, о чем речь.

…В апреле 1995 года после коротких переговоров в селе Новые Атаги представители сторон – командующий армейской группировкой генерал Геннадий Трошев и начальник главного штаба чеченских формирований Аслан Масхадов – перешли в обширный зал дома-дворца местного авторитета Ризвана перекусить. Оказался за уставленным яствами столом и я. Расторопный бородатый распорядитель с поблескивающей золотой фиксой, полушутливо проводя параллель между Брестским миром и возможным «ризвановским», разлил коньяк. Масхадов поддержал тост за восстановление мира, но пить не стал, сославшись на то, что ему предстоит участвовать в каком-то религиозном действе.

За полчаса до этого сидевший во время моего двойного с ним и Трошевым интервью в напряженной позе, весь уйдя, как в скорлупу, в камуфлированный бронежилет, за столом Масхадов несколько отмяк. Он уже не зыркал колючим взглядом по собеседнику, его фразы не казались выдавленными под воздействием внутреннего напряжения. Постепенно втянувшись в разговор, он обнаружил, что имеет с сегодняшним генералом-противником немало общих знакомых: последняя должность Масхадова в Советской Армии – начальник артиллерии мотострелковой дивизии.

Он вспомнил с неожиданно прорезавшейся улыбкой, как уже во время войны приезжал к нему бывший сослуживец склонять к миру и как его едва не расстреляли. Узнав же, что он друг начальника главного штаба, с почестями препроводили по назначению, и как славно они в тот день говорили и вспоминали прежнюю службу. В эту минуту глаза Масхадова подернулись искренней нездешней грустью, и мне показался он глубоко несчастным человеком, попавшим в жернова дудаевской машины, где надо раздваиваться между армейским своим прошлым и покрытым многой кровью настоящим, и откуда уже нет выхода, как бы искренне он этого ни желал.

Много позже, узнав детали разработанных им лично операций, отданных жестоких приказах, в том числе «резать и топтать русских и получать от этого удовольствие», я не раз мысленно возвращался к той минутной слабости Масхадова и спрашивал себя: было ли то застолье? тот ли человек ударялся в воспоминания? И не находил ответа.

…Фотографии Геннадию Николаевичу я пообещал вручить при следующей встрече. Но своего обещания выполнить не смог. А теперь и Трошева давно нет в живых. Масхадов был убит еще раньше.

А несколько лет назад по второму каналу российского телевидения прошел фильм Александра Сладкова «Найти и уничтожить. Конец банды «Черного ангела». Это про известного Гелаева. При создании этой увлекательной ленты были использованы многие видеоматериалы, в том числе изъятые у боевиков и предоставленные телевизионщикам военной контрразведкой. В одном из фрагментов я увидел себя – за одним столом с вышеперечисленными лицами.

Позвонил Саше Сладкову, и тот дал мне копию фильма. Иногда смотрю его. Всякий раз с грустью.

«ЗИНДАН»

Едва ли не в каждом освобожденном чеченском селении солдаты обнаруживали тюрьмы для русских рабов – глубокие ямы, откуда без посторонней помощи не выбраться. Словом, «зиндан». Нечто подобное я видел и с нашей стороны…

Дедовщины на войне не было. И дисциплина много лучше, чем в мирной жизни. Но людям и там свойственны слабости. Видел на передовой солдата с подбитым глазом – не поделил, как признался, чего-то с товарищем. При мне командир роты выстраивал подчиненных, чтобы старейшины узнали тех, кто ночью приходил в село искать горячительное. Случаи все единичные и не заслуживают внимания, если бы не одно обстоятельство: как командиру реагировать на подобные проступки? Как наказать провинившегося, если его ежечасно подстерегает худшая из кар – смерть?

Однажды в расположении мотострелкового полка на передовой наткнулся на глубокую яму, на дне которой сидели двое. Я спрашивал сверху, они – контрактник и солдат срочной службы – отвечали. Предыдущей ночью на позицию пришли два знакомых чеченца из «замиренных», принесли водку. Выпили, потом крупно поссорились, схватились за оружие. Хорошо, обошлось без крови. В наказание командир роты посадил их в «зиндан».

Офицер был сильно смущен и долго запирался, опасаясь, что его не похвалят за оригинальную «воспитательную» меру. А потом раздосадованно махнул рукой: этот контрактник давно будоражит роту своими выходками, и управы на него никакой. Вот и выдумал «меру пресечения».

Мне же подумалось, что это тоже своего рода опыт войны и повод юристам и законодателям задуматься – уж где-где, а на войне все должно быть продумано, в том числе и «мера пресечения».

СТАЯ

Собаки неизменно сопровождают войска: беспородная псина возле палаточной столовой в Аргуне, натасканная на запах тротила благородного вида овчарка Берта у саперов в аэропорту «Северный», лопоухий сторожевой щенок по кличке Нохча в следственном изоляторе в Чернокозово… Но их сородичи увиделись мне и другими…

Перед опустевшей деревней встретили пеструю стаю собак. Они бежали молча, дружно и слитно, словно это был единый организм, влекомый единым же инстинктом и целью. Несмотря на разнокалиберность, собаки были похожи друг на друга – впалые бока, желтый огонь в круглых пустых глазах, свалявшаяся комьями шерсть... Опасность и голод сколотили их в стаю и отдалили от человека, ставшего им теперь врагом. Они уже не были домашними, как еще недавно, в них проснулся дикий звериный инстинкт.

– Они недавно мертвого «духа» обглодали до белых косточек, – сказал сидящий рядом на броне контрактник. И хоть всякое сравнение хромает, мне эти собаки напомнили человеческую стаю, в какие сбивает людей война. И впервые на той войне стало по-настоящему страшно.

НАС ВОЗВЫШАЮЩИЙ ОБМАН

Старший лейтенант на передовой дал мне московский телефон и попросил позвонить матери.

– Только не говорите, – добавил, – что видели меня здесь. Скажите, что в штабе бумажки перекладываю, снабженец по вооружению.

Вернувшись, я так и сделал, но неловкость от невольной, пусть и святой, неправды осталась. А до того казалось, что чеканная пушкинская строка об обмане, который «тьмы низких истин нам дороже», – на все случаи жизни.

ФОЛЬКЛОР ВОЙНЫ

«Пойдем, иномарку покажу», – предложил комполка. Невольно подумал: «Откуда на переднем крае, изрытом окопами, иностранная машина?»

«Иномаркой» оказался захваченный у боевиков танк Т-80. Даже в условиях, когда воюющего ежечасно может настигнуть смерть, солдаты и офицеры не теряли присутствия духа и даже хохмили.

У миномета «Василек» с воздушным охлаждением мина иногда застревала в разгоряченном от интенсивной стрельбы стволе. Тогда расчет наклонял миномет и принимался его трясти, а командир взвода, выставив вперед ладони, ловил вылетавшую мину. Операцию назвали грубовато – «аборт» или «выкидыш». Шутки шутками, ну, а если не поймает?..

Думать об этом не хотелось.

«ДЕФЕКТНАЯ ВЕДОМОСТЬ»

Старейшины одного села долго и с воодушевлением рассказывали, как они взаимодействуют с российскими военными: упреждают провокации боевиков, сообщают об их передвижении, выставляют посты, выявляют «двуликих Янусов». А потом показали составленную ими дефектную ведомость: что в селе разрушено, у кого скот подорвался на минах... Чтобы затем комендатура компенсировала ущерб – на российские, разумеется, деньги.

Любопытно, те русские, что вынуждены были покинуть село, оставив нажитое годами, составляли такую ведомость? Нет, сказали старейшины, не составляли. Наверное, иначе и быть не могло – не тот менталитет…

«БОРЗ», ПРОНЗЕННЫЙ КРАСНОЙ СТРЕЛОЙ

На берете убитого боевика, попадая в солнечный лучик, медно поблескивала кокарда с изображением волка, говоря о принадлежности то ли к гвардии боевиков, то ли к спецподразделению «Борз», что по-русски – волк.

С волком как символом я встретился еще раз, но уже на нашей стороне. Один из мотострелковых полков тоже взял в свою эмблему этого хищника, только пронзенного красной стрелой-молнией. Весело смотрел с брони БТРа, на котором краснела нанесенная через трафарет эмблема, белокурый парнишка-солдат. В его глазах не было страха перед «борзом», но и охотничьей страсти тоже не было. Наверное, ему хотелось другой символики – ветки абрикоса, хлебного колоса, стиснутых в пожатии рук. Но сохли кисти художников в затянувшемся ожидании...

ЕЩЕ РАЗ О СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЕ

Сколько уже о ней, точнее, о ее отсутствии, сказано и написано. Но вот в Чечне столкнулся со случаем, который, на мой взгляд, может претендовать на квинтэссенцию обозначенной проблемы. У майора-вертолетчика, пока он воевал, «в России», как он выразился, обокрали квартиру. Получается, что воевал он за тех, в том числе, личностей, что его обчистили. Воистину, живем во время трагических парадоксов и несуразностей.

СМЕЛОСТЬ И УБЕРЕГЛА

Они шли за капитаном Сашей Семеновым в полный рост, поливая впереди себя свинцом. На одном дыхании ворвались в окоп боевиков. 12 их трупов насчитали и двух раненых взяли в плен. У половины никаких документов, у остальных свидетельства о принадлежности к группе спецназа «Борз». И трофеи отменные: шесть гранатометов, три пулемета, гранаты, даже «карамальтук» 1939 года выпуска.

Стали себя осматривать – у одного солдата воротник куртки в двух местах прострелен, у другого из разбитого пулей автоматного рожка пружина торчит. А оба – живы, ни царапины. Наверное, смелость и уберегла.

«МАЛОДУШИЕ»

На этого комбата боевики в буквальном смысле охотились – так он им докучал своими решительными и нестандартными действиями. Говорили, что и приговор ему вынесен, и премия назначена, что даже и в мирной жизни его «достанут». Поэтому и имени его не называю.

Когда встретился с ним, был даже разочарован: обычный майор в помятом, не первой свежести обмундировании, далеко не богатырь. Это впечатление еще более усилилось, когда он сказал, что вчера проявил малодушие и очень на себя за это досадует. А случилось вот что. При взятии высоты среди других погиб солдат. А тут как раз приехала его мать, стояла в пяти метрах от палатки, где лежал труп ее сына. И у комбата впервые не хватило мужества сказать женщине об этом. Она уехала, а вслед за ней сына отправили «грузом 200» на родину.

Комбат закурил, глядя на меня, словно пытаясь прочесть на моем лице оценку своему поступку. А я подумал: «Дай бог каждому такого «малодушия». Но майору об этом не сказал.

СТАЛИН С НАМИ

В Ханкале на КП командующего армейской группировкой в Чечне на самом видном месте висел плакат «Победа будет за нами». И хотя в последние годы на Сталина повесили всех собак, Победы у него не отнять. Именно на войне вспомнили сегодняшние офицеры и генералы пророческие слова Верховного. Не зря, видимо, утверждают: новое – хорошо забытое старое. Только лучше бы не забывать.

ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ

Один офицер рассказывал мне:

– Брал аул Макхеты, где полтораста лет назад скрывался наиб Шамиля Хаджи-Мурат, и думал, что не будет больше наибов. Но появились новые Шамили. Думал, не будет больше немецких десантников, что опускались в те же Махкеты с парашютами во Вторую мировую. Но появились новые «альпийские стрелки», которые с тем же холодным азартом перерезают русские горла оставшимися еще с той поры ножами со свастикой. Брал Ведено с мыслью, что здесь закончилась долгая и кровавая война, а потом брал его второй раз...

История повторяется. И оба раза как трагедия, без намека на фарс.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Военное влияние России эксперты признали недооцененным

Военное влияние России эксперты признали недооцененным

Михаил Солопов

Составители нового отечественного рейтинга поставили РФ на первое место среди сильнейших государств мира

0
1686
Ты царь: живи один

Ты царь: живи один

Евгений Лесин

Андрей Щербак-Жуков

Литературные мероприятия уходят из реальной действительности в виртуальную, но, может, когда-нибудь и вернутся

0
1670
Он убил ее стамеской

Он убил ее стамеской

Максим Валюх

Стихи о детективе, непальском насморке и коте-аскете

0
467
А то подхватишь коронавирус

А то подхватишь коронавирус

Александр Гальпер

Рассказы об американских бомжах и сумасшедших, о «Профсоюзе мастурбаторов  в общественных местах» и о том, что в спор между еврейкой и итальянкой лучше не встревать

0
635

Другие новости

Загрузка...
24smi.org