0
5805
Газета Заметки на погонах Интернет-версия

28.12.2018 00:01:00

31 декабря

Как советские подводники едва не стали афганцами

Петр Середюк

Об авторе: Петр Васильевич Середюк – капитан 1 ранга в отставке.

Тэги: ВМФ, подводники, афганцы, война, к424, ракетоносец


ВМФ, подводники, афганцы, война, к424, ракетоносец На курсе молодого бойца будущих морских офицеров, конечно, учат «премудростям пехоты», но на корабле все это прочно забывается. Фото с сайта www.vma.mil.ru

День, который знает каждый, наверное, житель нашей планеты – последний день уходящего года! Как правило, каждый проживает его по-разному. В нашем случае очередная, рядовая, по сути, встреча нового года запомнилась участникам тех событий – подводникам 2-го экипажа стратегического ракетоносца К-424 Краснознаменного Северного флота, которые направлялись на обычную переподготовку в учебный центр ВМФ в эстонском городе Палдиски.

Согласно директиве главнокомандующего ВМФ СССР, экипаж убыл на учебу из места базирования (поселок Оленья Губа) 27 декабря 1979 года и должен был прибыть в учебный центр 31 декабря. Что и было сделано точно в срок, но затем события стали развиваться совершенно по незапланированному сценарию.

После ужина командира экипажа, капитана 1 ранга А. Важинского, и его замполита срочно вызвало к себе командование центра. После доклада о прибытии экипажа его командиру была поставлена боевая задача: немедленно на базе экипажа сформировать отделения, взводы и роты, после чего получить на складе каски, сухой паек на каждого на трое суток и быть в готовности к выезду на военный аэродром, чтобы там погрузиться на военно-транспортный самолет и лететь в Ташкент, где уже формируется второй эшелон для ввода в Афганистан. При этом начальник политотдела центра, капитан 1 ранга П. Ляхов, потребовал, чтобы каждый член экипажа написал рапорт о зачислении его в интернационалисты для оказания помощи народу Афганистана.

Сказать, что от такой вводной командир экипажа стратегического ракетоносца потерял дар речи, значит не сказать ничего.

Во-первых, никто и не знал, что наши войска вошли в Афганистан. Во-вторых, при чем тут подводники Северного флота и Афганистан? В-третьих, какие отделения, взводы и роты, если никто из подводников воевать-то толком на берегу не умеет.

Командир подумал: наверное, это новогодний розыгрыш! Тем более что в его службе такое уже дважды случалось. Увы, все оказалось правдой. После ввода наших войск в Афганистан пошли указания подготовить на всякий случай второй эшелон. Такая телефонограмма дошла и до учебного центра 31 декабря, причем дошла после обеда, когда весь его личный состав уже убыл домой встречать Новый год. Попробуй теперь найди кого. Не объявлять же боевую тревогу. А тут в полном составе прибывает экипаж атомохода с Северного флота и командование центра решило пока сформировать батальон на его базе, доложить в Москву о выполнении приказа, а там, после встречи Нового года, будет видно, что дальше делать.

Приказ есть приказ. На складе получили каски, продовольственные пайки. Сформировали отделения, взводы, роты. Написали все рапорта, что они желают добровольно убыть в Афганистан на помощь его трудовому народу, хотя некоторые даже и не знали, где эта страна находится-то...

Ближе к наступлению Нового года в казарме сдвинули столы, на которых появились привезенные с собой продукты. Телевизор принес начпо центра капитан 1 ранга П. Ляхов. Пробили кремлевские куранты, все подняли тост за Новый 1980 год: матросы выпили сок, ну а офицеры по старой флотской традиции выпили заранее принесенный старпомом Н. Ивановым корабельный спирт, в простонародье «шило».

Посидели подводники и решили, что офицеры могут пойти в город, но дальше ресторана не уходить. Увы, встреча Нового года всегда имеет свои особенности, поэтому только через двое суток сумели снова собрать экипаж в казарме. В итоге так и не вышло из подводников воинов-интернационалистов для спасения революционных завоеваний в далеком Афганистане.

ФАЛЬШИВОМОНЕТЧИКИ

Экипаж одного из стратегических подводных ракетоносцев Краснознаменного Северного флота возвращался после очередной боевой службы. Начали передавать лодку первому экипажу, а финансисты в это время доставали денежное довольствие за предстоящий отпуск. Сумма у всех получалась приличная. Деньги по заведенной на флоте традиции получали по старшинству – от командира до лейтенанта. Естественно, первые получили деньги в крупных купюрах, а последние – уже в мелких, номиналом 5, 3 и 1 рубль. Все эти денежные знаки, как правило, были совершенно новыми, в банковской упаковке.

Последними получали деньги Марченко и Грозный, оба москвичи, оба холостяки, оба любители острых приключений. Им досталась зарплата одними совершенно новыми трехрублевками.

Друзья решили поехать на Черное море, в круиз на теплоходе по маршруту Одесса–Батуми. Надо сказать, что оба были вычислителями на лодке и отлично знали свое дело. Переодевшись в гражданскую одежду, они захватили с собой вещмешок, но какой!

В него они поместили арифмометр «Феликс», вытащив перед этим из него все внутренности и оставив только корпус, внутрь которого положили пачку полученных новых трехрублевок, ручку и звонок. При помощи несложного приспособления они сделали так, что если покрутить ручку арифмометра, то из середины его корпуса через прорезь вылетала купюра и раздавался звонок.

Начался круиз, офицеров, естественно, после автономки потянуло на развлечения. Выглядело это следующим образом. В ресторан заходили два пижона, заказывали дорогие блюда и выпивку, а когда приходило время расплачиваться, Грозный демонстративно на виду у официанта ставил на стол арифмометр и говорил Марченко:

– Крути!

Раз крутанул – вылетела новенькая трешка, второй раз – и снова новенькая трешка летит на стол и т.д.

Официант рот разинул – чудеса! Печатный станок в натуре, а тут еще Грозный подает приятелю команду:

– Крутани ему еще на лапу (в том смысле, что дать чаевые).

И так они каждый день проделывали эту операцию. Молва о чудесной машинке разнеслась по всему теплоходу. А каким успехом они стали пользоваться у женщин! Но все это продолжалось до прибытия в очередной порт. Как только по прибытии в Феодосию они сошли на берег, их тут же уложили на землю люди в штатском.

Оказывается, в это время во Львове была ограблена сберкасса, поэтому везде внимательно отслеживали людей, расплачивающихся новыми купюрами. А тут такие «печатники» появились!

В итоге Марченко и Грозный оказались в КПЗ. Пока затребовали на них данные, пока проверили их купюры по номерам, пока осмотрели арифмометр «Феникс», теплоход уже ушел далее по маршруту. Отпуск был испорчен, да и часть денег потом офицеры недосчитались, наверное, все же кто-то там из людей в «штатском» подумал: возьму себе немного, все одно они потом себе еще «напечатают».

БАРТЕР

Вокруг Гаджиево, где базировались вооруженные смертоносными межконтинентальными баллистическими ракетами атомные подводные лодки стратегического назначения, была сооружена сплошная запретная зона: через КПП и муха не пролетит, не то что какие-то там агенты зарубежных спецслужб.

По приходу с боевой службы необходимо было перед отпуском выбить в тыле флота полагающуюся валюту, так называемые боны. Их можно было получить только после того, как в штабе флота подписывались документы о том, что ракетоносец действительно был там, где указано в этих самых документах и при условии, что «боны» имеются в кассе тыла флота.

Одним словом, надо было за короткое время пробить не одну «стену», а тут без флотского напора не обойтись. И если в кассе в итоге при получении «бонов» оставалась мелочь (брались только рубли), то в штабе флота требовался спецнабор, в который в обязательном порядке должен был входить спирт, то есть «шило».

Так получилось, что вернувшаяся подлодка стояла у причала в Гаджиево, а офицер с лодки, капитан-лейтенант Л. Колесник, который должен был оформлять нужные документы в штабе 13-й дивизии, жил в другом поселке – Оленья Губа.

Чтобы ускорить дело, ехавшему в отпуск доктору, старшему лейтенанту В. Никифорову, я передал канистру со спиртом и попросил положить ее в одну из ячеек камеры хранения железнодорожного вокзала Мурманска, после чего дать мне телеграмму с указанием номера ячейки. Получив эту телеграмму, я должен был позвонить Колесникову из Гаджиево в Оленью Губу и сказать номер ячейки. Шифр, устанавливаемый в ячейке, был оговорен заранее: буква «П» (то есть Петр) и год моего рождения. Если не хватит цифр, то остальное добавить нулями. И вот что из этого вышло.

Никифоров доставил на вокзал канистру, положил ее в ячейку камеры хранения и установил перед закрытием двери обусловленный код. На всякий случай решил все же дать мне телеграмму следующего содержания: «Шифр прежний, но без нулей. Вася».

Телеграмму быстро приняли в Гаджиево, но так как это был строго секретный объект, она тут же оказалась на столе у начальника особого отдела флотилии. Что тут началось!

Спасло только то, что заместитель начальника особого отдела был мой сосед по дому, и он лично вел разбор этого случая. Когда все выяснилось, сотрудник особого отдела все же поехал в Мурманск для того, чтобы убедиться: Колесников действительно вынул из ячейки канистру со спиртом.

Бдительность на флоте была превыше всего!


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


МВФ встал на сторону Америки

МВФ встал на сторону Америки

Ольга Соловьева

Международные финансовые институты не рекомендуют Поднебесной играть в валютные игры

0
623
Россию подозревают в сговоре с США и Израилем

Россию подозревают в сговоре с США и Израилем

Игорь Субботин

В ударах по Ираку разглядели «русский след»

0
622
Война между Сирией и Турцией может начаться в любой момент

Война между Сирией и Турцией может начаться в любой момент

Александр Шарковский

0
830
США и Турция начинают создание безопасной зоны

США и Турция начинают создание безопасной зоны

Игорь Субботин

Договоренности стран по Сирии вступают в силу

0
543

Другие новости

Загрузка...
24smi.org