0
2847
Газета Заметки на погонах Интернет-версия

12.04.2019 00:01:00

Монгольские зарисовки

О благодарности простых людей и крепкой воинской дружбе

Владислав Литвинов

Об авторе: Владислав Иванович Литвинов – генерал-полковник в отставке.

Тэги: монголия, войска, камаз, уах, топливозаправщик, пограничник, граница, авария


монголия, войска, камаз, уах, топливозаправщик, пограничник, граница, авария Фото pixabay.com

В конце 70-х годов мне довелось проходить службу в Сибирском военном округе. В ту пору отношения с Китаем были натянуты до предела, в памяти еще остались события на Даманском – постоянные стычки с хунвейбинами на границе.

Сибирскому округу в особый период директивой Генштаба предписывалось выдвинуться к китайской границе. Путь предстоял не малый, более 2 тыс. км, частично по нашей территории, а большей частью по дорогам Монголии, безлюдной и необустроенной. Выдвижение войск округа потребовало создания баз материально-технического обеспечения на сопредельной территории из расчета постройки трех пунктов снабжения со стороны Чуйского тракта через Горный Алтай и другого направления по Усинскому тракту по территории Тувы с выходом на Монголию.

Командованием округа мне было поручено организовать строительство этих баз. Предстояло построить две щитовые казармы, теплые боксы для топливозаправщиков, баню, столовую, склады и заглубить емкости под горючее. В Бийске за зиму сосредотачивались строительные материалы, набиралась строительная команда с полторы сотни солдат и транспорт подвоза численностью в 100 «КамАЗов». В конце апреля я выдвинулся с этой колонной по пути Бийск – Чуйский тракт – Ташанта (граница) и далее по территории Монголии еще 900 км, где рядом с сомоном Дарби предстояло создать первую базу снабжения.

ПОПУТЧИЦА

Организовав начало работ, возвращался в Бийск для уточнения, что нужно подвозить в первую очередь, а уже обратно ехал налегке, с одним «УАЗом» и топливозаправщиком в хвосте

Водитель Володя – второгодок, крепкий парень, в Омске окончил техникум, смышленый и расторопный. Со мной всегда ездил инженер-строитель из Бийска Николай Романов – 35 лет, сержант запаса, командир танка, оптимист, никогда не унывающий парень.

Третий день в пути, поднимаемся на очередной перевал, и предстает перед нами неописуемая картина: огромная чаша необозримого пространства, с обеих сторон окаймленная хребтами гор, с голубым бездонным небом и видимостью километров на 50 во все стороны. Подумалось: эх, сюда бы Рериха, вот бы кто обожествил в полотне эту природную сказку!

Спускаемся в котловину, с левой руки аймак, по-нашему – райцентр, застроенный унылыми пятиэтажками нашего производства с населением около 8 тыс. человек. На дороге замаячили две одинокие фигуры, при подъезде они дружно замахали руками. Останавливаемся, перед нами монгол и монголка, она немолода, но вообще их возраст определить затруднительно. Перебивая друг друга, они пытаются что-то объяснить, и напрасно, у меня с монгольским не очень. Однако ясно понял: Махон, Махон. Да, это по пути, в 100 км отсюда, но сам Махон стоял километрах в десяти от главной дороги.

– Николай, – обращаюсь к своему спутнику, – подвинься и принимай попутчицу.

Николай нехотя принял поклажу монголки, состоявшую из двух мешков, и снова вперед. К вечеру притерлись к берегу горной речушки, нашему обычному месту ночевки, и Коля с удовольствием высадил попутчицу с ее мешками. Где-то в стороне, километрах в 10 был ее Сомон Махон. Уже стало темнеть. Маленькая, дробная монголка взвалила через перевязь два мешка и посмотрела на меня. Столько тоски и безысходности я увидел в ее глазах, что по прошествии многих лет я не мог забыть ее умоляющего взгляда.

– Володя, – обращаюсь к водителю, – отвези ее в Сомон.

Тот протянул ко мне ладони с покрасневшими мозолями.

– Сергей, – обращаюсь к водителю топливозаправщика, – ты – посвежее, отвези.

С какой благодарностью она посмотрела, усаживаясь в кабину бензовоза.

Коля, рыбацкая душа, тут же собрал удочку, с которой никогда не расставался, и направился к речке, надеясь вытащить хариуса, что у него всегда и получалось, а мы с Володей принялись мастерить нехитрый походный ужин.

Где-то через час запрыгали зайчики дальних фар, и немного спустя  подъехал усталый Сергей. Доложил, что задание выполнил, и сказал, что когда он въехал в Сомон (а это около полусотни стоящих впритык юрт),  выбежал весь народ этого поселения, радостно встречая путешественницу, и все, толпой, дружно благодарили Сергея за доставку их соплеменницы.

АВАРИЯ

Поздней осенью, закончив строительство в Дарби, собирали свои бесхитростные пожитки, и мои усталые воины с чувством выполненного долга отправились домой. На четвертый день пути, преодолев тернистый путь по Монголии, подъезжаем к границе, останавливаю колонну «КамАЗов», растянувшуюся кишкой на несколько километров, подтягиваю отстающих и даю команду стряхнуть монгольскую пыль, малость прибраться, привести себя в порядок – как-никак, а въезжаем в пределы нашего государства.

Водитель Володя, открыв дверки «УАЗа», начал прибираться, глядя в сторону монгольского КПП, и увидел бегущего в нашу сторону человека.  Чем человек становился ближе, тем нам становилось все непонятней: не может монгол бежать, они этого не любят. Но главное – он был по пояс обнажен, а для монголов это вообще нонсенс. Черт возьми, неужели солдат? Так откуда? Мои 100 «КамАЗов» в строю, все на месте, да и бежит-то не с хвоста колонны, а спереди. Ну и дела! И когда осталось метров 20, увидел я в зажатой руке куртку с зелеными погонами, погоны погранца. Фу черт, теперь ясно, что это не мой.

– Товарищ полковник, – еле переводя дыхание и вытирая пот курткой, обратился погранец, – у нас несчастье, мы на машине перевернулись, есть раненые, помогите.

– Вперед, – командую Володе и штабной машине.

В 2 км от нашей остановки на правом боку лежал «УАЗик», рядом с машиной у кювета, держась за ногу, громко стонал капитан, а второй офицер, придавленный, без стона лежал под опрокинутой машиной.

– Нож! – бросил я Володе.

Распоров вдоль сапог и прощупав ногу, убедился, что кости целы, ну а мясо оно и есть мясо, нарастет.

– Не ной, – зыркнул я на капитана, – не помрешь!

По опыту знал: самое худшее, это когда не орет, не стонет, это когда уже все равно. Дружно подняли «УАЗик», и в глаза бросилось безжизненное лицо капитана с закатившимися безразличными глазами.

– Быстро, лежак в штабной машине, сюда.

В кузове штабного «Урала» был вмонтирован лежак, на котором я коротал походные ночи. Это доска, сверху поролон, обтянутый дерматином. Осторожно подсунули под тело лежак и уложили капитана в штабную машину, а затем отправили на заставу.

Сам направился к колонне, дал команду: заводи – и вперед. На монгольском КПП я ставил в загранпаспорт печать, нам доверяли и никогда нас не проверяли. Через 10 км застава, и я зашел к командиру. Он доложил, что час назад на санитарной машине прямо на лежаке отправили раненого за 50 км в районную больницу Кош-Агач.

НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА

Минул год, и уже в Абакане я готовил новую команду строителей для возведения базы снабжения, но теперь со стороны Усинского тракта. Сборы к концу апреля закончены, все собрано, уложено, и опять длинная кишка «КамАЗов» тронулась в путь. Три дня пути, поднимая тучи пыли, поднимаясь с увала на увал, наконец упираемся в погранзаставу. Даю команду заправить машины, ужин и отдых. Подъем в шесть утра, в семь часов – начало движения. Получив доклад командира автобата, что все устроено, машины заправлены, солдаты поужинали, уже было начал укладываться на ночлег, как поздно вечером подходит ко мне погранец и, широко улыбаясь, говорит:

– Спаситель, отец родной, здравия желаю!

Вот те раз, надо же такому случиться, такая встреча! За три тысячи километров от Чуйского тракта.

– Что, спать в машине, да еще у меня на заставе, ни в коем случае!  Только ко мне домой! – И тащит меня прямо к себе.

– Люда, знакомься, мой спаситель! – И представляет меня своей миловидной супруге.

После надоевшей за дорогу тушенки – картошка, чарка, и вспомнил я как это все было, а погранец продолжил, сказав, что у него был обломан отросток позвонка, и не дай бог мы бы посадили его в машину, он из нее живым уже не вышел бы. Так он несколько месяцев и пролежал на этом лежаке, пока не начал вставать, а потом – ничего, отошел, и вот уже за тысячи верст я встретил его начальником Эрзинской заставы. Утром, провожая колону, капитан говорил, что если буду ехать через его заставу, просит заходить в любое время, всегда будет рад. На этом мы и попрощались, а мне еще не раз приходилось пересекать границу на его заставе. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Авария при тестировании ядерной силовой установки требует особой оценки

Авария при тестировании ядерной силовой установки требует особой оценки

Александр Широкорад

Почему испытания проводились на материке вблизи поселка Нёнокса, а не на Новой Земле?

1
3268
Тбилиси назвал неприемлемым решение властей Южной Осетии о закрытии границы с Грузией 6–9 августа

Тбилиси назвал неприемлемым решение властей Южной Осетии о закрытии границы с Грузией 6–9 августа

0
935
Китай ответит Америке на море и в воздухе

Китай ответит Америке на море и в воздухе

Владимир Скосырев

Крах ДРСМД стал головной болью для Пекина

0
1733
Новые ракеты США будут нацелены на Урал и Камчатку

Новые ракеты США будут нацелены на Урал и Камчатку

Владимир Мухин

Выход из ДРСМД дает Пентагону возможность усилить свои военные базы в Азии

0
5109

Другие новости

Загрузка...
24smi.org