0
2633
Газета Реалии Интернет-версия

06.09.2019 00:01:00

Иранский минный шлагбаум для Ормузского пролива

Способен ли Тегеран развернуть бескомпромиссную танкерную войну?

Тэги: Ормузский, пролив, Иран, США, танкеры, нефть, ВМС, Персидский, залив, мины, корабли


Ормузский, пролив, Иран, США, танкеры, нефть, ВМС, Персидский, залив, мины, корабли Особую опасность в Персидском заливе представляют морские мины. Фото с сайта www.navy.mil

В связи с усиливающимся давлением США на Иран в мировых СМИ не затухает обсуждение вопроса, насколько Исламская Республика может эффективно противостоять военным амбициям США, а в случае применения американцами военной силы заблокировать Персидский залив и тем самым вызвать резкое повышение стоимости барреля нефти на мировых рынках.

Руководство американских ВМС решительно пытается уверить мировую общественность, что не допустит развития событий по такому негативному сценарию. Военные эксперты различных стран анализируют соотношение количественно-качественных показателей военной составляющей Ирана, с одной стороны и США и их союзников – с другой. При этом оценивается количественное и качественное соотношение кораблей, самолетов, различных видов наступательного и оборонительного оружия, возможностей сил специальных операций противостоящих сторон. Однако на сегодня наиболее актуальна тема минного оружия, которое может представлять серьезную угрозу всему судоходству в Персидском заливе и прежде всего в Ормузском проливе, а также боевым кораблям США и их союзникам.

Американцы оптимистичны

По оценке известного американского эксперта Энтони Кордесмана, Иран, используя все имеющиеся в его распоряжении средства, не сможет «закрыть Залив» более чем на две недели, а скорее всего способен сделать это «всего на несколько дней. При этом сами иранцы, по его мнению, понесут очень серьезный экономический ущерб, который может очень негативно отразиться на положении дел в стране.

Давайте рассмотрим заявление американского эксперта с других позиций.

А насколько надежно и эффективно минное оружие ВМС ИРИ? Каковы физико‑географические условия районов его применения? Какова будет интенсивность и масштабы противодействия иранских ВМС, особенно морских подразделений КСИР? И в какой степени атаки на морские и береговые объекты нефтегазового комплекса в зоне Персидского залива отразятся на мировой нефтяной конъюнктуре?

Начнем по порядку

Ормузский пролив, расположенный между Аравийским полуостровом (Оман, ОАЭ) и Ираном, соединяет Персидский и Оманский заливы. Его длина – 195 км, ширина 54–116 км, глубина судоходной части – 27–229 м. Ормузский пролив – ключевой элемент или своего рода ворота Персидского залива и  вместе с тем самая уязвимая его часть.

Длина самого Персидского залива – до 1000 км, ширина 180–320 км, средняя глубина менее 50 м, максимальная – 102 м.

Весь северо‑восточный берег залива, то есть около 1180 км – Иранский. Он гористый, обрывистый, что дает ряд тактических преимуществ для иранской стороны при размещении ракетных и артиллерийских батарей, обеспечивая огневое воздействие практически по всем судоходным участкам Персидского залива.

В настоящее время движение судов в Ормузском проливе осуществляется по двум транспортным коридорам шириной в 2,5 км каждый. Танкеры, идущие в залив, идут по коридору ближе к иранскому берегу, а встречные, из залива – по другому коридору. Между коридорами находится буферная зона шириной  5 км. Эта зона создана, чтобы исключить столкновение встречных судов. Как видим, Персидский залив в целом и Ормузский пролив в частности – идеальный полигон не только для применения всех типов морских мин, но и всего спектра военно‑морского оружия.

Его значимость для мировой экономики заключается в том, что в настоящее время из Залива через пролив осуществляется около 40% мирового экспорта нефти, или до 90% нефти, добываемой в странах Персидского залива (Бахрейн, Катар, Кувейт, Ирак, Иран, ОАЭ, Саудовская Аравия). Ежедневно танкеры вывозят из государств зоны Залива не менее 17 млн баррелей нефти, которую доставляют в азиатские государства, главным образом в Индию, Китай и Японию, а через другой водный путь, Суэцкий канал она поступает в страны Евросоюза. Значительная часть аравийской нефти идет в Северную Америку и другие страны. Через Ормузский пролив, в основном из Катара и Ирана, также перевозятся большие объемы сжиженного природного газа. Кроме того, морским путем, через Ормузский пролив осуществляется и значительная часть внешней торговли стран зоны Персидского залива, не связанной с поставками углеводородного сырья. По оценке экспертов, даже временное прекращение судоходства через Ормузский пролив, что наиболее вероятно, может произойти в случае американский военной операции против Ирана, приведет к прекращению большей части нефтяных и газовых поставок из стран зоны Персидского залива, т.к. действующие трансаравийские нефте- и газопроводы имеют ограниченную пропускную способность (мощность нефтепровода до 5 млн баррелей в сутки). В целом, как показывает анализ ситуации в зоне Персидского залива, на сегодняшний день реально не существует альтернативных маршрутов транспортировки аравийской, южно‑иракской и иранской нефти, а основным путем ее доставки потребителям является морской маршрут из Персидского залива через Ормузский пролив. Таким образом, можно с уверенностью констатировать, что даже кратковременное, на несколько недель, прекращение транспортировки нефти, а также сжиженного газа морским путем из зоны Персидского залива окажет серьезное негативное воздействие на всю мировую нефтяную конъюнктуру, мировую экономику в целом. В частности, об этом свидетельствуют резкие колебания цен на нефть, вызванные только угрозами возникновения вооруженного конфликта в регионе Заливе.

Мины ВМС Ирана

Минное оружие является особо специфичным видом оружия уже по своему определению, и поэтому весьма проблематично точно оценить минный потенциал, которым обладают ВМС Ирана. Ведь мины в отличие от кораблей, самолетов, вертолетов, пусковых установок ракет скрыть гораздо легче от чужих (в том числе космических) глаз. Также весьма сложно отследить и маршруты их доставки в пункты назначения из третьих стран.

Как показал опыт войны в Персидском заливе между Ираном и Ираком (1980–1988), в арсенале иранских ВМС имеются мины, типы которые разрабатывались в Советском Союзе еще в середине ХХ века.

Так, например, 24 июля 1987 года к западу от острова Фарси тяжелая участь постигла идущий под флагом США в охранении американских кораблей кувейтский супертанкер «Бриджтон» (водоизмещением 401 382 т). Взрыв мины произошел под днищем в носовой части танкера. Эхолот зафиксировал глубину места 30 м.

В результате взрыва одной лишь мины кувейтский супертанкер самым малым ходом чудом «доковылял» до Кувейта, где было проведено водолазное обследование, которое показало, что супертанкер «Бриджтон», имея толщину обшивки 27 мм, получил мощную пробоину 10 м в длину и 5 м в ширину.

На самое интересное, что, по оценкам специалистов военно‑морского ведомства США, танкер наскочил на мину образца 1908 года, разработанную еще в недрах морского ведомства царской России, еще при императоре Николае II. Безусловно, мина данного образца не лежала почти 100 лет в иранских арсеналах и была изготовлена в СССР, по всей вероятности, не ранее середины ХХ века, но зато эффект от взрыва мины говорит сам за себя! А на что еще способны более современные мины находящихся на вооружении ВМС ИРИ?

Таким образом, по мнению ряда специалистов, Иран может располагать большинством образцов мин, разработанных после 50‑х годов ХХ столетия на советских оборонных предприятиях. Он мог закупить их как в Союзе, так и в новообразованных бывших советских республиках. Так, например, по мнению ряда экспертов, ракета «Шквал» в начале 90‑х годов могла быть нелегально продана в Иран с завода «Дастан» (Киргизия). Дополнительно  Иран имел возможность закупать мины советского образца и через Ливию, Сирию и ряд других третьих стран. К слову, такими же типами мин обладает и Ирак. Так, в ходе войны в Персидском заливе в январе-феврале 1991 года («Буря в пустыне») американцы и их союзники не сумели высадить морской десант на юге Ирака из‑за минной опасности. Ирак произвел минирование северной части Персидского залива. На иракских минах подорвались американский вертолетоносец «Триполи» и крейсер УРО «Принстон». В тралении этих мин приняли участие морские тральщики и вертолеты‑тральщики США, Англии, Бельгии и ФРГ. Всего за январь-февраль 1991‑гo ими было вытралено 112 мин, в основном советского производства, типа АМД, КМД.

К основным минам, которые могут находиться на вооружении ВМС Ирана,  относятся образцы, разработанные еще в Советском Союзе до 80‑х годов, в том числе авиационная плавающая мина – АПМ (принята на вооружение в 1955 году), универсальная донная мина УДМ‑2, на вооружении с 1978-го, плавающая мина МНП‑2 на вооружении с 1979 года, придонная реактивно‑всплывающая мина – КРМ на вооружении с 1957-го, якорная реактивно‑всплывающая авиационная малопарашютная мина РМ‑1 образца 1960 года, придонная якорная реактивная всплывающая мина ПМ‑2 образца 1963 года, противолодочная мина‑ракета ПМР‑1 образца 1970 года.

Наиболее эффективные и представляющие наибольшую опасность для боевых кораблей и судоходства в Персидском заливе – мины УДМ‑2, КРМ, РМ‑1, ПМ‑2, ПМР‑1.

32-6-1_t.jpg
ВМС США в Ормузском проливе. 
Фото с сайта www.dvidshub.net
Одной из наиболее совершенных классических мин является УДМ‑2, предназначенная для поражения кораблей и подводных лодок всех классов. Универсальность этого оружия проявлялась во всем: его постановка производилась как с кораблей, так и с самолетов (военных и транспортных), причем в последнем случае без парашютной системы, что обеспечивает большую скрытность и возможность постановки мины с малых высот. Если мина попадала на мелководье или сушу, она самоликвидировалась. Вес заряда УДМ‑2 составлял 1350 кг.

Мина УДМ‑2 снабжена трехканальным неконтактным взрывателем с акустическим и гидродинамическим каналами и имеет приборы кратности и срочности. Длина мины – 3055/2900 мм (авиационный/корабельный вариант), калибр – 630 мм. Вес – 1500/1470 кг. Вес заряда – 1350 кг. Минимальная глубина места постановки 15/8 м, а максимальная – 60/300 м. Срок боевой службы составляет до одного года.

В 50-е годы ХХ века отечественные разработчики создали первую в мире самодвижущуюся подводную ракету – реактивно‑всплывающую мину КРМ, которая стала базой для создания принципиально нового класса оружия – РМ‑1, РМ‑2 и ПРМ.

В 1957 году была принята на вооружение ВМФ первая в мире придонная реактивно‑всплывающая мина, получившая название КРМ. В качестве отделителя в мине КРМ использована пассивно‑активная акустическая система, которая обнаруживала и классифицировала цель, давала команду на отделение боевой части и запуск реактивного двигателя, доставлявшего боевую часть с боевого зарядного отделения к поверхности воды в районе нахождения надводной цели. Габариты мины КРМ составляли: длина 3,4 м, ширина 0,9 м, высота 1,1 м. Мина ставилась с надводных кораблей. Вес мины – 1300 кг. Вес взрывчатого вещества – 300 кг. Мина могла устанавливаться на глубину до 100 м. Ширина зоны реагирования взрывателя – до 20 м.

В дальнейшем на базе мины КРМ была создана якорная реактивно‑всплывающая авиационная малопарашютная мина РМ, которая стала первой универсальной по целям миной‑ракетой, обеспечивающей поражение как надводных кораблей, так и погруженных подводных лодок.

В 1963 году на вооружение принята придонная якорная реактивная всплывающая мина ПМ‑2. Диаметр ее – 533 мм, длина – 3,9 м, вес – 900 кг, вес взрывчатого вещества – 200 кг. Глубина постановки мины – до 300 м. Взрыватель активный акустический. Мина может ставиться из торпедных аппаратов подводных лодок.

В 60–70‑е годы в Союзе созданы и были приняты на вооружение в ВМФ принципиально новые минные комплексы – атакующих мин‑ракет и мин‑торпед, противолодочные мины‑ракеты ПМР‑1 и ПМР‑2, и мина‑торпеда ПМТ‑1, которые не имели зарубежных аналогов.

Противолодочная мина‑ракета ПМР‑1 стала первой отечественной широкополосной самоприцеливающейся миной‑ракетой. Она предназначалась для поражения подводных лодок в подводном положении, но могла поражать и надводные цели. Длина мины ПМР‑1 – 7800 мм, диаметр – 534 мм, вес – 1,7 т, вес заряда – 200 кг. Глубина постановки мины составляет до 1200 м. Постановка мины производится из торпедных аппаратов подводных лодок или сбрасыванием за корму с палуб надводных кораблей. При входе подводной лодки противника в опасную зону мины включается система пеленгации, электронная акустическая аппаратура определяет направление на лодку и включает систему прицеливания. Затем гидравлический механизм наклона наводит реактивно‑зарядное отделение на цель и выдается команда на запуск реактивного двигателя. Взрыв заряда производится с помощью неконтактного или контактного взрывателя.

«Коварность» ПМР заключается в том, что высокая скорость движения ракеты и малое время движения – до 5 с – исключают возможность использования противолодочных средств противодействия или маневра уклонения.

Из американских мин, которая также может стоять на вооружении ВМС ИРИ,  наиболее интересна самозарывающаяся мина «Хантер». Она может ставиться с самолетов, надводных кораблей и подводных лодок. Мина может находиться в «спящем» состоянии до двух лет. В нужный момент мина «Хантер» активизируется специальным гидроакустическим сигналом. После активизации двухканальный взрыватель обнаруживает неприятельский корабль или судно и выпускает по нему самонаводящуюся торпеду Mk‑46. Радиус действия мины составляет около 1000 м.

Корпус мины «Хантер» сделан из пластика, что затрудняет ее обнаружение магнитными средствами и нейтрализацию. Кроме того, учитывается, что дно большей части Персидского залива илистое и весьма сложно обнаружить и нейтрализовать самозарывающаяся мину «Хантер» ни визуально водолазу‑подрывнику, ни специальному беспилотному аппарату – искателю мин.

Постановку любых типов вышеупомянутых мин могут осуществлять иранские самолеты, вертолеты, различные катера и суда.

32-7-1_t.jpg
Горящий танкер. Фото Reuters
Возможности иранских ВМС и КСИР

Для доставки и постановки мин в любой точке Персидского залива ВМС Ирана имеют серьезные возможности. В составе ВМС Ирана насчитывается до 230 боевых кораблей и различных типов катеров, причем от всего списочного состава флота катера составляют более 50%.

Также в ВМС Ирана насчитывается до 35 подводных лодок, в том числе 3 больших дизельных ПЛ (ДПЛ) проекта 877 ЭКМ «Варшавянка», 2 средних ДПЛ типа «Фатех» и до 30 малых и сверхмалых ПЛ, причем большинство из них собственной постройки.

Данная армада даже без учета возможностей гражданских судов по транспортировке минного оружия, вполне вероятно, сможет выставить в случае военного конфликта в Персидском заливе до 500 и более мин различных типов.

Кроме того, в состав ВМС Корпуса стражей исламской революции («ВМС КСИР») входит около 40 больших ракетно‑торпедных катеров (водоизмещением 100–200 т каждый), а также до тысячи малотоннажных судов, многие из которых представляют собой просто катера с двумя подвесными моторами и пулеметными креплениями. Экипажи этих судов составляют порядка десятка вооруженных автоматами, пулеметами и РПГ «гвардейцев революции». Также имеются быстроходные моторные лодки, способные нести до полутонны взрывчатки с целью ее подрыва непосредственно у бортов судов и портовых сооружений противника. Они могут выполнять функции носителей камикадзе из двух или трех подрывников‑смертников.

ВМСКСИР в основном используются для оказания психологического давления на экипажи гражданских судов с целью выполнения каких‑либо требований командиров катеров КСИР по остановке, изменению маршрута, проверке судов и т.д. При этом катера ВМС КСИР часто опасно близко приближаются к иностранным кораблям и коммерческим судам. Опасность состоит в том, что сложно выявить намерения приближающихся катеров КСИР к борту иностранного гражданского судна, и, если на борту катера смертники получили приказ на подрыв, судно, не имея возможности огневого противодействия, практически обречено. На стражей исламской революции возложена ответственность за Персидский залив и защиту всех иранских нефтяных объектов вдоль побережья. Учитывая целевую направленность подготовки, подразделения КСИР представляют большую угрозу арабским нефтяным месторождениям и танкерам в зоне Персидского залива.

Это беспокоит командование ВМС, присутствующих в зоне Персидского залива, поскольку фанатики КСИР не только непредсказуемы, но, главное, очень решительны, и результаты их атаки могут быть эффективны, особенно  в отношении безоружных танкеров.

Весьма поучителен опыт танкерной войны в Персидском заливе во время ирано‑иракской войны.

В ходе ирано‑иракской войны обе стороны конфликта развернули так называемую танкерную войну, атакуя танкеры третьих государств в Персидском заливе и тем создавая крайне опасную угрозу судоходству в регионе.

По данным, опубликованным ООН, с сентября 1980-го до наступления перемирия (август 1988 года) в зоне Персидского залива было атаковано и повреждено около 400 судов, суммарный тоннаж которых составил более 30 млн брт. Большинство из них подверглись нападению катеров и авиации, а в некоторых случаях были обстреляны береговыми ракетными или артиллерийскими установками.

При этом минные постановки велись ограниченно, что было связано с политическими причинами, поскольку обе стороны заверяли, что целью атак являются лишь суда, заходящие в порты противника. До весны 1987 года минные постановки носили эпизодический характер

Однако с весны 1987-го иранская сторона стала использовать минное оружие чаще. На новом этапе мины ставились систематически с десантных кораблей и транспортных самолетов, как правило, в темное время суток. Мины устанавливались главным образом на наиболее уязвимых узлах морских коммуникаций – на подходах к Эль‑Кувейту, у острова Фарси и в Оманском заливе.

В мае 1987 года Иран заминировал часть кувейтского побережья с целью оказать давление на Кувейт, поддерживавший Ирак. В результате этой минной иранской акции повреждения получили четыре кувейтских танкера. Стало ясно, что, несмотря на все предупреждения, Иран сворачивать минные постановки в нейтральных водах не собирается. Против иранских объектов в Персидском заливе командованием ВМС НАТО была спланирована ответная акция.

В Персидский залив были направлены тральщики НАТО по просьбе эмира Кувейта Джабера III. По оценке зарубежных военных экспертов, до прибытия в зону «танкерной войны» минно‑тральных сил НАТО судоходство в Персидском заливе по существу было парализовано.

В июле 1987 года ВМС США начали операцию Earnest Will («Серьезные намерения») по конвоированию кувейтских танкеров в Персидском заливе.

При проведении операции имелись крупные инциденты между вооруженными силами США и Ирана. Так, 14 апреля 1988 года в 65 милях к востоку от Бахрейна, находясь в нейтральных водах, подорвался американский фрегат УРО «Самуэл Робертс» водоизмещением 4100 т на устаревшей якорной мине образца 1908 года.

В ходе пятичасовой борьбы за живучесть экипажу удалось оставить корабль на плаву. Пострадали 10 моряков. Ремонт фрегата обошелся американским налогоплательщикам в 135 млн долл. Обследование района нахождения фрегата минно-тральными силами ВМС США выявило еще несколько мин, серийные номера которых соответствовали серийным номерам мин, обнаруженных в 1987 году на борту иранского корабля «Иран Айр» американскими военнослужащими.

Всего за период 1980–1988 годов отмечено 10 случаев подрыва судов на минах. Во всех случаях наблюдались серьезные разрушения в подводной части корпуса, причем степень повреждений была различной и зависела от класса судна, его водоизмещения, места взрыва, потенциала его живучести и т.д. Так, 16 мая 1987 года на подходах к Кувейту подорвался советский танкер «Маршал Чуйков». Танкер получил пробоину в подводной части площадью около 40 кв. м. Благодаря хорошему состоянию водонепроницаемых переборок судно не погибло. Танкер «Маршал Чуйков» своим ходом дошел до порта назначения.

Следует учитывать, что кроме регулярных ВМС и подразделений КСИР масло в топку танкерной войны могут подлить и недобитые остатки боевиков ИГ, которые, по сообщениям СМИ, располагают также незначительным арсеналом донных мин, захваченных в Сирии. И хотя сомнительно, что игиловцы без морских штатных носителей способны организовать значительные постановки на подходах к морским нефтяным терминалам и портам захода танкеров, тем не менее в прибрежных районах не исключаются одиночные минные постановки. Необходимо учесть, что боевики способны осуществлять нелегальные перевозки отдельных образцов морских мин, в том числе и на судах. Так, 12 мая 2019 года в порту эмирата Фуджейра прогремело несколько взрывов, в результате, по сообщениям ливанского телеканала Al Mayadin, огнем оказались охвачены от 7 до 10 нефтетанкеров.

Кроме того, у боевиков есть другие эффективные средства по разрушению объектов нефтегазового комплекса. Так, 17 августа 2019 года хуситы с помощью десяти дронов со взрывчаткой осуществили успешную атаку объектов на газовом заводе Saudi Aramco на территории Саудовской Аравии, что привело к крупному пожару. После атаки беспилотников на саудовское месторождение Шейба 19 августа цены на нефть на открытии торгов выросли более чем на 1%, что свидетельствует о высокой чувствительности мирового нефтяного рынка к угрозам безопасности нефтегазового комплекса стран Персидского залива.

Воздушный налет беспилотников на саудовское месторождение Шейба не первый случай атаки дронов на объекты нефтяной промышленности Саудовской Аравии. В мае 2019 года беспилотники со взрывчаткой ударили по нефтепроводу Восток–Запад, после чего в королевстве остановили прокачку нефтепродуктов.

Уроки «танкерной войны» в ходе ирако‑иранской военной кампании всесторонне проанализированы западными военными специалистами. По их мнению, эти уроки в Персидском заливе говорят о возросшем значении минного оружия. Кроме того, важным выводом является то, что военные конфликты на море несут прямую угрозу безопасности судоходства, что в значительной степени влияет на экономическое состояние не только стран – участников конфликта, но и всего мирового сообщества, резко ускоряя динамику роста стоимости барреля нефти на мировом рынке.

В целом стоимость нефти на мировом рынке, по оценке ряда зарубежных специалистов, в том числе министра по делам международного развития

Великобритании Алана Дункана, в случае масштабной танкерной войны может резко увеличиться и составить до 200 долл. и более за баррель!

Таким образом, в случае возможного вооруженного конфликта военные специалисты, рассматривая различные варианты действий Ирана по перекрытию судоходства через Ормузский пролив, сходятся в одном – Тегеран непременно прибегнет к этой мере.

Причем иранцы, наиболее вероятно, будут выставлять для минирования Ормузского пролива донные мины, для массированной постановки которых могут использоваться различные носители: корабли (в том числе гражданские суда), катера, самолеты и вертолеты. Причем, учитывая навигационные особенности пролива, прежде всего узость фарватеров для прохождения крупногабаритных судов, сделать это можно будет достаточно оперативно и скрытно. В то же время осуществление эффективного траления минных заграждений высокой плотности, состоящих из различных по типу и времени изготовления мин, даже без огневого и авиационного воздействия противника представляет собой очень сложную задачу, требующую к тому же значительного времени. Несомненно, следует учитывать и сильное психологическое воздействие на противника, и судоходные кампании массированного и скрытного применения минного оружия. Вместе с тем  использование иранцами береговых ракетно‑артиллерийских средств, надводных кораблей и катеров, а также подводных лодок и авиации против морских целей будет весьма затруднительно по причине безусловного превосходства США в средствах радиоэлектронной борьбы, морских и авиационных носителях и их средствах поражения против всего объема целей военного потенциала ИРИ.

Как показывает проведенный анализ, в случае массированного нападения на Иран высока вероятность того, что его ВМС начнут неограниченную минную войну в акватории всего Персидского залива, включая, разумеется, и Ормузский пролив.

В целом развитие событий на Ближнем Востоке и Средиземноморье во многом зависит от того, смогут ли страны, экспортирующие и потребляющие нефтепродукты из зоны Персидского залива, обеспечить стабильность в регионе прежде всего политическими методами, конечно, в рамках международного права.

Если этого не произойдет, то каковы будут масштабы «танкерной войны» и ее степень влияния на мировую экономику – покажет время.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Трамп накажет Иран новыми санкциями

Трамп накажет Иран новыми санкциями

Геннадий Петров

США считают Тегеран ответственным за атаки на саудовские НПЗ

0
255
Эр-Рияд нашел фальсификации в "нефтяных" атаках

Эр-Рияд нашел фальсификации в "нефтяных" атаках

Игорь Субботин

Иран обвинили в попытке скрыть место запуска ракет и дронов

0
412
Лукашенко заручился поддержкой США

Лукашенко заручился поддержкой США

Антон Ходасевич

Позиции Минска в диалоге с Москвой укрепляются

0
462

Недальний Восток

Олег Бондаренко

Атака дронов на Саудовскую Аравию сближает нефтяников России и Индии

0
85

Другие новости

Загрузка...
24smi.org