0
4444
Газета Спецслужбы Интернет-версия

30.09.1999

"Моссад" - главное дело жизни

Тэги: Харел, Моссад

Исер Харел родился в 1912 г. в Витебске. В 1922 г. вместе с родителями переехал в Латвию, в 1930-м эмигрировал в Палестину. Занимался сельским хозяйством, жил и работал в кибуце. После начала Второй мировой войны подал заявление о зачислении добровольцем в английскую армию для участия в боях с германским вермахтом, однако получил отказ. После этого вступил в ряды военизированной организации "Хагана", которая занималась защитой евреев, живших в Палестине. В 1948 г. после провозглашения независимости Израиля назначен руководителем службы внутренней безопасности "Шин-Бет". В 1952 г. возглавил "Моссад" и находился на этом посту до 1967 г. В течение ряда лет являлся советником премьер-министра Израиля, избирался депутатом Кнессета. Занимался литературным творчеством, автор 12 книг. В настоящее время - на пенсии.

-ГОСПОДИН ХАРЕЛ, какое место в системе государственных институтов Израиля занимает "Моссад"?

- "Моссад" - это разведывательная служба, занимающая ведущее место в иерархии специальных ведомств Израиля и подчиняющаяся премьер-министру страны. Ее главная задача - добывание разведданных, их обобщение и анализ. Самостоятельных действий политического характера "Моссад" не предпринимает. Вся собираемая информация после обработки поступает политическому руководству Израиля, которое на основе полученных данных принимает соответствующие решения.

- Сотрудники "Моссада" имеют офицерские звания?

- Воинских званий у них нет.

- "Моссад" и военная разведка АМАН конкурируют между собой?

- Между оперативниками, конечно, конкуренция есть. Но существует строгое разделение полномочий между "Моссадом" и АМАН. Те, кто работает в "Моссаде", могут действовать в любой точке мира. Что же касается сотрудников АМАН, то у них есть определенные ограничения. В перечень стран, на территории которых они могут вести разведывательную работу, входит сам Израиль, а также близлежащие арабские государства. По некоторым направлениям "Моссад" и АМАН работают параллельно. Но полномочия "Моссада" гораздо шире, так как эта служба, как я уже сказал, действует в глобальном масштабе.

- Как осуществляется координация действий между военной и политической разведками?

- Есть Совет глав секретных служб Израиля, в рамках которого высшие чины израильских спецслужб решают все возникающие проблемы. Туда, помимо "Моссада" и АМАН, также входит служба внутренней безопасности "Шин-Бет".

- Каким образом отбираются кадры для работы в израильской разведке?

- Кандидатов стараются отбирать среди тех людей, которые имеют опыт армейской службы. Кроме того, отбор осуществляют среди выпускников высших учебных заведений. Большое значение придается изучению личностных качеств потенциальных сотрудников. После предварительного отбора приемная комиссия рассматривает дела каждого кандидата. Проводится проверка биографических данных, прошлого. У кандидатов не должно быть порочащих связей и темных пятен в биографии, они должны идеально соответствовать требованиям "Моссада". Затем отобранные люди проходят испытательный срок.

- В России издано всего лишь несколько книг о работе "Моссада". Одну из них, самую знаменитую, написал ее бывший сотрудник Островский. В своей книге он детально рассказывает о процедуре отбора. Кандидату дают задание, требующее нестандартного мышления и быстрой реакции, а затем наблюдают, как он с ним справляется. В книге Островского есть и ряд других очень интересных моментов. То, что он написал, правда?

- Действительно, от сотрудников "Моссада" требуется нестандартное мышление. Но судить об организации по книге Островского нельзя, сложится неправильное впечатление. Островский - патологический лгун. То, о чем он написал, не соответствует действительности. Он, распространяя выдумки, пытается отомстить спецслужбе за то, что не был зачислен в ее ряды. И делает это самым низменным способом.

- Какова численность кадровых сотрудников израильской разведки?

- Точную цифру я вам назвать не могу. Но она невелика. Поэтому действия "Моссада" носят точечный, локальный характер.

- "Моссад" известен прежде всего эффективными акциями по уничтожению террористов, тех, кто представлял реальную угрозу национальной безопасности Израиля. Стиль работы боевых групп спецслужбы в 1960-1970-х годах во многом напоминает почерк Четвертого управления НКВД, которое возглавлял генерал Павел Судоплатов. Скажите, вы изучали советский опыт ликвидации врагов государства?

- Мне кажется, что подобное сравнение не совсем корректно. То, что делали НКВД и "Моссад", - это разные вещи. Наша главная цель - сбор информации по всему миру, для того чтобы она могла служить интересам безопасности Израиля. Но не уничтожение врагов, которые скрываются в других странах. Единственное исключение - когда речь шла об особо опасных террористах или тех лицах, которые ими руководили и которых нельзя было остановить какими-то иными средствами. Только в этом случае их приходилось убирать. Что же касается опыта Четвертого управления НКВД, то он нами не изучался.

- Кто давал санкцию на ликвидацию террористов?

- Я не хочу отвечать на данный вопрос, это закрытая информация. Могу лишь сказать, что каждая операция требовала очень большой подготовительной работы и занимала много времени. Это не было прихотью одного человека, который хочет кого-то убрать. Все детально и тщательно обсуждается. Самостоятельно глава "Моссада" решений по ликвидации не принимает.

- Те сотрудники, которые участвовали в уничтожении террористов, они каким-то образом поощрялись за успешное выполнение задания? Например, государственными наградами или денежными премиями?

- Никаких наград и повышений в должности не было. Они принимали это как часть тяжелой, вынужденной работы. В большинстве случаев сотрудники разведки относились с отвращением к тому, что им приходилось делать, с отвращением к самому акту уничтожения.

- Осталась ли подобная практика по уничтожению лидеров террористов в настоящее время?

- Я не могу ответить на этот вопрос.

- В книгах, посвященных деятельности "Моссада", я читал, что вы придерживались жесткого стиля руководства и подчиненные вас побаивались.

- Я никогда не был жестким руководителем. С моими подчиненными у меня складывались дружеские отношения. В ряде операций я принимал личное участие. Когда я покинул "Моссад", в коллективе очень сожалели об этом.

- Почему вы ушли?

- Был конфликт с премьер-министром. Мы разошлись в оценках относительно необходимости проведения одной из разведопераций.

- В последнее время мы стали свидетелями нескольких скандальных провалов операций, проводимых "Моссадом" в Европе, на Ближнем Востоке и Средиземноморье. "Моссад" стал хуже работать?

- С тех пор как я возглавлял разведку, произошли огромные изменения как в мире, так и в Израиле. Объем работы, выполняемой сегодня спецслужбой, гораздо больше, чем в прежние времена. А чем больше работаешь, тем выше риск неудач. Хотя, конечно, я не оправдываю все те неудачи "Моссада", которые получили огласку. Возможно, эти провалы можно было предотвратить. Но на сегодняшний день "Моссад" - это единственная организация в Израиле, которая может успешно выполнять свои специфические функции.

- Когда вы возглавляли "Моссад", проводились ли разведывательные операции на территории Советского Союза?

- В то время мы не осуществляли никаких разведывательных акций против СССР. На это было наложено своеобразное табу. Советский Союз являлся сверхдержавой, где проживали 6 миллионов евреев. И огласка какой-либо разведоперации "Моссада" против СССР могла самым негативным образом отразиться на их положении. Поэтому никаких разведывательных акций и подрывных действий мы не предпринимали. Все, что происходило в Советском Союзе в то время, отслеживалось достаточно просто. "Дело врачей", например. Об этом широко писали в мировой прессе. Кроме того, ту же информацию можно было получить от людей, которые жили в России.

- Как вы интерпретировали "дело врачей"? Какие выводы сделали?

- Подобный процесс мог инициировать только психически ненормальный человек. Сталин был диктатор, его поведение было непредсказуемо. В Тель-Авиве был страх за судьбу советских евреев. Могли начаться погромы и высылки.

- Некоторые авторы утверждают, что в начале 50-х годов Сталин планировал депортацию евреев в Сибирь. Вы знали об этом?

- Я слышу об этом первый раз. В то время в "Моссаде" даже не было русского отдела. Единственное, чем мы могли заниматься, - это отправкой в СССР молитвенников для синагог. Мы давали информацию советским евреям об Израиле. Вот и все. Наверное, это выглядит абсурдно, но на самом деле все было именно так.

- Некоторые авторы в России высказывают мнение, что Сталин умер неестественным путем, ему "помогли". Что вы думаете по этому поводу?

- Теоретически в таком государстве, как СССР, при том режиме это было возможно. Однако конкретной информацией по данному поводу я не обладаю.

- "Моссад" имел отношение к смерти Сталина?

- Ни в коем случае. Я категорически отрицаю какую-либо связь "Моссада" со смертью Сталина. Я также категорически отрицаю контакты нашей спецслужбы с отдельными членами Политбюро того времени и их женами. Тогда проникнуть в окружение Сталина, в Кремль, было все равно, что совершить полет на Марс. Абсолютно невозможно!

- Одна из самых знаменитых операций "Моссада" - похищение Адольфа Эйхмана. Как родился замысел этой акции?

- С того времени, как я возглавил "Моссад" в 1952 году, я сразу же поставил в качестве приоритетной задачи поимку нацистских преступников, виновных в уничтожении евреев в Европе. Мы определили, кто из виновных был еще жив. Основная верхушка нацистов была уничтожена. Остались лишь Эйхман и Менгеле. Мы сконцентрировали наши усилия по установлению местоположения этих двух нацистов. Их искали по всему миру много лет, но безрезультатно. И вдруг совершенно неожиданно главный прокурор земли Гессен (ФРГ) доктор Фриц Бауэр, по согласованию с премьер-министром этой земли, передал нам данные о том, что Эйхман жив и находится в Аргентине. После проверки данной информации выяснилось, что она соответствует действительности. Тогда мы провели операцию по его поимке и переправке в Израиль. Я возглавил ее лично и разработал все технические детали. Наши действия были санкционированы премьер-министром Израиля. После проведения судебного процесса Эйхман был казнен.

- Какая дата считается официальной в отсчете истории "Моссада"?

- Наша спецслужба образована в 1951 году. "Моссад" был создан по инициативе Реувена Шилоаха. Я сменил его в 1952 году и возглавлял спецслужбу на протяжении 15 лет.

- Существовали ли какие-то государственные акты, регламентирующие деятельность "Моссада"? На основании какой нормативной базы действовала израильская разведка?

- Только сейчас, в 1999 году, разрабатывается кодекс законов, в соответствии с которым должен действовать "Моссад". Тогда этого не было.

- Но у вас были внутренние инструкции, определяющие структуру разведки, подчиненность, правила проведения операций?

- Конечно, мы действовали по определенным правилам. Но у "Моссада" не было жесткой структуры. Все определялось мною лично. Сотрудники разведки действовали в соответствии с моими указаниями.

- Были ли проблемы с финансированием?

- Если они вдруг возникали, я обращался к премьер-министру и получал все необходимое для разведки.

- Вы ощущали себя руководителем могущественной секретной службы?

- Я никогда не переоценивал возможности нашей организации. И в том же духе старался воспитывать своих подчиненных. Мы существуем только для того, чтобы обеспечивать безопасность Государства Израиль и его народа. Особой гордости я не ощущал. Когда о нас писали, что "Моссад" - лучшая спецслужба мира, я всегда говорил своим подчиненным: да, мы хорошая разведка, но не самая лучшая.

- Сильной стороной "Моссада" всегда была агентура. На каких принципах строилась работа с ней?

- Во главу угла ставились безопасность агента и сохранение его жизни. Разумеется, учитывалась и материальная сторона дела.

- У вашей разведки существуют архивы?

- Разумеется. На каждого агента есть специальное досье. Дело заводилось и на каждую разведоперацию.

- Вы ощущаете себя живой легендой?

- Некоторым образом, да. Например, когда сажусь в такси, а водитель мне говорит: я вас знаю. С этим ничего нельзя поделать. Создание и становление "Моссад" - главное дело моей жизни.

- Вы согласовывали нашу встречу и интервью с руководством "Моссада"?

- Нет. Я свободный человек, который живет в демократической стране. К тому же я знаю, о чем можно говорить, а что до сих пор остается государственной тайной.

Тель-Авив-Москва


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Исламистский шпионаж в глобальной Сети

Исламистский шпионаж в глобальной Сети

Захар Гельман

Израильские военные и спецслужбы вынуждены вести непростую борьбу в виртуальном пространстве

0
2795
Как стать бойцом невидимого фронта

Как стать бойцом невидимого фронта

Игорь Атаманенко

О тех, кто сражается за Родину в глубоком тылу вероятного противника

0
7143

Другие новости

24smi.org
Загрузка...
Рамблер/новости