0
2147
Газета Спецслужбы Интернет-версия

20.06.2008 00:00:00

Разведчик, переигравший Отто Скорцени

Владимир Антонов

Об авторе: Владимир Сергеевич Антонов - ведущий эксперт Кабинета истории внешней разведки.

Тэги: иран, разветка, кгб


иран, разветка, кгб Иван Агаянц.
Фото из Кабинета истории внешней разведки

Август 1941 года. В ту пору в Иране сложилась крайне сложная внутриполитическая обстановка. Иранский монарх Реза-шах Пехлеви был за всестороннее сближение с нацистской Германией, особенно в военной сфере. К началу Второй мировой войны в Иране находилось около 20 тыс. немецких граждан: военные инструкторы, офицеры-разведчики и агенты спецслужб Третьего рейха под видом торговцев, бизнесменов, инженеров. Через свои резидентуры, шпионскую сеть, многочисленных местных сторонников германское руководство воздействовало на политические круги Ирана, на командование вооруженных сил, жандармерию и полицию.

Именно тогда в Тегеран был направлен новый резидент советской внешней разведки Иван Агаянц.

УСПЕШНЫЙ ДЕБЮТ В ПАРИЖЕ

Иван Иванович Агаянц родился 28 августа 1911 года в городе Гянджа (в 1935–1989 годах – Кировабад) в семье счетовода. Его отец был сельским учителем и священником (в 1924 году он отрекся от духовного сана).

Детские и школьные годы Ивана неотделимы от бурных событий, которые происходили в тот период и в России, и в Закавказье. Воспитанием мальчика занималась сестра – врач по профессии. В ее доме он набирался знаний в самых различных областях, приобщился к изучению иностранных языков. Ему импонировали взгляды и убеждения двух старших братьев, которые, безоговорочно и с энтузиазмом приняв советскую власть, в дальнейшем стали чекистами. Это впоследствии определило выбор и самого Ивана.

После окончания экономического техникума он сменил ряд профессий на производстве, находился на комсомольской и партийной работе. В 1930 году Иван Агаянц вслед за старшими братьями переезжает из Гянджи в Москву и становится сотрудником Экономического управления ОГПУ. Напряженные будни на Лубянке не помешали ему выкраивать часы для занятий историей и юриспруденцией, литературой и искусством. Благодаря исключительным способностям он в совершенстве овладел французским, персидским, турецким и испанским языками, достаточно хорошо знал английский и итальянский.

В 1936 году Ивана Агаянца переводят в аппарат внешней разведки, а уже в 1937-м командируют во Францию, в парижскую резидентуру. Сначала он находился в штате советского торгпредства, а затем возглавил консульский отдел посольства СССР. После падения республиканского режима в Испании принимал участие в операции по выводу в Советский Союз лидеров испанских коммунистов Хосе Диаса и Долорес Ибаррури. (Следует отметить, что один из старших братьев Ивана Агаянца – Владимир – в 1934–1937 годах довольно успешно трудился в парижской резидентуре. С мая 1937 года руководил берлинской легальной резидентурой. Лично восстановил связь с ценными источниками советской разведки: сотрудником гестапо «Брайтенбахом» и чиновником МИД Германии «Винтерфельдом». К сожалению, в декабре 1938 года он скончался в Берлине во время хирургической операции.)

Когда в 1940 году командировка подошла к концу, Иван Агаянц вернулся в Москву. Здесь он получает должность начальника отделения, а затем – заместителя начальника одного из отделов 1-го Управления НКГБ СССР (внешняя разведка).

ПРОТИВ ВРАГОВ И... СОЮЗНИКОВ

В июне 1941 года Берлин потребовал от иранского правительства вступления в войну на стороне Германии. Несмотря на сочувствие Реза-шаха Пехлеви гитлеровцам, созданный им Высший военный совет отверг это требование. Тогда немецкие спецслужбы начали подготовку государственного переворота. Для этого в Тегеран в начале августа 1941 года тайно приезжал шеф германской военной разведки (абвера) адмирал Канарис. На иранской территории резко активизировалась разведывательно-диверсионная деятельность фашистской агентуры.

Разумеется, Москва не могла оставаться безучастной к развитию событий в Иране. Она трижды предупреждала правительство соседней страны о создавшейся угрозе вовлечения ее в войну на стороне противников СССР. Поскольку эти заявления игнорировались, а обстановка продолжала ухудшаться, на основании 6-й статьи советско-иранского Договора от 26 февраля 1921 года и по согласованию с Лондоном и Вашингтоном Кремль принял решение о вводе частей Красной армии в северные провинции Ирана. Одновременно в его юго-западные провинции вошли войска Великобритании. Советские и английские подразделения соединились в районе Казвина, южнее Тегерана, а 17 сентября вступили в иранскую столицу.

Однако жесткое противоборство спецслужб союзников с абвером и политической разведкой (СД) нацистской Германии в Иране продолжалось до конца войны. Более того, Иран использовался гитлеровскими «рыцарями плаща и кинжала» и для ведения разведывательно-подрывной работы на советской территории. Тегеранская резидентура, которую возглавлял Иван Агаянц, сообщала в Центр в конце 1941 года: «Немцы из Ирана руководят разведкой, работающей в СССР, немцы «перелетают» из Ирана в СССР и обратно, как саранча».

Отметим, что в Тегеране действовала главная резидентура советской внешней разведки. Ей были подчинены периферийные резидентуры и разведпункты в различных иранских городах.

Перед тегеранской резидентурой руководством Лубянки была поставлена приоритетная задача по «созданию агентурной сети в целях выявления сотрудников и агентов иностранных разведок, враждебных СССР организаций, предотвращения возможных диверсий и иной подрывной работы, направленной на срыв военно-хозяйственных мероприятий, проводимых СССР в Иране».

Со всем этим Ивану Агаянцу и его подчиненным удалось справиться благодаря умелому осуществлению всесторонне продуманного комплекса разведывательных мероприятий. Агаянц лично участвовал в проведении наиболее важных операций, связанных порой с риском для жизни, проявил незаурядные способности в вербовочной работе. В документах Лубянки отмечалось: «Важная оперативная разведывательная информация, получаемая советскими разведчиками в Иране, сыграла существенную роль при принятии военным командованием и руководством страны тех или иных политических и военно-стратегических решений».

Тегеранской резидентуре довелось реализовывать и ряд острых оперативных мероприятий против британских коллег.

Так, Агаянцу стало известно, что англичане создали в Тегеране разведывательную школу, в которой обучают специалистов для подрывной работы в Советском Союзе. И это несмотря на то, что Москва и Лондон являлись союзниками по антигитлеровской коалиции, а их резидентуры в Иране даже сотрудничали по некоторым оперативным вопросам. В школу набирали молодых людей со знанием русского языка. В основном это были выходцы из СССР, которых готовили для заброски с разведывательными заданиями в советские республики Средней Азии и Закавказья. Срок обучения – шесть месяцев. Конспирация – строжайшая.

По заданию Агаянца один из его источников «Амир» (сын нелегального советского разведчика в Иране, в будущем – сам выдающийся советский разведчик, Герой Советского Союза Геворк Вартанян) внедрился в разведшколу. Через некоторое время у резидентуры была подробная информация об этом «учебном заведении» и занимающихся в нем курсантах. Переправленные на территорию СССР выпускники школы обезвреживались или перевербовывались и работали «под колпаком» советской контрразведки. В конце концов англичане заподозрили неладное. И тогда на одной из встреч с официальным представителем британской разведки в Иране советский представитель указал ему на «несоюзническое поведение». Англичанин все отрицал. Однако в скором времени школа перестала существовать.

СВЕРХОТВЕТСТВЕННЫЕ ЗАДАНИЯ

Но все же главный успех заключался в ином. Активность советской разведки в Иране по существу парализовала деятельность подпольных профашистских организаций в стране, способствовала нанесению сокрушительного удара по немецким спецслужбам: они не смогли в полной мере использовать свой потенциал и решить многие из поставленных перед ними задач, в том числе и по подготовке покушения на руководителей трех союзнических государств в ходе работы Тегеранской конференции, которая проходила с 28 ноября по 1 декабря 1943 года.

Из истории хорошо известно, что в 1943 году, в период работы Тегеранской конференции, гитлеровские спецслужбы планировали уничтожить лидеров «Большой тройки». Проведение операции по физическому устранению глав трех государств, названной «Длинный прыжок», Гитлер поручил опытнейшему парашютисту-диверсанту Отто Скорцени.

Передовая группа подразделения Скорцени, состоявшая из шести человек, включая двух радистов, была сброшена на парашютах с большим количеством оружия и снаряжения в районе города Кум, что в 70 км от иранской столицы. Отсюда им надлежало пробраться в Тегеран, наладить радиосвязь с Берлином и подготовить условия для высадки основного десанта и самого Скорцени. Теракт планировалось осуществить 30 ноября – в день рождения Черчилля. Более двух недель передовая группа добиралась до Тегерана и разместились на конспиративной вилле, подготовленной для них немецкой агентурой.

Резидентуре Агаянца удалось первой получить информацию о десанте и обнаружить местонахождение немецких «коммандос». Они были арестованы. Когда в Берлине стало известно о провале передовой группы, там решили отказаться от направления в Тегеран главных исполнителей операции «Длинный прыжок».

В период работы в Тегеране Ивану Агаянцу пришлось выполнять и другие важные оперативные мероприятия. Так по заданию Центра он выезжал в Алжир для проведения неофициальных встреч с Шарлем Де Голлем. Разведчику нужно было выяснить, какие силы стояли за генералом и каковы его шансы стать национальным лидером французов. Особый интерес для Москвы представляли взгляды Де Голля на послевоенное устройство Европы. Агаянц успешно справился с возложенной на него миссией.

После Ирана Иван Иванович находился в качестве резидента в Париже. Однако по состоянию здоровья командировка не была продолжительной (дал себя знать хронический туберкулез, которым этот энергичный и жизнестойкий человек страдал с середины 1930-х годов). С 1948 года он работал на руководящих должностях в центральном аппарате внешней разведки. В 1959 году возглавил Службу активных мероприятий. А несколько лет спустя газета «Нью-Йорк геральд трибьюн» сообщила, что в Конгресс США поступил доклад ЦРУ, в котором указывалось, что осуществлению многих операций американских спецслужб активно мешает деятельность структуры Лубянки, которой руководит генерал-майор Агаянц.

В 1967 году Иван Иванович был назначен заместителем начальника внешней разведки. Но 12 мая 1968 года его не стало.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Немецкие предприниматели предупреждают США

Немецкие предприниматели предупреждают США

Олег Никифоров

Под угрозой судьба трансатлантических отношений

0
1178
Ректоры потребовали от главы Минобрнауки жесткости

Ректоры потребовали от главы Минобрнауки жесткости

Наталья Савицкая

0
969
Аварийность зависит от профессионализма летчиков

Аварийность зависит от профессионализма летчиков

Ирина Дронина

0
896
Ложь взаправду

Ложь взаправду

Главную «пугалку» 90-х о «русской мафии» сменил миф о всесильных «русских хакерах»

0
1072

Другие новости

Загрузка...
24smi.org