0
4480
Газета Спецслужбы Интернет-версия

10.08.2012 00:00:00

Секретная работа на линии огня

Владимир Антонов

Об авторе: Владимир Сергеевич Антонов - ведущий эксперт Зала истории внешней разведки, полковник в отставке.

Тэги: история, война, спецслужбы, нквд, белорусия


история, война, спецслужбы, нквд, белорусия Кирилл Орловский (справа) с товарищем по партизанскому отряду. Западная Белоруссия, 1924 год.
Фото предоставлено автором

Кто из вас, уважаемые читатели, не собирал, хотя бы в детские годы, почтовые марки – эти замечательные миниатюрные произведения искусства? Не избежал этого увлечения и автор этого очерка, отдавая предпочтение советским знакам почтовой оплаты.

Помнится, очередной выпуск почтовых марок за март 1970 года, продолживших серию, посвященную партизанам Великой Отечественной войны, привлек тогда особое внимание. На первой марке был портрет командира партизанского соединения Героя Советского Союза Дмитрия Николаевича Медведева. К тому времени он был уже хорошо известен в нашей стране. Многие зачитывались его произведениями «Это было под Ровно» и «Сильные духом», которые рассказывали о подвигах в период войны на территории Украины бойцов отряда «Победители» и о самоотверженной боевой работе замечательного советского разведчика Николая Ивановича Кузнецова.

Вторая марка была посвящена Кириллу Прокофьевичу Орловскому – командиру отряда, действовавшего на территории Белоруссии. Примечательно, что на марке рядом с портретом партизана были помещены сразу две медали, свидетельствовавшие о его выдающихся заслугах, – «Золотая Звезда» и «Серп и Молот». Пришлось обратиться к различным справочникам и энциклопедиям, чтобы познакомиться с биографией дважды Героя. Спустя много лет записи того периода вновь оказались востребованными.

ВРЕМЯ ВОЗМУЖАНИЯ

Кирилл Орловский родился 18 января 1895 года в деревне Мышковичи Могилевской губернии (ныне Кировского района Могилевской области Белоруссии) в семье крестьянина. В 1910 году окончил Поповщинскую церковно-приходскую школу. Затем занимался сельским хозяйством, помогая родителям.

В 1915 году 20-летний Орловский был призван на действительную военную службу. Служил рядовым в 251-м запасном пехотном полку, который был расквартирован в окрестностях Москвы. С 1917 года унтер-офицер Орловский – командир саперного взвода 65-го стрелкового полка на Западном фронте. Именно в окопах под Барановичами в своей родной Белоруссии проходил Кирилл азы политической подготовки. Случилось так, что его боевым товарищем стал Алексей Анисимов – командир соседнего взвода, бывший рабочий-путиловец, большевик. В свободное от боев время он рассказывал Кириллу о классовой борьбе, о позиции партии по вопросам войны и мира. И когда в полк пришло сообщение о победе Октябрьской революции в Петрограде, Орловский принял решение стать на сторону новой власти.

Демобилизовавшись из армии в январе 1918 года, Орловский вернулся в родную деревню. После прихода германских оккупантов в Белоруссию и занятия немцами Мышковичей он переходит линию фронта и добирается до Орши, где вступает в красногвардейский отряд. В мае 1918 года Орловского принимают на службу в уездную Оршанскую ЧК. А уже через месяц Северо-Западный областной комитет РКП (б) направляет молодого чекиста в Бобруйск для ведения подпольной работы на оккупированной территории. Он создает партизанский отряд и командует им с августа по декабрь 1918 года.

К концу 1918 года партизанский отряд Орловского контролировал свыше 20 населенных пунктов и даже создал Кочеринский волостной ревком, в котором сам же Орловский и стал военным комиссаром.

С декабря 1918 года по май 1919 года Орловский работал в Бобруйской ЧК. Затем учился на Первых московских пехотных курсах комсостава. Будучи курсантом, участвовал в боях против войск Юденича, сражался под Борисовом, Бобруйском и Полоцком.

Историк отечественных спецслужб В.И.Прокофьев так рассказывает о спецзадании, которое выполнял Кирилл Орловский сразу же после окончания курсов комсостава: «В августе 1920 года Орловский был нелегально направлен в Литву для оказания помощи подпольным партийным организациям по подготовке вооруженного восстания. Для этого ему на время пришлось стать подручным парикмахера в Ковно и совмещать это «прикрытие» с формированием и подготовкой групп и отрядов к вооруженному восстанию в Литве. С нетерпением ждали Кирилл Орловский, Станислав Ваупшасов и другие подпольщики приказа к выступлению. Но поражение Красной армии под Варшавой вынудило ЦК Компартии Литвы отменить восстание, и Орловский поступил в распоряжение Реввоенсовета Западного фронта. Он принимал участие в ликвидации банд Булак-Балаховича и Савинкова».

За проявленное мужество Орловского наградили именным оружием с надписью: «За боевую работу на Западном фронте». А в личном деле чекиста появилась краткая, но емкая характеристика: «Боевой, храбрый, испытанный, вполне надежный и преданный работник, человек, обладающий природным умом организатора». Много характеристик давалось Орловскому на протяжении всей его жизни, но именно эта в наибольшей степени характеризует его качества, пригодившиеся в его работе чекиста-разведчика.

«АКТИВНАЯ РАЗВЕДКА»

В конце 1919 года по инициативе члена Реввоенсовета Западного фронта Иосифа Уншлихта для разведывательно-диверсионной деятельности в тылу польской армии, оккупировавшей еще летом того же года практически всю территорию Белоруссии, была создана так называемая Нелегальная военная организация (НВО). Ее создание явилось результатом политического соглашения о совместных действиях против оккупантов между белорусскими эсерами и командованием Западного фронта в лице Уншлихта, подписанного в декабре 1919 года на совместном совещании в Смоленске.


Почтовая марка, выпущенная в обращение в марте 1970 года.
Фото предоставлено автором

К осени 1920 года НВО подчинялись до 10 тыс. партизан, организованных в отряды под командованием выпускников Курсов красных командиров – краскомов, засылаемых в польский тыл. Но при этом как сама организация, так и ее деятельность оставались настолько засекреченными, что о них не знал даже командующий Западным фронтом Михаил Тухачевский.

После окончания советско-польской войны 1920 года и заключения Рижского мирного договора НВО не только не прекратила своей работы, но и развернула так называемую активную разведку, предполагавшую создание и переброску на отошедшие к Польше территории отрядов боевиков для организации массового вооруженного сопротивления польским властям.

По Рижскому мирному договору в состав Польши вошли западные области Украины и Белоруссии, населенные преимущественно украинцами и белорусами. Тем не менее правящие польские круги продолжили строить дальнейшие планы по созданию «великой Польши от моря до моря» путем насильственного присоединения соседних земель, прежде всего из состава Советской России.

С лета 1921 года в областях, отошедших к Польше по Рижскому мирному договору, началось партизанское, а по сути дела – диверсионное движение. Особенно целенаправленно и успешно активная разведка проходила в Полесском, Вилейском и Новогрудском воеводствах Западной Белоруссии.

В конце 1921 года Центральное бюро Коммунистической партии Белоруссии направило Орловского на подпольную работу в Западную Белоруссию, входившую в состав Польши. По линии активной разведки Разведывательного управления Штаба РККА он руководил там партизанскими отрядами.

В материалах внешней разведки того периода следующим образом описывается обстановка, сложившаяся на территории Западной Белоруссии: «Обстановка в Западной Белоруссии в то время оставалась крайне сложной. До весны 1925 года партизанские отряды Орловского, Ваупшасова и других командиров вели непримиримую борьбу против насаждаемой системы политического и национального угнетения белорусов. За белорусским народом не признавалось право на самостоятельное существование. Буржуазно-помещичье правительство Польши грубо нарушало взятые на себя по Рижскому договору обязательства гарантировать свободное развитие национальных меньшинств.

Для борьбы с партизанами были направлены воинские части, усиленные полицейскими подразделениями, многочисленная агентура польской контрразведки. Продолжались многочисленные казни, аресты тысяч сочувствующих партизанам. Только в апреле 1925 года на Полесье было арестовано около двух тысяч человек».

За четыре с половиной года партизаны Орловского нанесли много ощутимых ударов по оккупантам. Под его руководством были проведены десятки боевых операций, в результате которых было уничтожено свыше 100 польских жандармов и помещиков. Но самое главное – Орловский приобрел ценнейший опыт партизанской войны, который пригодился ему позже.

ПОДГОТОВКА В ПАРТИЗАНЫ

В мае 1925 года Кирилл Орловский вернулся в Советскую Белоруссию и был направлен на учебу в Москву, в Коммунистический университет национальных меньшинств Запада имени Ю.Ю.Мархлевского. Этот университет был создан в 1921 году для повышения образовательного уровня партийных и советских работников, положительно зарекомендовавших себя на практической работе. Далеко не все зачислявшиеся в университет имели среднее образование, поэтому при нем действовал подготовительный факультет, через который прошел и Орловский. Учился он с полной отдачей. В первую очередь его интересовали вопросы сельского хозяйства. Он активно изучал работы Докучаева, Тимирязева, Мичурина, мечтая посвятить себя работе агронома. Однако обстоятельства вновь внесли свои коррективы. В 1930 году выпускник университета Кирилл Орловский по запросу ЦК Компартии Белоруссии был направлен в распоряжение Особого отдела НКВД БССР.

Необходимо отметить, что в конце 1920-х – начале 1930-х годов в соответствии с решением военно-политического руководства страны началась широкомасштабная подготовка к партизанской войне против возможного противника из числа капиталистических стран, окружавших Россию и вынашивавших планы агрессии. Опыт партизанского движения, накопленный русской армией, был развит советскими военными теоретиками и положен в основу военной доктрины молодого государства. Были изданы учебники и пособия по тактике партизанской борьбы, создавались особые партизанские школы и учебные пункты, разрабатывались специальная техника и вооружение.

Качество подготовки, боевые возможности маневренных партизанских формирований проверялись на специальных и общевойсковых учениях. Целая серия этих учений помогла обобщить опыт и оценить эффективность системы подготовки партизанских кадров. В 1932 году под Москвой были проведены специальные маневры.

Как отмечалось выше, партизанские группы иногда участвовали и в общевойсковых учениях. Особенно поучительными были учения в Ленинградском военном округе осенью 1932 года – в них участвовали отборные спецгруппы Ленинградского, Белорусского и Украинского военных округов, всего свыше 500 партизан, которых готовили по линии 4-го управления Штаба РККА и ОГПУ.

Но вернемся несколько назад, к лету 1930 года.

В течение пяти лет Орловский находился на негласной оперативной работе по линии Особого отдела НКВД БССР. Вместе со своими боевыми соратниками – опытными партизанскими командирами Станиславом Ваупшасовым, Александром Рабцевичем и Артуром Спрогисом он занимался подбором и подготовкой партизанских кадров на случай возможных боевых действий, читал лекции по тактике партизанской войны для командного состава будущих отрядов.

В 1932 году в числе немногих чекистов «за активное участие в организации партизанских отрядов и участие в партизанском движении, а также за активное участие в боях против белополяков» Орловский был удостоен ордена Трудового Красного Знамени Белорусской ССР.

В 1937–1938 годах Кирилл Прокофьевич выполнял специальные задания по линии советской внешней разведки во время войны с фашистами в Испании. За боевые заслуги был награжден орденом Ленина. Затем был слушателем специальных курсов НКВД в Москве. После окончания курсов находился в долгосрочной загранкомандировке по линии внешней разведки в Китае.


Орловский – полковник госбезопасности – председатель колхоза «Рассвет». Москва, 1944 год.
Фото предоставлено автором

В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

После отзыва в Москву из командировки в мае 1942 года (специалист с его партизанским опытом был крайне необходим в Центре) Орловский сразу же был направлен на работу в 4-е управление НКВД СССР.

С началом Великой Отечественной войны Советский Союз оказался крайне слабо подготовленным к партизанской борьбе. И это несмотря на то, что в 1930-е годы партизанские формирования функционировали в общей системе подготовки советских Вооруженных сил, опытные специалисты готовили рядовые и командные кадры будущих партизанских отрядов.

А произошло следующее. В конце 1930-х годов был осуществлен переход на новую военную доктрину, которую сформулировал тогдашний нарком обороны Клим Ворошилов и поддержало руководство страны: бить врага малой кровью на чужой территории. А для этого не требовалось создавать в приграничных районах партизанские базы, склады с оружием и боеприпасами. Базы ликвидировали, подготовку партизан прекратили.

Опасность таких действий стала очевидной лишь с началом Великой Отечественной войны. 18 июля 1941 года ЦК ВКП (б) приняло постановление «Об организации борьбы в тылу германо-фашистских войск», в котором партийным организациям и органам государственной безопасности предписывалось «создать невыносимые условия для германских интервентов, срывать все их мероприятия, уничтожать захватчиков и их пособников... помогать созданию партизанских отрядов, диверсионных истребительных групп». В постановлении подчеркивалось, что важную роль в организации партизанского движения, боевых дружин и диверсионных групп должны играть органы государственной безопасности.

В январе 1942 года в составе НКВД для руководства зафронтовой работой органов госбезопасности было создано 4-е управление. Оно занималось формированием и подготовкой разведывательно-диверсионных отрядов и групп и заброской их в тыл к немцам. Начальник 4-го управления НКВД генерал-лейтенант Павел Судоплатов одновременно являлся заместителем руководителя советской внешней разведки. Костяк руководства управления составили действующие сотрудники внешней разведки.

Из воспоминаний начальника 4-го управления НКВД СССР генерала Судоплатова: «При отборе чекистов на должности командиров партизанских отрядов прежде всего учитывалась их прошлая деятельность. В первую очередь назначали командиров, имевших боевой опыт. Прокопюк, Рабцевич, Ваупшасов, Орловский – все они не только участвовали в партизанской войне против белополяков в 1920-е годы, но и сражались в Испании. В резерве была большая группа, воевавшая на Дальнем Востоке. Практически репрессии конца 1930-х годов не коснулись специалистов по диверсионной технике и приборам. Все они активно были задействованы».

В октябре 1942 года майор госбезопасности Орловский был направлен в тыл врага во главе десантной группы, которая со временем превратилась в крупный партизанский отряд особого назначения «Соколы», действовавший на территории Белоруссии в районе Беловежской пущи. Отряд участвовал во многих сражениях с немецко-фашистскими захватчиками, провел в тылу у немцев ряд успешных диверсий по уничтожению военно-промышленных объектов и крупных воинских эшелонов противника. В городе Барановичи партизаны отряда «Соколы» под руководством Орловского ликвидировали несколько видных гитлеровских военных чиновников и захватили важные военные документы.

В одном из боев в феврале 1943 года Орловский был тяжело ранен. Ему оторвало правую руку и сильно контузило. Однако Кирилл Прокофьевич не прекращал руководить боевой операцией, пока не вывел партизан в безопасное место.

Известный историк диверсионных подразделений, входивших в состав спецслужб России, Михаил Болтунов в своей книге «Короли диверсий» так рассказывает об этой операции: «В октябре 1942 года в Барановическую область была десантирована спецгруппа «Соколы» под руководством опытного разведчика К.Орловского. Это он разработал впоследствии операцию под кодовым названием «Кабанья охота» по ликвидации гауляйтера Белоруссии Коха и руководителя окружной фашистской администрации гебитскомиссара Фенса.

Замысел был основан на данных разведки – гитлеровцы хотели развлечь Фенса охотой на кабана. Отряд уже в 6 часов утра находился в засаде, однако Орловский принимает решение напасть на фашистов, когда они будут возвращаться с охоты.

На снегу, на морозе долгих 12 часов ждут партизаны, и вот появляется обоз. В санях в медвежьей дохе лежит Фенс. Орловский бросает первую шашку. Готовится метнуть вторую, но шальная пуля попадает в детонатор. Шашка взрывается в руке.

Испанец Хусто Лопес вытащил командира из-под огня, сделал перевязку. Партизанский хирург сделал операцию: он ампутировал правую руку. Не было обезболивающих средств. Единственным инструментом была ножовка. Но Орловский мужественно перенес операцию. Через три месяца он радировал в Москву: «Выздоровел. Приступил к командованию отрядом». Но Центр настаивал на возвращении Орловского в Москву. Он согласился лишь с третьего вызова, в конце 1943 года.

Летом того же года на базе отряда Орловского формируются еще два партизанских подразделения: отряды имени Кирова и Свердлова».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 сентября 1943 года за образцовое выполнение боевых заданий командования в тылу немецко-фашистских войск и проявленные при этом отвагу и мужество Орловский был удостоен звания Героя Советского Союза. Боевые заслуги Кирилла Прокофьевича в Великой Отечественной войне были также отмечены тремя орденами Ленина, орденом Красного Знамени, другими боевыми наградами.

МЕДАЛЬ ЗА ТРУД

После возвращения в Москву и лечения Орловский продолжил службу в органах государственной безопасности – работал в НКГБ БССР.

В декабре 1944 года полковник Орловский вышел по состоянию здоровья в отставку и сразу же был избран председателем колхоза «Рассвет» в своем родном селе Мышковичи Могилевской области Белоруссии. За короткое время колхоз «Рассвет» превратился благодаря умелому руководству Орловского в крупнейшее передовое хозяйство республики и стал одним из лучших в стране. В 1965 году за выдающиеся трудовые достижения Орловскому присвоили звание Героя Социалистического Труда. Он был награжден пятым орденом Ленина и орденом Трудового Красного Знамени. Избирался делегатом на XX, XXII и XXIII съезды КПСС, кандидатом в члены ЦК КПСС, с 1950 года – депутатом Верховного Совета СССР.

Скончался Кирилл Орловский в 1968 году. Незадолго до своей смерти в одном из интервью он говорил: «Сейчас начали писать о разведчиках. Все больше скользят по детективной дорожке, щекочут душу острыми ситуациями. А суть-то не в этом. Острых ситуаций хватает и у преступников, у самых жалких уголовников. Суть в романтической чистоте чекистского сердца, в духовном богатстве этих замечательных натур, в святости идей и целей, которым всецело отдали себя великие труженики и герои. Разведчик – это человек значительный, избавленный от скверны мелочного восприятия жизни. Он лишен эгоизма и честолюбия, над ним не властвует тяга к наградам, почестям и карьере, он выше бытовых благ и гласных признаний. Это необычайно цельные, жизнестойкие, несгибаемые и в то же время очень простые, добрые, милые люди».

Именно к такому образу человека, чекиста и разведчика стремился всю свою жизнь Кирилл Прокофьевич Орловский.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


У чиновников изъяли незаконно нажитое имущество на 12 млрд рублей

У чиновников изъяли незаконно нажитое имущество на 12 млрд рублей

0
448
Минюст РФ предложил расширить полномочия судебных приставов

Минюст РФ предложил расширить полномочия судебных приставов

0
423
В Кремле признают недостаточную эффективность муниципальных властей

В Кремле признают недостаточную эффективность муниципальных властей

0
399
Госдума: показ свастики разрешен - без пропаганды и оправдания нацизма

Госдума: показ свастики разрешен - без пропаганды и оправдания нацизма

0
429

Другие новости

Загрузка...
24smi.org