Военная реформа приостановлена на месяц

Состоявшееся в конце сентября совещание членов Совета безопасности РФ, хотя и не дало окончательных ответов о судьбе военной реформы в России, однако четче выявило некоторые нынешние особенности процесса управления военным строительством. Открывая совещание, Владимир Путин заявил: "Через месяц мы должны выйти на окончательные решения". Президент так пояснил замену планировавшегося заседания Совета безопасности на совещание: "Не все, к сожалению, готово для принятия решения".

Широкая общественность обратила внимание прежде всего на тот факт, что совещанием подтверждена до того неофициальная информация о грядущем радикальном - более, чем на 400 тыс. человек, - сокращении военнослужащих ВС и других силовых структур России. Самые большие потери понесут Вооруженные силы - 365 тыс. человек. Существенной реорганизации других одиннадцати федеральных министерств и ведомств, в которых действующими нормативными актами предусмотрена военная служба, не предполагается.

По существу, все это меры косметического порядка, не вносящие принципиально новых изменений в военную организацию государства. Никаких других "судьбоносных" решений пока не планируется, за исключением намечаемой на отдаленное будущее "девоенизации" Гостехкомиссии России (федеральной структуры, занимающейся защитой информации), насчитывающей несколько сот военнослужащих.

Почему на согласование позиций президент выделил еще один месяц? Видимо, для того, чтобы избежать на заседании СБ (несостоявшемся) излишне острого столкновения интересов, постановки вопросов, ответы на которые еще только предстоит найти.

Сентябрьское совещание подтвердило стойкую тенденцию увеличения роли Совета безопасности в управлении военным строительством и руководстве всеми занимающимися национальной безопасностью органами исполнительной власти. При Совете безопасности уже создано немалое количество межведомственных комиссий, которые, по мнению некоторых экспертов, фактически подменяют федеральные органы исполнительной власти, в первую очередь правительство России.

Как стало известно "НВО" из информированных источников, разработаны предложения о повышении статуса Совета безопасности РФ. В частности, предполагается законодательно или соответствующим указом президента закрепить порядок, согласно которому решения Совета, а также решения совещаний его членов были бы обязательны для исполнения всеми государственными органами и должностными лицами. Секретарю Совбеза, считают в аппарате Совета, должны быть предоставлены полномочия по контролю государственных органов и должностных лиц в части, касающейся выполнения решений СБ РФ.

Кроме того, намечается усиление прерогатив аппарата Совета безопасности. Наряду с обеспечением текущей деятельности СБ, он должен стать рабочим органом президента РФ по реализации его установок и решений в сфере обороны страны и безопасности государства. При этом, полагают аналитики Совета безопасности, следует исходить из того, что управляет органами, силами и средствами обеспечения обороны страны и безопасности государства президент России, а секретарь и аппарат СБ РФ лишь обеспечивают деятельность президента РФ в этой сфере.

События последнего времени в который раз ясно высвечивают одну из самых застарелых проблем военного строительства в России. Общество практически лишено какой бы то ни было достоверной информации о ходе реформирования военной организации государства, хотя это касается практически каждого налогоплательщика, каждого российского гражданина. До сих пор в государстве не сложилось механизма (процедуры) принятия решений по военным вопросам. Скажем, неясно где находится центр генерации замыслов и идей совершенствования военной организации государства. Далеко не факт, что это, например, аналитические структуры Генерального штаба. Непонятно, как происходит экспертная оценка предложений по реформированию тех или иных структур. По мнению многих аналитиков, ошибочной представляется ситуация, при которой гласное обсуждение выдвинутых идей в области совершенствования военной организации не ведется в профильных комитетах Федерального собрания России.

Безусловно, военную и государственную тайну никто в стране еще не отменял, но многие решения по военному строительству не являются секретными, тем более что они затрагивают интересы общества в целом. Наконец, если решение принимается ограниченным кругом лиц, то достаточно велика вероятность ошибок, прямым следствием которых будут немалые бюджетные расходы.

Не отработан в стране пока и другой, столь же важный механизм - привлечения должностных лиц к ответственности за принятие ошибочных решений в области военного строительства. За просчеты, порой наносящие огромный ущерб обороноспособности страны, никто у нас никогда не был наказан.

Таким образом, сдержек и противовесов военно-стратегическим фантазиям отдельных должностных лиц у нас пока нет никаких. Между тем наличие двух процедур - принятия решений по военным вопросам и привлечения должностных лиц к ответственности за допущенные просчеты - позволило бы подключить к совершенствованию военной организации государства совокупный интеллектуальный потенциал политической и военной элиты общества и в значительной степени гарантировать от возможных ошибок.