Правительственные войска ожидают нападения в любую минуту...
Фото Reuters
В Йемене – очередная вспышка гражданской войны. Правительственные войска сражаются с мятежными шиитами в северной провинции Саада. Сотни погибших, тысячи беженцев. Президент страны Али Абдалла Салех заявил, что ее вооруженные силы готовы бороться с шиитскими повстанцами так долго, как это необходимо, даже несколько лет, если те не примут предложенные им условия прекращения огня.
Но это только один из очагов перманентных военных действий на территории Йемена, хоть и самый крупный. К этому государству в западных СМИ уже прочно прикрепились эпитеты «пороховая бочка» и «второй Афганистан». Небольшая страна играет немалую роль во всемирном джихаде, здесь прочно укоренилась «Аль-Каида». Достаточно сказать, что в тюрьме «Гуантанамо» до сих пор находится около ста йеменцев, арестованных в Афганистане и Пакистане. А семейство бен Ладена происходит из йеменского рода Хадрамаута.
Мятеж в Сааде вспыхнул в 2004 году. Лидер повстанцев из шиитской секты зайдитов Абдул Малек аль-Хути заявляет: «Если бы правительство пересмотрело свою позицию и относилось бы к нам как к гражданам, имеющим определенные права... все было бы хорошо». А власти обвиняют мятежников в намерении восстановить зайдитский имамат, свергнутый во время революции 1962 года.
Все политические проблемы в стране имеют глубокие исторические и религиозные причины. Без экскурса в глубь веков в них не разобраться.
НАСЛЕДИЕ ЗАЙДА
Брат пятого имама Мухаммеда аль-Бакира, умершего ровно через сто лет после Пророка, по имени Зайд почитаем только одной из ветвей шиизма, которая укрепилась в Йемене. Это был суровый воин, мечом прокладывавший дорогу к власти. И эта воинственность унаследована зайдитами. Добрую тысячу лет в Йемене властвовали имамы из династии Зайда. При это власть передавалась не прямому наследнику, а была выборной. Но на этом демократия кончалась, во всем остальном это была типичная восточная монархия. Последний, 121-й имам Мухаммад аль-Бадр недавно скончался в эмиграции в Лондоне. Выборов нового теократического лидера не предвидится.
Северный Йемен получил независимость в 1918 году, когда распалась Османская империя. В 1962 году после смерти короля (имама) Ахмеда власть захватили военные, провозгласившие Йеменскую Арабскую Республику, а наследник престола аль-Бадр отправился в изгнание. В 1967 году стал независимым Южный Йемен, бывший британский протекторат Аден. Здесь возникла Народно-Демократическая Республика Йемен (НДРЙ), руководители которой объявили себя марксистами. В результате они получили колоссальную помощь от Советского Союза, а СССР обрел военно-морскую базу в стратегически важном районе мира. Два Йемена ожесточенно воевали друг с другом, Москва же снабжала их вооружением.
Власти НДРЙ проводили антирелигиозную политику и на своей территории открыли ряд лагерей для подготовки арабских повстанцев под руководством инструкторов из соцстран. Здесь были обучены тысячи профессиональных диверсантов, агитаторов и организаторов, часть которых впоследствии влилась в ряды исламских террористов. Кстати, правая рука бен Ладена – аз-Завахири – в молодости тоже был марксистом.
Как только в конце 1980-х годов Советский Союз оказался не в состоянии оказывать материальную и военную помощь многочисленным «народным демократиям, избравшим путь социализма», два Йемена в 1990 году объединились. К тому времени там стали скапливаться ветераны Афганистана из арабских стран. Сами йеменцы тоже отметились в войне с «шурави». С благословения имамов в джихаде участвовало более трех тысяч жителей страны, в основном – северян.
В 1994 году бывшие лидеры НДРЙ и их сподвижники снова попытались отделить Юг от Севера. В короткой, но жестокой гражданской войне активное участие приняли арабские «афганцы», жестоко расправлявшиеся с «марксистами». Северян поддержал деньгами бен Ладен, он же посылал им в помощь оружие и иностранных добровольцев. Поэтому «Аль-Каиде» покровительствовали властные структуры.
ДВЕ «АЛЬ-КАИДЫ»
Впрочем, не все было гладко. Иностранные моджахеды рассчитывали занять высокие посты в йеменской армии, но ничего не получили. Они подняли мятеж, требуя как минимум свободы действий в Южном Йемене, но оказались побиты. Это, однако, не избавило страну от присутствия боевиков-чужеземцев. Бен Ладен открыл в провинции Саада несколько лагерей по подготовке моджахедов из разных государств. Йемен остается одним из центров международного исламского терроризма, стратегическим перевалочным пунктом для джихадистов всего мира.
Действует в связке с «Аль-Каидой» и местная «Исламская армия Адена-Абъяна» под руководством «афганца» Зайна аль-Абидана аль-Михдара. Самые известные совместные операции этих двух группировок – подрыв американского эсминца «Коул» в 2000 году и нападение отряда смертников на американское посольство в 2008 году. Периодически исламисты совершают теракты против сотрудников службы государственной безопасности и граждан западных стран.
В ноябре 2002 года власти смогли уничтожить местного лидера «Аль-Каиды» Абу Али Хариси (в прошлом телохранителя бен Ладена) в Марибе. Вожди местных племен расценили эту спецоперацию как покушение на их автономию и оказали вооруженное сопротивление. Позднее был арестован преемник Хариси Мухаммад Хамди аль-Ахдал. Это подорвало активность экстремистов в стране, но было чревато вялотекущей террористической войной против правительства. Тогда власть дала понять, что исламисты могут жить спокойно при условии, что откажутся от террористической деятельности на территории Йемена. На время наступило успокоение, в результате которого Йемен превратился в настоящий заповедник иностранных моджахедов.
Перемирие оказалось нарушено в 2006 году, когда из тюрьмы бежали 23 члена «Аль-Каиды». Многие считают, что им посодействовали сочувствующие из Службы политической безопасности Йемена. В июне 2007 года было объявлено о создании новой организации – «Аль-Каида в Йемене», – основу которой составили как раз беглые исламисты. К ним примкнули молодые ветераны Ирака. Надо отметить, что 17% иностранных боевиков в Ираке составляют йеменцы. Большинство из них не входит в экстремистские группировки и отправляется воевать по собственной инициативе из религиозного чувства. Нередко также добровольно они становятся смертниками.
2 июля 2007 года «Аль-Каида в Йемене» совершила первый теракт – к западу от Саны около древнего языческого храма смертник подорвал себя, убив восемь испанских туристов. Группировка взяла на прицел туристический сектор, дающий значительную часть валютных доходов страны. «Аль-Каида в Йемене» осудила прежнюю негласную договоренность «старых моджахедов» с властью, призвав их к борьбе, и потребовала от государства освободить из тюрем активистов «Аль-Каиды», не препятствовать отправке моджахедов в Ирак и отказаться от сотрудничества с США и их союзниками.
Президент Йемена Салех оказался в сложной обстановке. Он не может обойтись без помощи Вашингтона, но антиамериканские настроения сильны в армии и спецслужбах. Воевать с экстремистами невозможно, потому что у них родственные связи с представителями своих племен на высоких государственных должностях. Ему самому приходится расставлять своих родственников на ключевые должности в силовых структурах, а это вызывает недовольство других кланов...
Новое поколение исламистов в Йемене четко позиционирует себя как борцов за всемирный халифат. И это поколение становится все более влиятельным в исламском мире. Никаких переговоров с властями они не признают. Над рассуждениями о ликвидации бедности и неграмотности как основы экстремизма смеются, поскольку образование признают только исламское, а бедность, с их точки зрения, это всего лишь отсутствие западных излишеств.
ЛЮДИ С КИНЖАЛАМИ
Каждый йеменец – воин. Не зря обязательный атрибут национального костюма – кинжал джамбия. А в каждом доме на почетном месте – автомат Калашникова. В стране с населением в 22 млн. человек, по некоторым оценкам, на руках у этого самого населения до 50 млн. единиц огнестрельного оружия всех типов вплоть до пулеметов. Отчасти – это советское наследие. Вдобавок, от попытки построить социализм в Йемене сохранился также стойкий антиамериканизм и усиление влияния ислама как ответ на борьбу с религией.
Ислам – основа социальной жизни страны вот уже более тысячи лет. Родо-племенные отношения законсервированы религиозной традицией. Это единственное, что хоть как-то объединяет кланы, нередко враждующие друг с другом. Здесь традиционно строят дома в виде каменных башен-крепостей и не торопятся перенимать блага цивилизации. Вместе с тем йеменцы – гастарбайтеры арабского мира, массово выезжающие на заработки на стройки Саудовской Аравии, Кувейта, ОАЭ и других стран. Возвращаясь домой, они снова надевают национальный костюм и погружаются в размеренную средневековую жизнь, приняв из новинок цивилизации лишь автомат.
Йемен – самая бедная из арабских стран. Нефтяные запасы невелики, а население растет чудовищными темпами. Если сорок лет назад здесь жило всего несколько миллионов человек, то сейчас уже более 22 млн. Половина из них не старше 15 лет. В семьях по 6–7 детей. К 2025 году ожидается, что население практически удвоится, достигнув 40 млн. Уже сейчас 40–50% жителей относятся к категории бедняков, половина неграмотна, четверть не имеет работы. В стране дефицит пресной воды и продовольствия. Конфессиональный состав – до 50% составляют зайдиты, жители гор и пустынь, остальные – сунниты. Настоящая «пороховая бочка».
Пытаться установить здесь демократию западного типа – еще более бессмысленная задача, чем в Афганистане или Северо-Западном Пакистане. Племена воюют за землю, воду, пастбища и контроль над дорогами ради взимания дани. Похищают женщин и скот, берут в заложники туристов и легко расправляются с ними, в том числе с женщинами: убийство неверного – не грех.
Фактически гражданская война здесь не прекращалась никогда. Если племена не воюют с правительством, то воюют между собой. Фактически каждый мужчина здесь – готовый опытный воин. Если он еще и служил в армейском спецназе, то вербовщики сразу предлагают ему 100 долл. в день – умопомрачительные деньги в тех краях. Именно столько получали йеменцы в Чечне. Как правило, они там были не на рядовых должностях и сильно повлияли на идеологию местного джихада. Они стали главными проводниками идеи всемирного халифата в плане создания его составляющей – Кавказского халифата. Именно через них шли, а возможно, и сейчас продолжают поступать деньги от спонсоров из монархий Персидского залива.
УБИТЫХ – СОТНИ
Зайдиты долго считались религиозным меньшинством, составляя, по официальной оценке, 15% населения страны. Но реальной статистики в Йемене не существует, а сейчас эксперты говорят, что этот показатель колеблется между 30 и 50%, поскольку относят к зайдитам большую часть крестьян и всех жителей гор. Ничего удивительного, что шииты почувствовали силу и требуют своей доли во власти и бюджете. Воевать с ними в горах и штурмовать дома-крепости – дело сложное. Боевые действия, начавшиеся в 2004 году, закончились февральскими соглашениями 2008 года о прекращении огня, подписанными в столице Катара Дохе. Однако лидер мятежников Абдул Малек аль-Хути отказался сдать стратегические позиции в горах, и вооруженное противостояние продолжилось.
Ситуация обострилась летом нынешнего года. Военный патруль 24 июля попал в засаду в провинции Саада. Были убиты 4 военнослужащих и еще 4 ранены. Йеменские СМИ и власти очень дозируют информацию, поэтому не совсем понятно, почему 11 августа армия совершила массированные атаки на опорные пункты зайдитов. Вроде в ответ на обстрелы и нападения.
В тот же день Высший комитет по безопасности Йемена провел заседание, посвященное обсуждению ситуации в провинции Саада. В опубликованном после этого заявлении говорилось, что администрация провинции Саада уже не в силах сопротивляться натиску «хутистов». Если мятежники не прекратят свою террористическую и подрывную деятельность, йеменские власти нанесут по ним серьезный удар и накажут по закону.
12 августа правительство объявило, что дает мятежникам последний шанс. Если те покинут свои опорные пункты, прекратят подрывную деятельность, снимут блокаду с дорог, которые у них под контролем, возвратят все захваченное оборудование гражданского и военного назначения и освободят похищенных местных жителей, власти безоговорочно освободят всех заключенных мятежников. 26 августа Высший комитет по безопасности Йемена объявил, что разрывает соглашения, заключенные в Дохе, поскольку мятежники не ответили на предъявленные им условия прекращения огня. На них же возложили всю ответственность за поджоги и насилие в провинции Саада. 5 сентября правительство снова предложило перемирие, но сентябрь оказался месяцем самых кровавых боев. По официальным сводкам, в боях погибало по 19, 37, 64, а то и 150 мятежников в день. Поскольку в регионе нет представителей СМИ, а зайдиты не присутствуют в медиапространстве, реально ситуацию оценить невозможно. Известно лишь, что правительственные войска применяют танки, артиллерию и авиацию.
Власти страны обвиняют Иран в поддержке шиитских мятежников. Тегеран же призывает к мирному решению конфликта. Официальная Сана демонстрирует приверженность антииранской политике США и подменяет гражданской войной борьбу с исламским терроризмом. Вряд ли армии удастся войти в горы и нанести поражение воинственным горцам. Скорее всего, дело закончится новым соглашением о перемирии. Но власть президента Салеха за это время укрепится. И армии, занятой делом, не до антиправительственного мятежа. Суннитская «Аль-Каида» оказывается в двусмысленном положении: воевать с правительством – помогать шиитам.
Между тем в нынешнем году убийства полицейских и солдат происходили в провинции Абъян в Южном Йемене. В северной провинции Сана в июне была взята в заложники группа иностранцев, три женщины убиты. В июле в западной провинции Ходеда вспыхнул конфликт между племенами – убиты 11 человек. Таких столкновений в год происходит десятки, а убитые исчисляются сотнями. На этом фоне война с зайдитами не выглядит чем-то из ряда вон выходящим. Йемен уже превратился в страну вечной войны. Плохо, что она выплескивается за границы страны. И взять под контроль эту «бочку с порохом» не могут ни США, ни ООН, ни собственное правительство.