Александр Рябушев Во времена «золотой» или «алмазной» лихорадок на Диком Западе или в буше Южной Африки на пустом месте возникали поселки старателей. Как правила, их судьба была короткой, как вспышка: после исчерпания прииска буйные обитатели снимались с места, оставляя за спиной города-призраки. В новейшей истории Калининградской области схожую историю пережили военные городки местного гарнизона. Из 120 неплохо, по советским меркам, обустроенных поселений, 84 были разобраны буквально по кирпичам после расформирования частей. Пока Минобороны десятилетиями пыталось выручить от своей недвижимости хоть что-нибудь, самой недвижимости простыл и след. Местные умельцы умудрялись использовать для обустройства дач даже плиты с взлетно-посадочных полос оставленных без присмотра аэродромов.
Некоторым военным городкам в Калининградской области повезло. Так, на месте учебки в Пионерском возведена государственная резиденция. В других случаях процесс разбазаривания удалось приостановить. В поселке Донское под Светлогорском после выступления «НГ» (см. номер от 31.08.12) было отменено решение о ликвидации гарнизона, являющегося по сути «градообразующим» объектом. Но период безвременья нанес жестокий удар по социальной инфраструктуре этого поселения. Как рассказал подполковник запаса Евгений Чураков, до основания были уничтожены гостиница, баня, детский садик. Жители Донского – военные и пенсионеры Минобороны – неоднократно обращались к властям всех уровней с просьбой о помощи. Но глава администрации Светлогорского округа Александр Ковальский, также бывший военный, на их призыв не откликнулся. Врио губернатора Антон Алиханов обещал рассмотреть ситуацию в поселке. Глава администрации Донского Алексей Щепкин в беседе с «НГ» признал, что здесь нет ресурсов для решения сложных социальных проблем. Вот и приходится вертолетчикам, выполняющим боевые задания в Сирии, волноваться за свой «тыл» – семьи, проживающие в гарнизоне с ампутированной социальной инфраструктурой.
Непростая экономическая ситуация в приморской зоне региона, где работу можно найти только в короткий курортный сезон, а возможности каждый день уезжать в областной центр на заработки за 40-50 км есть не у всех, немало способствовала расцвету «янтарной лихорадки». Сокращенные офицеры с середины 90-х годов активно вливались в бригады старателей, занятых нелегальной добычей балтийских самоцветов. Для некоторых из них самодельные карьеры и «копанки» стали могилой. В одной из них погиб старший лейтенант Валерий Алексеев. Но ни такие случаи, ни постоянные рейды полиции не могут остановить ловцов янтаря. Ведь удачный день позволяет им заработать до 50 тыс. руб. Вот и выходят бывшие капитаны и прапорщики в гидрокостюмах в шторм в полосу прибоя, вылавливая огромными сачками самородки, а их коллеги опускаются в карьеры почти промышленного размера, где янтароносный слой дробят бульдозеры и экскаваторы. Старатели превращают брошенные и частично функционирующие военные городки на калининградском побережье в своего рода эпицентры янтарной лихорадки. И сегодня нет никаких гарантий того, что эти населенные пункты не повторят судьбы своих предшественников, поднявшихся на волне других «лихорадок» и ставших призраками после их завершения.
Калининград
