Андрей Турков История недавно вышедшей биографии Валерия Брюсова долга и драматична.
Ее первый вариант, пространно озаглавленный – «Валерий Брюсов в автобиографических записках, письмах, воспоминаниях современников и отзывах критики», вышел в свет в 1929 году. И Владислав Ходасевич, критически относившийся к ее автору – Николаю Ашукину, когда тот выступал как поэт, на эту книгу отозвался из своего эмигрантского «далека» весьма сочувственно.
«По форме это монтаж, – писал он в своей рецензии, – новый жанр, довольно прочно привившийся в советской литературе и имеющий свои достоинства... Книга любопытна; она не только ознакомит с Брюсовым рядового читателя, но даже и специалисту, многое лишь напомнив, сообщит кое-что вовсе новое».
И это при том, что, как отмечает рецензент, автору «пришлось работать не в легких условиях», подвергаясь определенным «давлениям». Достаточно вспомнить, что многие из близких Брюсову людей в ту пору числились в «контрреволюционерах», «белоэмигрантах» и т.д. и т.п.
Всевозможные «давления» не ослабевали и в последующие десятилетия. Какое уж там новое, расширенное издание, о котором мечтал и которое исподволь готовил Николай Сергеевич!
Счастье, что среди его молодых друзей оказался замечательный журналист Рэм Леонидович Щербаков. Ученый, талантливо работавший в области научно-популярной литературы, он был также увлеченным исследователем поэзии Серебряного века и в особенности Брюсова.
Ашукин и Щербаков стали работать вместе, а после кончины Николая Сергеевича (в 1972 году) Рэм Леонидович продолжил и поистине героически завершил завещанное ему старшим собратом дело, несмотря на то что тяжелейшие болезни надолго выводили его из строя.
Книга «Брюсов» вышла уже после смерти Щербакова, случившейся в самом конце 2003 года.
И, признаюсь, горько было читать в недавно появившемся в «НГ-EL» (21 сентября 2006 года) отзыве Андрея Мартынова характеристику этого многолетнего кропотливого труда как простой «нарезки» из автобиографических свидетельств и мемуаров современников (словцо скорее из магазинного прейскуранта: «нарезка из красной рыбы» и т. п.!).
Дальше – пуще. Конечно, Брюсова можно любить и не любить как поэта и человека, но жизнь его, исполненная труда, литературной борьбы, жаркой полемики, просто неузнаваема в скучливом рецензентском пересказе, «увенчанном» словами, что «некоторые факты биографии Брюсова и вправду (?!) могли бы стать материалом уголовной хроники».
В доказательство Мартынов ссылается на историю с покушением на Брюсова влюбленной в него поэтессы Нины Петровской, которую в своем разудалом стиле именует «незадачливой киллершей» (то есть наемной убийцей, что ли?!).
Заключает же автор словами, что Брюсова надо было бы «отдубасить» (нельзя так с женщинами обращаться).
Воля ваша, но когда такой небрежно-размашистой «нарезке» подвергают серьезную книгу, плод большого, самоотверженного труда, да и многосложную судьбу самого ее героя, – это стыдно.
