Суровый гений

Не так давно режиссер Глеб Панфилов, разочарованно отзываясь о сериале «Оттепель», сказал нечто самое, как мне кажется, важное о себе: «Терпеть не могу милоты!» Да, именно так: сам он, без сомнения, суровый гений. Нежный, добрый, любующийся красотой, понимающий в ней толк, но и тяготеющий при этом как художник к самым острым проявлениям жизни, к ее трагическим напряжениям, уродствам даже. Кинематограф Панфилова – это всегда исследование болевой точки: социальной, политической, психологической, эстетической. И всегда – очищение через шок суровой, то есть неотбеленной правды.

Я знакома с Панфиловым всю сознательную жизнь: с его первого фильма «В огне брода нет», который увидела в студенчестве. Таня Теткина – это я (так мне, нащупывающей свой путь в отрицании догматов, казалось), а потом стала Пашей Строгановой в «Начале» (когда я, вчерашняя девочка из рабочего поселка, делала первые шаги в «Комсомолке»), а после Елизаветой Уваровой из «Прошу слова» (став завотделом, усваивала первые уклады советской власти).

Как раз в это время познакомились с Глебом лично, но вот парадокс – тогда-то и стала отставать от него. Меня карьерная жизнь увела в идеологию, а значит, в упрощение, в черно-белое, Панфилов же нарастал философски, полифонично, многоцветно, уходил в притчу, в неоднозначность, существенность. В «Теме» я уже не была чистой Сашенькой, а уж скорее, не понимая этого, циничным исписавшимся Кимом Есениным; великую «Вассу» смотрела в аудитории партийной Академии, сочувствуя «классовой противнице», неописуемо прекрасной в облике Инны Чуриковой, но не отождествляя, конечно, себя с ней. И надо было пройти огни перестройки, развал державы, автоматы ельцинского конвоя, надо было состариться и вернуться к человеческим истокам, чтобы найти в Глебе Панфилове вновь своего пророка. Вместе с ним мы дожили до нового начала.

И знаете, как называется теперь его главный фильм (в виде театрального спектакля в «Ленкоме»)? «Ложь во спасение».

Теперь он видит нашу жизнь так: старушка, замкнувшаяся в своем уютном гнездышке, для которой время остановилось в прекрасном прошлом (и это опять я), ее муж, спасающий ее прекрасной ложью о всеобщем благополучии, «благотворители», усердно стряпающие утешительную ложь за денежки (бизнес!). Похоже. И я с ним согласна.

Поздравляю Глеба Анатольевича с юбилеем.