Ирина Виноградова Минувшим летом в миланском театре «Ла Скала» (http://www.teatroallascala.org/) отменили несколько представлений «Богемы» в постановке Дзеффирелли. Причина ≈ забастовка ряда служб. Все билеты были проданы, спекулянты объявили ситуацию форс-мажором.
Первая реакция: как же так, ведь это во Франции бастуют┘ Вспомнили рассказы российских театральных деятелей и музыкантов о жестком режиме репетиций, когда вроде бы не главные технические работники диктуют условия. Совсем недавно о проблеме «их» профсоюзов говорил в интервью «НГ» Александр Ведерников (www.ng.ru/culture/2008-09-02/12_vedernikov.html).
Что это ≈ особенности капиталистического хозяйства или защита прав человека, не позволяющая работать на износ? В России бурное обсуждение опасностей возможной театральной реформы оказалось интересным только участникам процесса: потенциальным зрителям, по крайней мере в Москве, пока непонятно, что они могут потерять. Низких цен на билеты давно нет (в Европе ≈ дешевле в разы), звезды на сцене ≈ есть, риск попасть на несмешной спектакль ≈ все меньше. Руководители успешных государственных театров с гордостью сообщают о достигнутых экономических результатах. Это уже капитализм или еще нет?
Одной из обсуждаемых новостей, перепечатанной во многих сетевых и печатных изданиях, стало известие о том, что «сразу пять известных лондонских театров неожиданно прекратили в минувшем августе свою работу в результате резкого снижения числа зрителей». Как возможную причину называют ухудшение экономического положения Великобритании. При этом осталось 7 театров, где идут игровые классические спектакли, и 24, где идут мюзиклы. В Москве в июле–августе традиционно не работает 90% стационарных театров, и это не удивляет. В это время с повышенной нагрузкой работают частные антрепризы, научившиеся использовать благоприятные обстоятельства.
Текущая экономическая ситуация в России способствует расширению и насыщению культурного пространства. На концертах благодарности спонсорам занимают по несколько минут. Как и агрессивная реклама, это уже воспринимается почти спокойно. Обратима ли ситуация, сложились ли новые капиталистические культурные тенденции, покажет время.
