Мы к тебе со всей душой

Сколько раз просил не ходить при мне голой! Уильям Этти. Кандавл, царь Лидии, украдкой показывает свою жену Гигу, одному из своих слуг, когда она ложится в кровать. 1830. Галерея Тейт, Лондон

***

Звонит рыдающий Карло:

– Алекс! Я только что поругался с Ирочкой. Поговори с ней. Ты ей вроде нравишься. Она к твоему мнению прислушается. Ира говорит, что я слишком много времени провожу в ванной. А квартиру убрать мне надо, покушать приготовить мне надо, массаж шеи ей сделать надо. И когда же делать себя красивым? Гомосексуалисту для этого нужно в два раза больше времени! Сколько мне надо масок для лица! Уже никаких сил нет! Уйду я от нее! Уйду!

Через десять минут звонит Ира. Тоже плачет:

– Я так тяжело работаю. Руковожу отделом. Сейчас днем и ночью на удаленке. А он в ванной сидит часами. Прихорашивается! Кричит, что нам надо квартиру побольше – с двумя ваннами и туалетами.

Я положил трубку. Во что я влезаю? Мало мне моих родственников?

***

Звонок от Иры:

– Я этого Карло выгоню к чертовой матери. Я уже не могу на свою собственную кухню зайти. Включил свою психоделическую музыку, вошел в какой-то транс и готовит пританцовывая. Говорит, что кухня – это его храм и чтобы ноги моей там не было.

Потом звонит Карло и рыдает:

– Уйду я от нее! Она не понимает, что для того, чтобы готовить, у меня должно быть определенное настроение. Я создаю его себе сам. Свечи, музыка – у меня целый ритуал. Ирочка заходит и поднимает крышки кастрюлей и сковородок, нюхает. Весь настрой убивает. Я тебе сейчас пришлю меню на субботу. Подчеркнешь, какие ты хочешь соусы и прожарку. Уверяю, ты никогда такого не ел!

Тут я не выдержал и сам позвонил Ире:

– Ты можешь не трогать человека? Довела бедного итальянца до слез! Для него готовить – это религия! Если он от тебя уйдет, я к тебе не приду и вообще заберу Карло себе!

***

Целуюсь с Ирочкой после королевского ужина. Доходим до совместного снятия одежды. Уже голые. И тут мне приходит сообщение на Фейсбук. Все, что я успеваю прочесть в бегущей строке на экране, – слова «редактор, книга, издательство». Блин! Если бы там было написано, что на наш дом сейчас упадет ядерная бомба, я бы не обратил внимания. Но это!!! Это, наверное, в одном из престижных московских издательств, куда я забросил рукопись, заинтересовались. Продолжаю целоваться с Ирочкой, но мысли уже где-то там – за тысячи километров, в России. Не могу сосредоточиться на поцелуе. В конце концов, не выдерживаю, культурно отодвигаюсь от девушки и говорю, что срочно надо проверить сообщение. Это очень важно. Ирочка рыдает и убегает с вещами из спальни. Сообщение оказалось от знакомого молекулярного физика Клеймана. Он написал большой роман о несчастной однополой любви молекулярного физика и такого же, то есть молекулярного, химика, нанял редактора, который почистил рукопись, и теперь хочет, чтобы я помог ему найти издателя. Тут в спальню ворвался разъяренный Карло:

– Алекс! Как ты мог так обидеть Ирочку? Мы к тебе со всей душой. Уже вызвали машину. Езжай домой! Мы тебя больше не хотим!

***

Я приехал к Ире в субботу вечером. Карло сделал для нас настоящий итальянский ужин. Но я даже не успел все блюда распробовать, потому что Ира утянула меня в спальню. У меня никогда не было такого хорошего секса. Утром был волшебный завтрак, в девять нас подобрали мои друзья, и мы устремились в поход на Лонг-Айленд. Мы прошли за день километров десять по лесам, вдоль залива и небольшим горам. Друзья шептали, какая у меня замечательная и красивая герлфренд. К вечеру я и Ира не чувствовали ног и падали от усталости. Поход нас так сблизил, что я решил остаться еще на одну ночь. Друзья завезли нас назад домой. Как только мы с Ирой перешагнули порог квартиры, она сбросила всю одежду и осталась в чем мать родила прямо передо мной и Карло. Хоть он и гей, но все-таки анатомически по-прежнему мужчина. Я возмутился:

– Ира! Что ты делаешь? Немедленно оденься! Как ты можешь при мне ходить голой перед другим мужчиной?

Ира развернулась и дала мне пощечину наотмашь:

– Это моя квартира! Никогда не говори мне, что я могу делать у себя дома, а что нет!

Я развернулся, вышел на улицу и вызвал такси. Когда через 15 минут подъехала машина, выскочил Карло со своим чемоданом. Его начало тошнить и вырвало на газон. Он поднял голову:

– Я сколько раз ее просил не ходить при мне голой! Меня всего переворачивает! Можно я к тебе в машину? Высадите меня в Нью-Йорке.

Нью-Йорк