Дмитрий Журавлев Вернувшийся недавно из Брюсселя глава МИД Казахстана Ержан Казыханов неожиданно получил от своих европейских коллег весьма лестные оценки прошлогоднего председательства Казахстана в ОБСЕ. Неожиданно, потому что они были даны спустя уже полгода после окончания председательства, завершившегося принятием Астанинской декларации саммита ОБСЕ в столице Казахстана.
Любая декларация – весьма условный бюрократический документ, заявление о намерениях, не более того. Астанинская декларация – по сути, «спасательный круг» для Организации, в течение последних 11 лет до Астаны не сумевшей собрать ни одного саммита и принять ни одного документа по результатам министерских встреч.
Тем, что Астана за последние годы превратилась в серьезного международного посредника, а к президенту Назарбаеву по первому зову готовы съехаться главы ключевых стран и международных организаций, уже никого не удивишь. А вот то, что Казахстану удалось сдвинуть с мертвой точки ставший непосильным даже для грандов мировой дипломатии процесс урегулирования «замороженных конфликтов», заставило чиновников ОБСЕ поверить в то, что еще есть шансы возродить ее «отмороженные» дипломатические механизмы.
Урегулирование приднестровского конфликта было объявлено Астаной одним из приоритетов ее председательства. И, к удивлению многих, после того как представители Казахстана провели ряд встреч в Кишиневе и Тирасполе, дело пошло, причем в прямом смысле этого слова. По крайней мере для приднестровских грузов открылась граница с Украиной, и пошли поезда, чего не было с 2006 года. Успешные действия по урегулированию приднестровского конфликта и недопущению гражданской войны в Киргизии – уже в активе Казахстана, а значит, и ОБСЕ. Теперь в Европе ждут новых казахстанских инициатив, возвращающих смысл самому понятию международного сотрудничества.
«Я всегда поражаюсь захватывающим дух казахстанским инициативам, с которыми республика выходит на международную арену», – сказала верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности, вице-президент Еврокомиссии Кэтрин Эштон. На самом деле удивляться нечему. Расположенный на двух континентах и претендующий на статус региональной сверхдержавы Казахстан выбрал для себя единственно верную стратегию многовекторности: быть беспристрастным модератором, «мостом», связывающим Восток и Запад. Как выразился декан факультета стран Центральной Азии и Ближнего Востока Кембриджского университета профессор Джеффри Хан, уникальный посреднический потенциал Казахстана обусловлен прежде всего его международным авторитетом, экономической мощью и богатыми историческими и культурными традициями.
Пока получается неплохо. Сегодня Казахстан – единственная страна, которую желали бы видеть в качестве модератора как в Европе, так и в мусульманском мире. В 2011 году республика председательствует в Организации исламского сотрудничества (ОИС) – крупнейшей после ООН международной структуре. Генсек ОИС Экмеледдин Ихсаноглу выразил надежду, что Казахстан сумеет наладить диалог между ОИС и ОБСЕ – жизненно важный в условиях непростых реалий современности.
Немецкий эксперт по Центральной Азии, руководитель неправительственной организации Eurasian Transition Group Михаэль Лаубш пошел еще дальше, обозначив области, где Казахстан с максимальным эффектом может выступить посредником. Это отношения между Евросоюзом и США, с одной стороны, и Россией, с другой, а также урегулирование не менее сложных, чем в Приднестровье, конфликтов на постсоветском пространстве – Нагорный Карабах, Грузия. К тому же, по мнению Лаубша, имеет смысл использовать казахстанское посредничество в Афганистане, где пересекаются интересы ОБСЕ и НАТО.
Остается добавить, что Астана могла бы выступить медиатором и в других сложных ситуациях – например, в Косово: опыт межконфессиональной толерантности и межнационального согласия в Казахстане, население которого примерно поровну делится на мусульман и христиан, просто бесценен на Балканах, где проблемы часто носят характер непримиримых религиозных и национальных конфликтов. Даже в том, что касается «нерешаемой» ядерной проблемы Ирана и Северной Кореи, авторитет Казахстана также может сыграть решающую роль. В свое время Казахстан добровольно отказался от четвертого по величине в мире ядерного арсенала, после чего президент Назарбаев предложил разместить на территории страны под эгидой МАГАТЭ Международный банк ядерного топлива. Ничего подобного не делала еще ни одна страна в мире.
