Рэгтайм про океан

Не прошло и двух недель с премьеры Театрального товарищества 812 с Олегом Меньшиковым в главной и единственной роли по пьесе Алессандро Барикко «1900», как по той же пьесе выпустил спектакль Театр музыки и поэзии п/р Елены Камбуровой. В роли Новеченто – актер «Сатирикона» Тимофей Трибунцев, режиссер – Александр Марченко.

1900 (по-итальянски – Новеченто) – имя собственное. Он – подкидыш, найденный в салоне первого класса трансатлантического лайнера. Неизвестно как научившись играть на рояле, 1900 превзошел в этом умении сухопутных виртуозов и стал легендой. Стал легендой еще и потому, что за свою жизнь 1900 ни разу не сошел на сушу с корабля и погиб вместе со своим плавучим домом.

Выбор этой пьесы двумя театрами одновременно – совпадение странное. С одной стороны, рассказ «1900» мог бы показаться иллюстрацией к философским размышлениям о возможности идеалистического существования в современном мире. Но подобные размышления были актуальны лет сто назад. С другой стороны, океан – красивая метафора искусства, творчества, а трагическая судьба 1900, служащего только искусству и не мыслящего себя без него, могла бы быть знаковой. Но метафора уж больно красивая и уж слишком прямолинейная. В результате история кажется в лучшем случае романтическим ретро, в худшем – несколько высокопарной сказкой для взрослых.

Однако сразу две постановки. И сравнений не избежать.

По сравнению с Меньшиковым, играющим на одной из самых больших московских сцен Театра им. Моссовета, у Трибунцева более скромная задача – камерный зал Театра музыки и поэзии. Более скромные и декорации (сценография и костюмы – Нины Климовской). Нет ни корабля, ни рояля. Впрочем, сама сцена – корабль-рояль, а трап на сушу – клавиши. Главный герой, который мог бы спуститься по этому трапу на землю и зажить «как все», предпочитает океан.

Как ни странно, но в спектакле о непревзойденном музыканте в Театре музыки и поэзии музыка вторична. Основная тема – вальс, исполненный на трубе. Временами звучат джаз, маленькие отрывки из классики. Ничего неожиданного и выдающегося. Создается впечатление, что музыканты, которые могли бы узнавать в спектакле «цеховые радости», в качестве зрителей не предусмотрены. Столь амбициозной задачи театр, похоже, не ставил. А жаль. Конечно, нарочитая простота мелодий может быть и сценическим воплощением идеи музыки, которая звучит лишь в голове Новеченто. Однако отсутствие музыки – того, чем, собственно, живет главный герой, убивает масштаб переживаний. В результате Трибунцев вынужден играть своего героя буднично. 1900 Трибунцева – не харизматическая личность (в отличие от 1900-го Меньшикова), а его переживания – лишь небольшие радости и неприятности маленького чудаковатого человека, который случайно оказался гением. Ну, разнесли, катаясь в бурю на пианино, полсалона первого класса – весело, ну сейчас он взлетит на воздух вместе с взорванным кораблем – грустно.

Тем не менее спектакль стоит смотреть как раз из-за тонкого, точного в нюансах Тимофея Трибунцева. Он находит и обыгрывает любую живую интонацию в надуманной истории своего героя. Его тема – остросинкопированная, нервная – странно расходится с прямолинейными приемами режиссуры. Возможно, разрыв и был призван как раз высветить контраст между незаурядным музыкантом и будничностью мира. Кажется, режиссерски спектакль просто недодуман. Настолько, что временами драматическая роль подменяется художественным чтением.