Василий Котов Пекин и Ашхабад делают очередной шаг в построении газовой оси, резко ограничивающей возможности России влиять на энергетическую политику Большой Средней Азии. Сегодняшнее торжественное введение в строй газопровода длиной в 2 тыс. километров может знаменовать наступление тяжелых времен для российского «Газпрома», ранее использовавшего все влияние для поддержки стратегии давления на среднеазиатские республики бывшего СССР. Раньше российское руководство более или менее четко рекомендовало Узбекистану, Казахстану и Туркмении достаточно жесткие правила игры на газовом рынке. Тем самым мировому рынку и близкому Китаю передавался ясный сигнал – Москва уверена в своем праве активно влиять на развитие частей бывшей советской газовой индустрии и видит в этом, кстати, своего рода страховку от коварных планов Европы по диверсификации газовых поставок из России.
Можно, конечно, поспорить, много или мало для объединенной газовой системы Средней Азии и Китая будет прокачка 25–30 млрд. куб. м газа в год, которая должна быть достигнута после выхода трубопровода на проектную мощность, но очевидно, что сам запуск очередного участка колоссальной газотранспортной системы «Запад–Восток» является серьезным поражением российской стратегии использования углеводородного оружия в качестве большой дубинки, успешно заменяющей и дипломатию авианосцев, и традиционный атлантический набор кнутов с пряниками.
Вероятно, президенту Дмитрию Медведеву придется нелегко на церемонии открытия нового трубопровода. Его среднеазиатские и китайский коллеги в очередной раз доказали действенность восточной практики торговли, в которой интересы доселе уважаемой третьей стороны в одночасье становятся эфемерными, стоит этой самой стороне совершить единственную ошибку. И позволить «добрым партнерам» прищемить себе что-либо под столом┘ Высокомерно-пренебрежительное отношение газпромовских специалистов по стратегическому развитию, положивших некогда под сукно проекты с Китаем, сегодня отольется крупной неудачей нашей самой влиятельной экономической структуры на азиатско-дальневосточных рынках.
Становится уже своего рода дурной традицией, что после торжественных визитов, подписаний двусторонних деклараций и громких заявлений политических лидеров наступает время менеджеров российских компаний. И вот здесь «особое мнение» какого-либо экономического чиновника или бизнес-администратора, а иногда и простая российская лень с неразберихой блистательно уничтожают целые шоссе, выложенные из добрых намерений. По новой трубе только в следующем году промышленность КНР получит не менее 5 млрд. куб. м сырья. У России подобный, так называемый алтайский, проект тоже существовал. Но она сама позволила учинить над собой очередную диверсификацию.
Дарья Гармоненко