Фото Pixabay
Киносети и организаторы фестивалей уже написали открытое письмо Владимиру Путину с просьбой обратить внимание на эту с виду благую, а на деле губительную инициативу. Президенту еще предстоит подписать или отклонить поправки.
Это касается прокатных удостоверений (ПУ) – ключевого документа, определяющего сегодня судьбу картины на отечественных экранах – и на первый взгляд действительно звучит оптимистически. На фестивалях, проводимых на территории РФ, теперь можно будет показывать все фильмы без прокатных удостоверений, как иностранные, так и российские, которым до этого момента требовалось получать ПУ. Только вот само понятие «фестиваль» отныне будет строго регламентировано – и определять, какой смотр кино им является, а какой нет, предстоит Минкульту.
Некоторые критерии уже известны. Так, например, обязательным будет считаться наличие конкурсной программы и жюри, что при новых правилах автоматически лишает фестивального статуса многочисленные проходящие в России показы национального – американского, британского, корейского, итальянского, французского, израильского и т.д. – кино, а также музыкальные и прочие тематические смотры. Им придется или менять регламент проведения, или приостанавливать свою деятельность, или получать прокатные удостоверения на каждый фильм программы – на практике эта бюрократическая процедура будет занимать столько времени, что будет равнозначна отмене мероприятия, так как участие той или иной картины зачастую подтверждается за несколько дней до показа, а копию могут предоставить и вовсе накануне. Одним из решений может стать, к примеру, введение онлайн-голосования и своего рода виртуального жюри – это законом не запрещено, однако все равно не гарантирует присвоение смотру статуса фестиваля.
Ведь это не все правила – так, фестиваль теперь должен длиться не более 10 дней, а показать один фильм можно не более двух раз. Этот критерий, в отличие от предыдущего, может навредить даже фестивалям с жюри и конкурсом. На Московском кинофестивале (ММКФ) многие картины показывают более двух раз, в первую очередь из-за большого зрительского спроса – для публики эти показы нередко становятся единственным шансом увидеть каннские, венецианские, берлинские хиты на большом экране. До широкого отечественного проката, как известно, доходят не все. ММКФ, конечно, сумеет подстроиться и перекроить свой регламент с учетом изменений в законе, а как быть тем смотрам, которые идут сразу в нескольких городах, а значит, показывают кино больше 10 дней и двух раз? Пострадает в итоге, как всегда, зритель, чье мнение в очередной раз осталось неучтенным и которого вновь лишили возможности решать, что ему смотреть. И как тут не заговорить о цензуре?
Есть в новых поправках и совсем абсурдные пункты, например, о «некоммерческих показах перешедших в общественное достояние фильмов, созданных на территории, относившейся к Российской империи или СССР, в пределах Государственной границы Российской Федерации». Это касается ретроспектив и даже образовательных показов – зарубежная классика кинематографа оказывается «вне закона» без того же прокатного удостоверения, ведь для его получения, помимо всевозможных лицензионных документов на сам фильм и использованную в нем музыку, нужно предоставить, к примеру, монтажные листы (полное и точное покадровое описание картины), что едва ли возможно в случае со старыми иностранными фильмами. Так что же, устраивать конкурс и организовывать жюри для публичных показов фильмов Бергмана или братьев Люмьер?
Впрочем, даже озвученные выше правила не отвечают до конца на вопрос о том, что же такое фестиваль по мнению Минкульта, который каждый год будет составлять новый список смотров, получивших это «звание». Есть все основания полагать, что в группе риска окажутся все независимые (стоит вспомнить многолетнюю борьбу с «Артдокфестом») мероприятия, даже те, которые сумеют подогнать регламент под установленные правила. И пока Каннский фестиваль ведет возмутившую в том числе и российскую общественность борьбу с онлайн-площадками вроде Netflix, российским кинофестивалям, возможно, в скором времени не останется другого выхода, как уйти в единственное более или менее свободное интернет-пространство, оставив большие экраны для кино, разрешенного на государственном уровне.
Ольга Соловьева 
комментарии(0)