Председатель комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Андрей Клишас заявил, что предложенный парламентом Чечни законопроект, запрещающий СМИ называть национальность преступников, «требует серьезного общественного обсуждения». Сам сенатор предложенный подход поддерживает. У преступника, по его словам, «нет ни национальности, ни религии».
Авторы законопроекта объяснили, чего они опасаются. По их мнению, называя национальность преступников, СМИ могут сформировать негативное отношение к определенной этнической группе. «Каждое необдуманно и неосторожно сказанное слово может стать детонатором социального взрыва, – считают чеченские парламентарии, – привести к разжиганию межнациональной и межконфессиональной вражды». Ожидаемо поддержал законопроект глава Чечни Рамзан Кадыров. Обращаясь к критикам этой инициативы, он заявил: «Хотите абсолютнейшую свободу слова? Вперед! С завтрашнего дня называйте всех – русский, башкир, казак, татарин, еврей, удмурт, бурят, якут… Всех без исключения! Заодно узнаем, кто больше всех преступает закон».
Критика законопроекта звучит из Совета по правам человека при президенте РФ. Глава Союза журналистов Москвы Павел Гусев, в частности, назвал предложенную поправку к закону о СМИ избыточной. Он считает, что подчас журналист просто не имеет права не затрагивать тему национальности, особенно когда речь идет об этнической, территориальной и военной преступности. По словам журналиста и правозащитницы Евы Меркачевой, у каждого человека есть пол, возраст, образование, он где-то родился. Сообщая эту информацию, СМИ дают понять, почему могло быть совершено то или иное преступление, способствуют «раздумьям и профилактике».
Безусловно, реакция на информацию может быть разной. Если человек прочитает в интернете, что «люди Х» (здесь можно назвать любой этнос) избили кого-то в метро, в нем может проснуться дремлющий, латентный национализм. Ксенофобские группы нередко собирают такие сообщения, выстраивают на их основании свой радикальный нарратив. Но такой ум устроен настолько причудливым образом, что из самых общих материалов готов вылавливать и тенденциозно истолковывать нужную информацию – об агрессии приезжих, «заговорах» с целью погубить русский народ и т.д.
Не хотелось бы лишний раз будоражить таких людей? Конечно. Но это не повод ограничивать всех граждан в конституционном праве, а именно – в доступе к информации. Если преступление совершает этническая группа, если это происходит регулярно, а журналист пишет о неких людях без характеристик, то получается, что он обманывает читателя, нарушает принципы своей профессии, проявляет интеллектуальное и моральное недоверие к тому обществу, в котором живет.
Когда в США или Европе происходят волнения на межнациональной или межрасовой почве, мы часто слышим от наших властей, что в России царят мир, гармония, дружба народов. Однако если следовать логике авторов законопроекта о запрете называть национальность преступников, то выходит, что эти мир и гармония очень хрупкие. Их нужно поддерживать, замалчивая правду. Интересно, какой может быть реакция общества на подобные умолчания? Оно само по себе достаточно информировано, чувствует, когда ему что-то не договаривают, и все равно получит нужные сведения, причем в самой радикальной форме.
Слова о том, что у преступников нет национальности и религии, красивые. Но они уводят в сторону от сути. Заставляют думать, что преступления совершают некие люди без биографии, без свойств. Те самые «люди Х», почти инопланетяне. Преступника просто нужно удалить от общества, не рассказывая подробно ни о том, кто он, ни о том, что он сделал. Это опасная иллюзия. Она не помогает ни исследовать природу преступности, ни бороться с ней.
Александр Тараканов 
комментарии(0)