0
14555
Газета Факты и комментарии Интернет-версия

02.12.2015 00:01:00

Крестный отец Абхазской церкви

Тэги: абхазия, церковь, православие, аплиа, независимость, грузия, раскол, новоафонский монастырь


абхазия, церковь, православие, аплиа, независимость, грузия, раскол, ново-афонский монастырь Благовещенский собор – кафедральный для той части Абхазской церкви, которой управляет Виссарион Аплиа. Фото Марчина Консека

В Абхазии епископа нет уже более 20 лет. Нынешний председатель Церковного cовета Абхазской православной церкви священник Виссарион Аплиа не может им стать – он не монах. Да и рукополагать некому. Де-юре это Пицундская и Сухумо-Абхазская епархия под юрисдикцией Грузинского патриархата, а де-факто верующие Абхазии окормляются Русской православной церковью. Журналист Александр ЛУЧАНИНОВ попросил Виссариона АПЛИА помочь разобраться в церковной жизни республики.


– Отец Виссарион, какое вероисповедание у абхазов: христиане, иудеи, магометане, язычники?

– Православные христиане. Абхазский народ назывался христолюбивыми абазгами.

– А когда Евангелие переведено на абхазский?

– Давным-давно, но восстановлено сравнительно недавно. После 300 лет господства Порты именно Россия совершает подвиг – приносит слово Божье абхазам на их языке. Евангелие переведено в 1807 году. Последняя редакция – в 1912 году. Сейчас в Абхазии около 300 храмов, из них почти 40 действующих. Остальные разрушены. В некоторых алтари сохранились. Все, что связано с восстановлением, – это опять Россия. Батюшка-царь издал указ о восстановлении православия на Кавказе, и появился Новоафонский монастырь, абхазское училище. Вся абхазская интеллигенция начиная с XIX века – оттуда, все священники абхазские оканчивали это училище. Советская власть старалась уничтожить христианскую веру. Почти все храмы были закрыты. Кафедральный собор Александра Невского в Сухуме взорван. Нынешний кафедральный Благовещенский собор был греческим, его построила греческая община на свои деньги в начале XX века, но даже его закрыли. Единственный действующий храм – Лыхненский. Он был и при османах, и при большевиках. В этом храме в течение 40 лет настоятелем был протоиерей Петр Самсонов. Он совершил воистину равноапостольский подвиг – сохранил Абхазскую православную церковь. В советские времена грузины запрещали нам говорить на абхазском языке. И когда я школьником начал ходить в храм, отец Петр благословил меня учить абхазскую грамоту по священным книгам на абхазском языке. А я не мог читать, потому что там был другой алфавит. И я, естественно, с букваря начал. Люди удивлялись. Я числился в разбойниках – и вдруг интересуюсь церковными делами.

– Так вы Кудияр из знаменитой легенды о раскаявшемся разбойнике?

– Я бы так не сказал. Я, слава Богу, никого не убил. Жил вольно. Не подчинялся никому. Мне не нравилась сама система. В почете был тот, кто предавал своего друга-одноклассника. Вот это мне и не нравилось. Я с этим как мог, так и боролся. Начал ходить в храм. Мне там было хорошо. И, слава Богу, на моем пути оказался отец Петр. Первый раз я зашел в Лыхненский храм в первом классе. Я там упал в обморок от великолепия.

– А как вы стали священником?

– Так получилось, что Грузинский патриарх Илия II приехал в Абхазию. Отношение грузин к абхазам было не очень хорошее. Батюшка Петр раньше ходил к патриарху и говорил обо мне. Но сказали, что я разбойник. Короче говоря, не благословляли. И вот перед приездом Илии что-то там случилось, и они согласились меня рукоположить. Это был 1989 год. А я был даже не венчаный. На неделе повенчался, а в воскресенье был рукоположен в диакона, а через год, в 1990 году – в священники тогдашним главой Сухумо-Абхазской епархии митрополитом Давидом (Чкадуа). И стал служить в Сухумском кафедральном соборе.

– Как появилась Абхазская церковь?

– Я знал, что необходим священник – абхаз. Первый, кого я готовил, был Игнатий (Киут) – учитель в Пицунде. Преподавал английский и абхазский языки. Мне друзья говорят, что в Пицунде есть такой верующий человек Назар. Надо с ним поговорить. Друзья мои его присылают. Смотрю, стоит такой высокий орел. Отец Пётр как раз вышел, и здесь мы выясняем, что тот не крещеный. Отец Петр говорит, что надо его крестить. А он: «У меня нет крестного отца». Петр показывает на меня: «Вот стоит твой крестный отец». Так я стал его крестным. После этого отец Игнатий окончил семинарию в Сергиевом Посаде, но еще не был рукоположен. Встал этот вопрос. Грузинский патриархат возмущался, но Московский патриарх Алексий II в 1995 году в Краснодаре согласился и благословил рукополагать абхазских священников в Майкопе. Адыги этнически очень близки абхазам. Отец Игнатий был первым, и за ним еще трое – нынешние раскольники.

Однажды глава Сухумо-Абхазской епархии Грузинской православной церкви митрополит Давид (Чкадуа) мне говорит: «Почему я не патриарх абхазский?» Владыка Давид мог провозгласить себя патриархом. А я тогда был настоятелем храма Симона Кананита в Новом Афоне и вроде «зама» у владыки. «Можно я скажу Владиславу (Ардзинбе – председателю Верховного совета Абхазской ССР. – «НГР»)?» – «Говори». Я иду. Сергей Шамба (бывший премьер-министр) может засвидетельствовать. Иду и говорю: вот так и так. Владислав был умный. Он понял. Если бы такое произошло, может, не было бы и войны. Владислав дал добро. Я возвращаюсь и говорю: «Владыка, объявляйте!» Он был председателем отдела внешних сношений Грузинской церкви. Если бы он заявил, не было бы войны. Он поехал в Тбилиси, но ничего не получилось. Потом по всем вопросам церкви Владислав всегда ко мне обращался. Я приносил ему церковные книги. Много говорили. Понял, что речь идет о независимости от Грузии, и я это поддержал.

– Но это независимость светская, а церковная?

– На Всероссийском Поместном соборе 1917–1918 годов патриарх Тихон принял вполне конкретное решение о введении Абхазской церкви в состав Московского патриархата, руководствуясь при этом непризнанием правомочности притязаний Грузинского католикоса на Абхазию и Осетию. Можно смело сказать, что это мудрое решение святителя Тихона, не допущенное к воплощению в жизнь советской властью во главе с грузином Сталиным, сегодня может и должно стать ответом на абхазский церковный вопрос. И мы верим, что преемники патриарха Тихона, несомненно, знающие о независимом прошлом Абхазской церкви от Грузинской, со вниманием отнесутся к заветам великого святителя и все же решат наш церковный вопрос с равноапостольной решительностью. Что в конце концов и положит конец всем расколам и брожениям в многострадальной православной абхазской церковной среде.

После отделения Грузинской церкви от Русской в 1943 году в Абхазии была образована Сухумо-Абхазская епархия ГПЦ (знаменательно, что в течение 11 лет ее правящим архиереем был нынешний патриарх Грузии Илия II). Но после начала войны в 1992 году стало понятно, что вместе мы уже жить не сможем.

– Сколько было священников в 1991 году?

– Человек 10.

– И потом из них 8 уехало?

– Да. Остались только отец Петр и я. Уехал и митрополит Давид (Чкадуа). Начало войны застало меня в Сухуме. В один из самых первых ее дней, во время службы, кафедральный собор был обстрелян. Вернулся домой в Гудауту и стал настоятелем Гудаутской церкви. Тогда встал вопрос, кому здесь быть управляющим, главным священником. Мы хотели отца Петра. Поехали к нему с делегацией. Он ответил так: «Я капитан этого корабля». Обращается ко мне: «Ты где служил? В Сухуме? Вот иди служи и управляй». «Да я многого не знаю». «А вот что не будешь знать, приходи, и мы вместе потихонечку решим».

Народ пришел к вере на войне. Меня прославили солдаты, которые нуждались в священнике. Я, естественно, был в окопах, сидел с ними у костров. Во время обстрела я не уходил. Мне было стыдно убегать. Как побегу? Какой пример покажу детям своим? И это оказалось очень необходимо.

– Я не помню, кроме вас, ни одного священника на фронте.

– А их просто не было.

– На фронте мне многие говорили, что у вас под рясой автомат. Я вас об этом не спрашивал, справедливо полагая, что на войне это естественно.

– Не было такого. Это легенда. У меня был крест. По-абхазски абджар – оружие, притом что аб – отец, а аджар – крест. Вот крест и был моим оружием. Это самое великое оружие. Еще святому Константину Великому явился он с глаголом «Сим победиши». Я и говорил всем, что у меня оружие, имея в виду крест, а люди думали, что я про автомат.

– Армяне тоже к вам обращались?

– Да. Они все крещеные по православному чину в Абхазской церкви. Я лично многих крестил. Это уже после войны они стали разбираться в вере. Сейчас национальный фактор играет большую роль. Эчмиадзин заволновался. Католикос мне написал: это мои, а я ответил: если это твои – забирай их в Ереван. А я их крестил по православному обряду. И они мои. Я пастырь. Они мое стадо. Как я могу их отдать в чужое стадо, не православное?

Священник Виссарион Аплиа считает себя не Кудеяром, обратившимся к Христу, а нонконформистом. 	Фото с сайта www.aiasha.ru
Священник Виссарион Аплиа считает себя не Кудеяром, обратившимся к Христу, а нонконформистом. Фото с сайта www.aiasha.ru

– Великим постом 2011 года в Абхазской церкви произошел раскол. Два иеромонаха из Новоафонского Симоно-Кананитского монастыря, клирики Русской православной церкви Андрей (Ампар) и Дорофей (Дбар) объявили о создании Священной митрополии Абхазии, которая не подчиняется Абхазской церкви и уходит под юрисдикцию Константинопольского патриархата. А заодно и то, что патриарх Московский и всея Руси им не указ. Абхазский раскол – он не церковный, а политический. Не так ли?

– После войны в Московскую духовную семинарию были приняты Дмитрий Дбар и Адриан Ампар. К 2001 году уже были рукоположены в священный сан иеромонахи Игнатий (Киут), Сергий (Джопуа), Андрей (Ампар), Василиск (Лейба), Дорофей (Дбар), Иоанн (Свинухов). Все они, будучи клириками Русской православной церкви, были отпущены в Абхазию помогать становлению православия в нашей стране.

В сентябре 2001 года вышеперечисленными священниками был созван и учрежден Епархиальный совет, председателем которого я и был избран. Также был принят устав Сухумо-Абхазской епархии и взят курс на окормление Абхазии Русской православной церковью. Приснопамятный святейший патриарх Алексий с пониманием и пастырской заботой воспринял ситуацию в Абхазии и всегда помогал в решении наших церковных вопросов. Начались реставрационные работы в Новоафонском монастыре. Купола привезли с Урала и покрыли золотом.

Потихоньку церковная жизнь налаживалась. Правительство передало нам все храмы и монастыри. Мы уже владели собственностью на законных основаниях. Но главная проблема – отсутствие епископа. Только он может рукополагать священников. Для того чтобы Абхазская церковь развивалась, ей необходимо новое священство. Но вопрос назначения епископа может быть решен только по каноническим правилам.

– Что стало началом раскола?

– Чтобы вдохнуть жизнь в Новоафонский монастырь, я молитвенно обратился к игумену Ефрему (Виноградову), много лет служащему в Адлерском районе и знакомому не понаслышке с абхазской действительностью, с просьбой оказать помощь в управлении монастырем. Отец Ефрем, имеющий богатый опыт монашеской жизни и управления монашеским общежитием, имея при этом и абхазское происхождение, уступил моей просьбе. Собравшийся по данному вопросу Церковный совет, на котором в качестве полноправного члена присутствовал и иеромонах Андрей, единогласным голосованием (включая голос отца Андрея) утвердил кандидатуру Ефрема и назначил его настоятелем монастыря (при этом сам Андрей (Ампар) сохранял прежнюю должность эконома монастыря и, следовательно, все свои полномочия). Когда отец Ефрем в качестве только что утвержденного настоятеля прибыл в обитель и провел там всего несколько дней, в Новом Афоне произошло искусственно спровоцированное волнение и были призваны экстремистски настроенные молодые люди, почти сразу же заставившие отца Ефрема покинуть обитель. После был митинг, на котором прозвучали лозунги о недоверии сегодняшнему церковному руководству, были провозглашены и воззвания к проведению Церковно-народного собрания. Очевидно, что уже тогда руководил всеми этими событиями пребывающий в Греции отец Дорофей.

Знаменательно то, что произошло это 1 апреля 2011 года, а приехал отец Дорофей только 4 мая. Задержка была обусловлена тем, что 24 апреля отец Дорофей в Греции незаконно, без разрешения Русской церкви, клириком которой он является, был возведен в сан архимандрита. Вернувшись в Абхазию, иеромонах Дорофей сразу же стал бравировать и спекулировать сановным «достижением» как прямым восхождением к столь вожделенному ему епископству.

– Что это за Народно-церковное собрание?

– Собрание атеистов, туристов и авантюристов. Наш «недоархиерей» с энтузиазмом юного пионера и одновременно с расчетливостью розово-оранжевого революционера бросился всячески рекламировать себя и свою идею «церковного майдана» в СМИ, а главное – в организациях, где собираются люди, весьма далекие от Церкви, но при этом кровно заинтересованные в проведении оппозиционных митингов, собраний, демонстраций и т.п.

Вопреки увещеванию со стороны епархиального собрания Абхазской православной церкви и предупреждениям из Московского патриархата 15 мая 2011 года в монастыре было проведено нарочитое собрание. На нем открытым голосованием (число голосовавших колебалось от 1,5 до 2 тысяч, при этом только 750 человек оказались крещенными в Православной церкви) была провозглашена Священная митрополия Анакопии и Нового Афона – автокефальная Церковь Абхазии во главе с«митрополитом» Дорофеем. Иеромонахи Дорофей и Андрей вызывались к епископу Майкопскому Тихону (Лобковскому) и даже на встречу со святейшим патриархом, но эти увещевания были ими проигнорированы. И тогда священноначалие Русской православной церкви было вынуждено запретить Дорофея и Андрея в служении. Произошедшее в Новом Афоне собрание было определено как не соответствующее каноническим нормам. Отец Дорофей в ответ заявил: «Меня остановят либо тюрьма, либо физическое устранение».

– А в чем такая популярность ваших оппонентов?

– Раскольники сыграли на лозунге противостояния с Россией, который достаточно популярен в Абхазии. Они говорят, что русские не дают нам епископа. Эти монахи заинтересовались бизнесом вокруг монастыря, нарушив обет нестяжания. И говорят: «Отец Виссарион все это отдал русским, а мы забрали обратно, и теперь все будет у абхазов». Основная масса народа никогда не была против России. Только кучка отщепенцев. Но народ подпадает под их влияние. Абхазы не хотят быть под варварами – Европой, но отщепенцы их туда толкают. А наша многострадальная Абхазия страдает не от турок и олигархов, а от этих отщепенцев.

Во время блокады иностранные агенты делали свое дело – настраивали народ против России. (Блокада Абхазии была установлена Ельциным по просьбе Шеварднадзе и продолжалась до 1999 года. В это время мужчины в возрасте от 16 до 60 лет не могли переходить границу по реке Псоу в Адлер и все поставки продовольствия и торговля были запрещены. – А.Л.).

– Дорофей порвал письмо патриарха, говорят?

– Рвал в Илоре. Он и нас не признает. Говорит: Виссарион лег под Россию и отдал Новый Афон русским. А вот мы все вернем. Это политическая технология. Я говорю народу: они предатели! Это их грех гордыни. А власть захотела иметь свое влияние на Церковь. И при Ардзинбе были попытки ее политизировать. При сложных ситуациях Владислав говорил – на усмотрение отца Виссариона. При Багапше (второй президент Абхазии. – «НГР»), когда стали обливать грязью Ардзинбу, я был категорически против. И все началось с этого. Багапш, будучи честным человеком, потом понял, что я правильно сделал, что его не поддержал. Многие и сегодня это не понимают. Владислава нельзя грязью поливать. С него все слетает, потому что он не заслужил этого. Если бы Багапш не заболел и не умер, не было бы раскола. Не дал бы. Он никогда плохо не говорил о Владиславе. Сам Сергей никогда. И всегда отвечал, что батюшка был прав. А народ мы потихонечку просветим.

– Что ждет Абхазскую церковь?

– Раскольники запрещены к служению, им была поставлена задача меня убрать. Якобы Виссарион, который продался русским, душит Абхазскую церковь, а народ в это поверил. Раскольники лжесвидетельствуют. Все СМИ их поддерживают. Дорофей и Андрей пошли под власть. Мы попытаемся объяснить обществу, а власть пусть призадумается. Это пагуба. Погибает наш народ. Как можно повесить флаг другого государства, которое тебя не признает (Турция. – А.Л.)? Мы как будто воевали с Россией. Союзник в нашей борьбе с врагами – Россия.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


«Токаев однозначно — геополитический гроссмейстер», принявший новый вызов в лице «идеального шторма»

«Токаев однозначно — геополитический гроссмейстер», принявший новый вызов в лице «идеального шторма»

Андрей Выползов

0
2037
США добиваются финансовой изоляции России при сохранении объемов ее экспортных поставок

США добиваются финансовой изоляции России при сохранении объемов ее экспортных поставок

Михаил Сергеев

Советники Трампа готовят санкции за перевод торговли на национальные валюты

0
4726
До высшего образования надо еще доработать

До высшего образования надо еще доработать

Анастасия Башкатова

Для достижения необходимой квалификации студентам приходится совмещать учебу и труд

0
2583
Москва и Пекин расписались во всеобъемлющем партнерстве

Москва и Пекин расписались во всеобъемлющем партнерстве

Ольга Соловьева

Россия хочет продвигать китайское кино и привлекать туристов из Поднебесной

0
2970

Другие новости