Людмила Вязмитинова 14 марта в клубе-кафе "ПирОГИ на Никольской" состоялся очередной вечер проекта "Полюса", которые на этот раз были представлены Сергеем Гандлевским и Геннадием Айги. Вечер получился удачный, и не столько потому, что выступающие на нем мэтры собрали зал, в котором яблоку было негде упасть.
Надо сказать, что по мере развития "Полюсов" постепенно выявляется идея, являющаяся фактически движущей силой этого проекта, а именно: попытка структурировать нынешнее литературное пространство. И неудивительно, что происходит это на материале поэзии - именно поэзия всегда находится на острие культурной ситуации.
На паре Гандлевский - Айги наконец-то сработало то, что условно можно назвать "старой" полюсностью, то есть привычное разделение на "традиционалистов" и "авангардистов". Представленный на вечере поэтический материал легко делится по этому признаку. У Гандлевского - плотный, могучий, плавно льющийся поток поэтической речи, находящийся в полном согласии с правилами грамматики русского языка и концентрирующий поэтическую мысль на зримой, земной жизни. Некоторый налет социальности только оттеняет направленность поэтического взгляда на выявление метафизической картины мира, скрытой за зримой. А находящееся внутри всего этого лирическое "я" занимает непоколебимо стоическую позицию. Сам Гандлевский обозначил ее как восприятие мира в качестве "суеты сует".
У Айги - чисто авангардистская манера сосредоточения на отдельных словах, которые повторяются, варьируются, как бы пробуются "на поэтический зуб". Его лирическое "я" путешествует в волшебной реальности, и эта реальность для "я" есть единственно достоверная.
Однако, как и все "полюса" до них, эта пара явно не хотела укладываться в прокрустово ложе "традиционализма-новаторства". Речь шла о наличии на сегодняшний день в поэзии (да и вообще в культуре) огромного количества всевозможных ветвящихся и переплетающихся традиций. В этой ситуации необходимы другие, новые критерии полюсности, поискам чего и посвящен проект "Полюса". И так же, как и на прошлом вечере (тогда выступали Татьяна Милова и Леонид Костюков), полюсность выступающих была обозначена ими самими. На этот раз ее сформулировал Геннадий Айги: это обращение, с одной стороны, к музыке, с другой - к живописным средствам. Причем факт обращения к тому или другому не важен сам по себе, поскольку определяется врожденными способностями автора, важна "подлинность" поэтического текста.
Иными словами, поиск критериев, позволяющих каким-либо образом упорядочить картину нынешнего литературного пространства, продолжается, отсылая к озвученному все на тех же "Полюсах" делению Дмитрия Воденникова на "живое" и "неживое". Деление это, с одной стороны, весьма неопределенное, но с другой - очень точное, поскольку отражает наличие (или отсутствие) устойчивых связей с истинной структурой мира. Стремлением к этому ознаменовались
90-е годы, приведя в конце концов к нынешнему положению дел, состояние которых и пытаются осмыслить устроители и участники "Полюсов".
