Светлана Нестеренко Героем второго вечера цикла «Со-автор. Переводчики сегодня», который проводит Елена Калашникова и группа «Культурная инициатива» в клубе «Билингва», был поэт, прозаик и философ Владимир Микушевич. Он начал свое чтение с фрагмента романа Эрнста Юнгера «Лейтенант Штурм». Затем звучали стихотворение Генриха фон Фельдеке, фрагмент «Бестиария» Филиппа Танского, канцона Франческо Петрарки. Переводчик прочитал фрагмент «Королевы Духов» Эдмунда Спенсера – он охарактеризовал эту поэму как «кельтско-саксонский сюрреализм» и высказал соображение, что в ней ключ ко всей последующей английской поэзии. Также публика услышала несколько сонетов Шекспира, стихотворения Блейка, Свифта, Новалиса, Шелли, Байрона, Брентано, Бодлера, Верлена. Прочитав «Лазурь» Малларме, Владимир Микушевич добавил, что он «в большом долгу перед автором этого стихотворения». Затем переводчик обратился к стихотворениям Рембо, Валери, Сен-Жона Перса, Кокто, Рильке, Бенна, Георге. Публика услышала и переводы на немецкий, сделанные героем вечера, – таких стихотворений, как «Не дай мне бог сойти с ума» Пушкина, «Я лютеран люблю богослуженье┘» Тютчева, «В ресторане» Блока.
Владимир Микушевич энергично и вдохновенно читал по книгам, новым и пожелтевшим уже листкам, по памяти... После чтения посыпались вопросы, не все касались переводов. «Будете писать продолжение романа «Воскресение в Третьем Риме»?» – «Да, собираюсь. В конце книги будет написано «Конец первой книги», и так в трех книгах. Не думал, что роман опубликуют, она совершенно некоммерческая». – «Каких поэтов вы не смогли бы перевести?» – «Советских. А их ведь тоже надо переводить. Из зарубежных не смог бы Беранже, хотя восхищаюсь им». – «А ваши переводы на немецкий где-то публиковались?» – «Нет. У немцев вызывает раздражение, что я перевожу на немецкий и хорошо читаю на нем. Многие немецкие переводчики считают, что поэзию не надо переводить в рифму. Живущий в Германии Саша Ницберг тоже сталкивается с этой проблемой». – «Как вы относитесь к переводам Гаспарова, написанным верлибром?» – «Я не согласен с таким подходом. В поэме Ариосто «Неистовый Роланд» интересны именно октавы, а не сюжет. Если поэму не переводить стихами, то прозой, как сделали французы. Переводов должно быть много, ведь ни один не раскрывает оригинал полностью».
Микушевич признался, что ему часто приходится отказываться от интересной работы. Например, от предложения взяться за «Фауста» Гете. «Я ведь еще преподаю┘ Моя жена знает, как я меняюсь в зависимости от того, что перевожу».
