Наталья Попова
Евгения Доброва читает свои эротические верлибры.
Фото автора
Ворвавшись в литературное пространство в 2006 году, фестиваль «Литератерра» не переставал удивлять, шокировать, раздвигать, даже подвигать поэтическую вселенную на новые подвиги. Его история знает столько славных страниц и различных имен – на одно перечисление их уйдет вполне достойное время. «Литератерра» сразу утвердила свой негласный формат: восхищающий масштаб событий, впечатляющий географический охват (Нижний Новгород, Поволжье, Москва, Санкт-Петербург), эпатаж и, что самое главное – открытость, доброжелательность, энергичность и неординарность происходящего. Атмосфера, созданная первыми фестивалями, обещала альтернативность сознанию существующей поэтической «богемы» литературных столиц. И исполняла свои обещания.
Отзывы о проекте пестрят восторгами, уверениями в «интересности», яркости, даже неком сумасшествии фестивального движения. Оно впитывало в себя все – от антилирического перформанса до классического поэтического пафоса традиционного формата, многодневных марафонов выступлений до выхода сборника.
«Литератерру» 2009 года ждали┘ и вдруг вместо изначально заявленных двух дней фестиваля в самом конце декабря на площадке «Кафемакса» прошел вечер, который организовавший его Арсений Гончуков категорически отказался называть «фестивалем». Именно вечер, в программе которого значились имена 29 авторов. Представлял вечер поэтический салон «Московский рупор», который по совместительству ведет все тот же вездесущий Арсений. Своим объяснением он предвосхитил вопросы, почему «вечер», а не привычный «фестиваль». И объяснение это логично для движения, не привыкшего «мелочиться». Занятость, загруженность организаторов не позволила полноценно вложиться в привычном масштабе, но «Литератерра» вполне оправдала себя. Вечер выдался долгим, спорным, шумным. «Кафемакс», собравший под своей крышей буквально разноликих авторов, кипел, бранился и читал стихи. «Зачем нужны такие вечера?» – грустно резюмировала одна из участниц. А затем┘
Вечер отразил главное, что отличает поэтическую тусовку от поэтического сознания (если таковое существует). Деление проходит по тонкой грани, равной той, что мы вкладываем в «верую» и «не верю». Верю, что вечер был лишь предтечей, напоминанием, разминкой для всех, кто неравнодушен к слову, к труду тех, кто рискует собирать, выдвигать, подвигать Слово. Искать новые имена, помнить и уважать прошлое, наслаждаться настоящим и не искажать будущее упреками. Такие вечера нужны для того, чтобы – быть. Для того, чтобы подвести в свой срок итоги уходящих нулевых привычным фейерверком своего формата.
