Ольга Глебова
О, как я привязан к Земле, как печально привязан!
Фото Вадима Месяца
Для столичной литературной жизни август традиционно является «мертвым сезоном», однако на вечере поэта и переводчика Владимира Гандельсмана в клубе «Билингва» был полный аншлаг. Гандельсман – не столь частый гость московских литклубов: уроженец Ленинграда, с 1991 года он живет то в Нью-Йорке, то в Санкт-Петербурге. А как поэта его представлять не надо – достаточно перечислить названия его сборников «Шум земли», «Вечерней почтой», «Долгота дня», «Эдип», «Цапля», «Тихое пальто», «Школьный вальс»...
Поводом для встречи стали сразу две новые книги – «Ода одуванчику» (М.: Русский Гулливер) и «Ладейный эндшпиль» (СПб.: Пушкинский фонд; «НГ-EL» писал об этом сборнике 26.08.10). Поэтому и вечер был поделен на две части – по числу презентуемых изданий. В «Оду одуванчику» включены стихи, в основном хорошо известные поклонникам Владимира Аркадьевича (как сказано в аннотации, «написанные и частично опубликованные в период с 1975 по 2007 год»), например: «Сквозь тьму непролазную, тьму азиатскую, тьму,/ где трактор стоит, не имея любви ни к кому,/ и грязи по горло, и меркнет мой разум,/ о, как я привязан к Земле, как печально привязан!..» Или: «Бывали дни безмыслия, июль/ на цыпочках заглядывал с балкона,/ и проникал, чуть оживляя, тюль,/ и к изголовью свет струил наклонно...» Но всегда интересно услышать знакомые строчки именно в авторском исполнении...
Кроме стихов в книгу вошла небольшая автобиография, озаглавленная «БИО», «Запасные книжки» – своеобразный литературный дневник, а также эссе «Констатация Шаламова», «Поэзия как религия. Рильке», «Желание, мысль и время в «Макбете» и др.
Вторая часть вечера (правда, из-за невыносимой жары и духоты, стоически переносимых гандельсманолюбами, заявленный антракт делать не стали) была посвящена чтению стихов из «Ладейного эндшпиля», имеющего подзаголовок «Книга новых стихотворений». В этом сборнике автор продолжает в излюбленной манере спрягать «высокое» с обыденным, знакомым, повседневным: «Не поздний вечер. Восемь пятнадцать./ Жена ушла спать и прикрыла дверь./ Она сумасшедшая. Восемь шестнадцать./ На площади за окном отдыхает сквер.// ...Она на чулочной фабрике двумя руками/ девять часов шьет целый день,/ им выдают зарплату иногда коврами,/ мы постепенно не знаем, куда их деть.// Она садится на пристани в белую лодку,/ в пять десять отчаливает, пока я сплю./ Я поздно лег, я жалел жену-идиотку./ Я сам не знаю, как эту жизнь дотерплю».
А в конце вечера желающие смогли купить эти сборники и получить дарственную надпись.
