Рвется в поле песенка подполья

В руках Сергея Зенкевича – акварель Даниила Дарана: Михаил Зенкевич и сам художник гуляют по Ленинским горам в Москве в 1963 году. Фото Александра Мысленкова

Во дворах Пречистенки притаился центр ремесел «Славич», где три с половиной года существует литературно-музыкальная гостиная. В этом же старинном районе почти полвека прожил поэт Михаил Зенкевич. А недавний вечер в «Славиче» «Михаил Зенкевич: московский мотив» был посвящен 100-летию переезда поэта в столицу. Ранней весной 1923-го он обосновался там поначалу как корреспондент «Саратовских известий». С этих событий начал повествование его внук, литературовед Сергей Зенкевич, предложив совершить «прогулку с Михаилом Зенкевичем по Москве XX века и пролистать книгу его московской жизни».

Обустроившись в столице буквально с нуля, поэт вскоре обрел личное счастье: женился в 1926-м на приехавшей из Крыма начинающей актрисе, с которой не расставался до своего последнего часа (у них родились сыновья Сергей и Евгений), плодотворно работал в поэзии и прозе, хотя самые главные произведения опубликовать так и не смог, и завоевал титул крупнейшего переводчика мировой поэзии. Между тем официальная критика клеймила его «попутчиком» (писателем, чуждым пролетариату) и носителем «бесприютного мастерства». Напряженная работа во время Великой Отечественной, частые поездки по Советскому Союзу, а в 1960-х – в США, Великобританию, другие страны, труд редактора и литературного наставника молодежи – всем этим были наполнены его дни. Вдаваясь в детали биографии деда, Сергей Зенкевич показал несколько подлинных артефактов, включая акварель художника Даниила Дарана, где он запечатлел свою прогулку с другом-поэтом по Ленинским горам в 1963 году.

Избранную лирику Зенкевича 1920–1960-х годов прочли филологи Наталья Гарсия, Григорий Симаков, Александр Мысленков. Почти все эти тексты не печатались при жизни автора. Пророчеством дышит датированная ноябрем 1946-го строфа: «Нужно, чтобы песня на раздолье/ Полным голосом звенеть могла./ Рвется в поле песенка подполья/ Из потемок затхлого угла». Ведь уже в 1950-х «человек с гитарой» (геолог, строитель, студент, бывший зэк) стал неотъемлемой приметой пейзажа на просторах СССР.

Ряд стихотворений прозвучал и в авторском чтении (запись апреля 1967 года). Бард Валерий Сорокин исполнил под гитару песни на стихи Зенкевича «Дальняя дорога» и «Живой роман». Также собравшиеся услышали запись песни эстрадного певца Игоря Демарина «Капитан» на стихи Уолта Уитмена в переводе Зенкевича. А в финале вечера было прочитано стихотворение Григория Левина, созданное в сентябре 1973-го, сразу после кончины Михаила Александровича: «Вы были памятью живой/ О времени, ушедшем в Лету./ И мы ручались головой/ За эту Вашу эстафету…/ Вы были памятью о том,/ Что есть на свете благородство./ Вы сами были – первородство,/ Что мы – поэзией зовем./ Благословен тот день и час,/ Когда мы встретились впервые./ Из многих мертвых – мы живые./ Живые – все постигнут Вас».