Игорь Панин Игорь Панин, поэт, публицист:
Моя покойная бабушка Анна Михайловна более 30 лет проработала заведующей библиотекой и к книгам относилась с трепетом. Она взялась приучать меня к чтению, едва я начал хоть что-то понимать. Каждый вечер садилась у моей кровати, раскрывала книгу и читала вслух, пока я не засну. А мне обычно не хотелось спать, так что эти сеансы были достаточно продолжительными. Самое любимое из того периода – это «Конек-горбунок». Годам к пяти я знал эту сказку наизусть. Мог целиком ее продекламировать, память была феноменальной.
А потом я подрос и начал сам выбирать книги: «Остров сокровищ», «Последний из могикан», «Три мушкетера», «Копи царя Соломона», ну вот весь этот подростково-романтический набор. Там и фантастика, Беляев, Брэдбери, и «страшные» рассказы Эдгара По, и Конан-Дойль, конечно же… Много читал и отечественной литературы «для среднего школьного возраста», например «Мишкино детство» Михаила Горбовцева, «Кандаурские мальчишки» Геннадия Михасенко, «Мой добрый папа» Виктора Голявкина…
А затем я еще подрос и переключился на Гоголя, Достоевского, Лескова, Куприна. Бабушка и тут не осталась в стороне, порекомендовав мне как-то «Угрюм-реку» Шишкова. Этот роман меня просто заворожил. С тех пор я перечитывал его раз 10 и считаю одной из вершин русской прозы. Очень впечатлен был романом Джека Лондона «Мартин Иден». После него сразу захотелось написать какую-нибудь повесть, я и начал, но вскоре бросил... А к поэзии относился скептически, не цепляла она меня. Но однажды, роясь в читаном-перечитаном шкафу, наткнулся на пятитомник Есенина. Это были такие маленькие бирюзовые книжечки, прежде не вызывавшие у меня интереса. Я раскрыл наугад какой-то том и… читал, не отрываясь, всю ночь. А потом еще день. И когда прочитал все пять томов, вдруг осознал, чего себя лишал, отказываясь от поэзии. В тот момент стало ясно, что я буду писать стихи.
Дарья Гармоненко 
