Вернул автору должок

Александр Пушкин, «Дубровский». Повесть, которую еще в начальной школе подсунула мне мама и которая сделала из меня читателя. До этого я читал много, но бессистемно и без особого воодушевления. Спустя четыре десятилетия я вернул автору «должок», написав либретто одноименного мюзикла, который успешно идет в дюжине российских театров и даже за рубежом.

Роберт Фишер, «Мои 60 памятных партий». Пять школьных лет я отдал самозабвенным занятиям шахматами, наиграв к поступлению в институт на два балла кандидата в мастера. Мой тренер Людмила Белавенец подарила мне бестселлер 11-го чемпиона мира за феерическую партию в сеансе одновременной игры с гроссмейстером Львом Полугаевским, в которой я выгрыз ничью.

Мэри Шелли, «Франкенштейн, или Современный Прометей». Виновно ли творенье в несовершенстве своего творца – вопрос, который может не прийти в голову, перечитай хоть всю Ленинскую библиотеку. После «Франкенштейна» я в принципе начал задавать себе какие-то осмысленные вопросы. С них и началась моя взрослая жизнь. Мэри, кстати, на момент написания была моложе меня на год. Как ей вообще пришел в голову такой сюжет? Книга лежала в букинистическом отделе книжного «На Соколе» и просто ждала меня. Я это точно знаю. Все приходит к нам в нужное время и в нужном месте.