0
13290
Газета Геополитика Интернет-версия

30.07.2020 22:00:00

Маленький, амбициозный и хитрый Катар

Зачем ему «дружить» с Иерусалимом?

Захар Гельман

Об авторе: Захар Гельман – независимый журналист.

Тэги: катар, израиль, сирия, конфликт на ближнем востоке, сша


катар, израиль, сирия, конфликт на ближнем востоке, сша На крупной военной базе в Катаре американцы чувствуют себя как дома. Фото с сайта www.defense.gov

Новый альянс, сформировавшийся из Турции, Пакистана, Малайзии и Катара, демонстрирует отход от традиционной модели, когда духовный и религиозный центр ислама находился в арабском мире. Этот альянс носит одновременно стратегический и идеологический характер.

Новый поворот

Анкара и Доха на протяжении ряда лет выступают единым фронтом против Эр-Рияда и Абу-Даби. Поэтому не удивительно, что вице-премьер восточно-ливийского правительства Абдул Салам аль-Бадри, выполняя поручение верховного главнокомандующего ливийской национальной армии маршала Халифы Хафтара, призвал Израиль помочь Восточной Ливии преодолеть кризисную ситуацию в противостоянии правительсту в Триполи. Фактически израильтян приглашают в альянс, противостоящий коалиции, в которой главную скрипку играет такой ненавистник еврейского государства, как турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган. С учетом того факта, что в Саудовской Аравии (СА), выступающей на стороне Хафтара, в последнее время звучат антипалестинские (читай произраильские заявления), такой шаг со стороны правительства еврейского государства на первый взгляд был бы вполне оправдан.

Израильский арабский журналист Халед Абу Тоаме пишет в статье с примечательным названием «Палестина – это не мое дело», опубликованной в газете Jerusalem Post: «Палестинцы обвиняют СА и Израиль в том, что якобы они стоят за поношениями палестинцев, и утверждают, что саудовская королевская семья продала Палестину евреям». Более того, некоторые палестинские политические деятели обвиняют кронпринца Мухаммеда бин-Салмана в «сионизме» на том основании, что он поддерживает «нормализацию» отношений с Израилем.

Однако все понимают, что пристрастия в политической игре на Востоке весьма ненадежны. В конце концов еще недавно Турция была не просто самым дружественным Израилю мусульманским государством, а его реальным военным партнером. Но быстро превратилась в непримиримого врага. Так что израильтянам не стоит отказываться от контактов с катарцами, если те на них настаивают.

После секретных переговоров, которые провели в Дохе руководители «МОССАД» («Израильской политической разведки») и представители командования Южного округа ЦАХАЛ (Армии обороны Израиля) с высокопоставленными должностными лицами Катара, обе стороны заявили об установлении между ними «превосходных отношений».

Майкл Яари, весьма осведомленный эксперт по странам Персидского залива, в статье «Катар – Израиль: неожиданный поворот», опубликованной в газете Jerusalem Post, пишет: «О секретных переговорах мне рассказал влиятельный катарский чиновник, близкий к правительству эмирата, с которым я впервые встречался в 2018 году. В Катаре говорят, что «между высокопоставленными лицами двух стран сложилось полное понимание и оба государства плодотворно сотрудничают».

Не совсем полное понимание

И все-таки «степень сотрудничества» осталась ограниченной, ибо Доха, по большому счету, пребывая в фарватере общеарабской политики, так и не признала Израиль – обмен посольствами не состоялся. Еще в 1996 году Катар установил с еврейским государством торговые отношения, и в том же году, через четыре месяца после убийства премьер-министра Ицхака Рабина, исполняющий обязанности главы правительства Израиля Шимон Перес посетил Катар и Оман. Он лично открыл торговые представительства еврейского государства в обеих странах.

В определенном смысле благодаря Катару израильтяне пробили брешь в бескомпромиссном арабском бойкоте своего государства. Хотя Доха считала, что первыми шаг навстречу евреям сделали саудовцы. И действительно, еще в конце июля 2016 года Израиль с визитом посетила делегация СА, возглавляемая отставным генералом Анваром Эшки. В делегацию входили также саудовские бизнесмены, представители академических кругов и ответственные политические лица. Делегация встретилась с Дори Голдом, в то время генеральным директором МИД Израиля, а ныне президентом Иерусалимского центра по связям с общественностью. Замечу, что Дори, уроженец Соединенных Штатов, выпускник Колумбийского университета, обладает докторской степенью в области исследований по исламской тематике.

В марте следующего, 2017 года в Иордании состоялась встреча нового саудовского кронпринца Мухаммеда ибн Салмана (того самого, которого палестинские деятели обвиняют в «сионизме») с израильскими официальными лицами при посредничестве американской и иорданской сторон. Важно отметить, что на этой встрече обсуждались вопросы военного и разведывательного характера. Кроме того, СА открыла воздушный коридор для индийской авиакомпании, которая осуществляет полеты из Мумбаи (Бомбея) в Тель-Авив. К слову, такой же коридор в прошлом месяце открыл Судан для одной из чилийских авиакомпаний, осуществляющей рейсы в Израиль. Это позволило на два часа сократить время в пути из Сантьяго де-Чили и Сан-Паулу в еврейское государство.Таким образом, СА и Судан сняли воздушную блокаду Израиля, введенную арабскими странами еще в 1949 году.

Кто первым начал строить глазки?

Тем не менее недовольство большинства арабских стран, как говорили в их столицах, «заигрываниями» Катара с Израилем первыми выразили именно в Эр-Рияде. Доха поспешила «вернуть пас», напомнив СА, какая страна, на самом деле, первой начала «строить глазки» израильтянам. Титулованный саудовский «советник престола» Масуд аль-Кахтани в Twitter обратился к занимавшему тогда пост премьер-министра Катара шейху Хамаду бин-Джасему в далеко не уважительном тоне: «Ты, не дождавшись подписания мирного договора, позволил израильтянам развесить свои флаги, заставил девочек преподнести цветы Шимону Пересу во время его визита, а теперь набираешься наглости обвинять нас в нормализации отношений?» Вопрос, понятное дело, задавался «на засыпку», но Эр-Рияду важно было выставить Катар на мировой арене – подчеркиваю: не только в мусульманском мире! – в качестве «еnfant terrible» (в пер. с франц.: «ужасным ребенком»), который использует свои богатсва не на благие цели.

В июне 2017 года несколько арабских стран, включая СА, Египет, ОАЭ, Бахрейн, разорвали дипломатические отношения с эмиратом Катар, обвинив его в поддержке таких террористических группировок, как «Аль-Каида» и «Исламское государство» (обе запрещены в России и ряде других стран). Позже о разрыве дипломатических отношений заявил и ряд других мусульманских стран. Иордания и Джибути понизили уровень своих дипломатических представительств.

Саудиты вменили Катару в вину и налаживание отношений с шиитским Ираном, притом что в январе 2016 года Доха разорвала отношения с Тегераном в знак солидарности с политикой Эр-Рияда. С египтянами у катарцев отношения испортились окончательно, когда в июне 2014 года эмир Катара Тамим бин Хамад Аль-Тани в знак поддержки «Мусульманских братьев» (запрещены в России и в ряде других стран) осудил победителя на выборах президента Абдул-Фаттаха Халила Ас-Сиси и назвал происшедшее военным переворотом.

Что касается Катара и королевства Бахрейн (самого маленького арабского государства, по территории в 13 раз меньше Катара), то их отношения несколько десятилетий осложняет территориальный спор из-за архипелага Хувар (около 30 островов и скал общей площадью 52 кв. км, ближайший из которых находится менее чем в двух километрах от западного побережья Катара) и подводного хребта Фишт Ад-Дибль. Между Дохой и Манамой в 1978, 1982 и 1986 годах происходили пограничные конфликты, которые решались при посредничестве других государств Аравийского полуострова

8-3.jpg
Шейх Тамим бин Хамад Аль Тани (слева)
пытается играть на противоречиях между
соседями.
Фото со страницы Qatar News Agency в Twitter
«Ригидный» Катар?

Небольшой по территории и населению сказочно богатый Катар, конечно же, не может не раздражать СА, Иран, Турцию и Египет, видящих именно себя во главе мусульманского мира. Амбициозность Дохи выразилась и в создании в эмирате в 1996 году самого популярного в ближневосточном регионе телеканала «Аль-Джазира», в передачах которого нередко критикуются режимы соседних государств. Немало средств потратил Катар на финансирование в разных СМИ критических статей об ОАЭ.

Прав Леонид Маркович Исаев, который в диссертации «Политический кризис в арабских странах: опыт оценки и типологизации», представленной на соискание ученой степени кандидата политических наук и защищенной в Институте Африки РАН в 2014 году, пишет: «Среди наиболее значимых факторов, приведших к региональному политическому кризису в арабских странах, оказываются следующие: фактор внутренней конфликтогенности, фактор неустойчивости политического режима, а также фактор исламистов, участвующих в политическом процессе...»

Любопытна и приводимая Леонидом Марковичем типологизация устойчивости политических режимов по «уровню накопления дестабилизации» и «потенциальной нестабильности». Так, к «уязвимому» типу, который характеризуется «быстрой сменой власти под натиском антиправительственных выступлений и последующей полной реконфигурацией политического режима» Исаев причисляет Ливию, Египет и Тунис.

«Патовый тип», по мнению диссертанта, отличают арабские государства с «мощной консолидацией политической элиты и возникающей патовой ситуацией: оппозиция не может свергнуть правящий режим, а режим оказывается не в состоянии подавить оппозицию». Этот тип, считает Исаев, характерен для Сирии, Бахрейна и Йемена.

Если политическая власть способна «быстро урегулировать конфликты мирным путем», то военно-политическое состояние государства Исаев относит к типу «религиозного конформизма». По его мнению, такими странами являются Марокко и Иордания.

Несколько неожиданно характеризует диссертант тип, названный им «протекционистским», который, в его представлении, «отличается «иммунитетом» действующего политического режима (несмотря на его неоднородную и противоречивую структуру) к антирежимным выступлениям». В этот тип Исаев записал самое большое количество арабских стран – Алжир, Кувейт, Оман, Мавританию, СА, Судан, Ирак, а также Палестинскую национальную автономию.

И наконец, последний тип режимов арабских стран определен как «ригидный». И хотя этот термин (от лат. rigidus – твердый, оцепенелый) чаще используется в физиологии, в данном случае его можно считать уместным, ибо он относится к Катару и ОАЭ, государствам, часто оказывающимся в оппозиции к мнению большинства арабских государств. Диссертанту не откажешь в смелости, когда он использует вполне физический термин «резистентность», то есть «сопротивляемость», «невосприимчивость», для характеристики антирежимных, протестных выступлений в указанных странах. Таким термином подчеркивается и «низкий показатель социальной нестабильности».

Действительно, Доха не желает полностью принимать правила игры соседних арабских стран, опирающихся в своей политике на Эр-Рияд. Эмират Катар обладает вполне боеспособной армией, состоящей из сухопутных, военно-морских, военно-воздушных сил и зенитно-ракетных подразделений. На вооружении имеются танки, различные боевые машины, артиллерия.

Правящая династия никогда не жалела денег на спецслужбы. Они состоят из «Полиции расследований», входящей в Министерство внутренних дел, «Управления расследований госбезопасности», нацеленной на противостояние шпионажу, и «Военной службы разведки», отвечающей за борьбу с терроризмом и политическими диссидентами.

Эльдар Османович Касаев в диссертации «Актуальные проблемы социально- экономического развития Катара в начале ХХI века», представленной на соискание ученой степени кандидата экономических наук и защищенной в 2013 году в Институте востоковедения РАН, пишет: «На протяжении последних 10–15 лет экономика Катара превратилась в одну из самых динамично развивающихся в мире. В то время как хозяйства многих стран серьезно пострадали от глобального финансового кризиса, Катару удалось избежать существенных потерь благодаря своевременной реакции со стороны местных властных и предпринимательских структур. Остовом экономики до сих пор остается нефтегазовый сектор, причем основной доход государства формируется за счет средств от экспорта сжиженного природного газа, ежегодный объем поставок которого постоянно увеличивается, а география сбыта расширяется». Кроме того, в эмирате стабильно развивается алюминиевая и сталилитейная промышленности. Значительное внимание уделяется телекоммуникациям, а также энергетическим системам и водоснабжению.

Благодаря деньгам Доха, сформировав политические ресурсы, опять же, не смущаясь своей малости по территориии и населению, решительно выступила на мировой арене с претензиями, по крайней мере, на статус региональной державы. В некотором смысле эмират видит себя ближневосточным Ватиканом, могущество которого определяется не только огромными финансовыми ресурсами, но в немалой степени и контролем общественного сознания католического мира.

«Конкурс» надо еще выиграть!

Согласно ряду сообщений СМИ (первое появилось в американском онлайн-ресурсе Buzzfeed), еще в сентябре 2015 года Катар участвовал в закупках оружия в Белоруссии и Болгарии с последующим его транзитом через ту же Болгарию и Румынию сирийским боевикам, противостоящим правительственной армии Башара Асада. Американское издание утверждало, что гранаты и ручные противотанковые гранатометы были закуплены у Софии, а 700 управляемых ракет противотанкового комплекса 9M113 «Конкурс», которых у болгар не нашлись в наличии, закупили у Минска. Этот советский самоходный противотанковый ракетный комплекс был разработан в одном из конструкторских бюро в Туле и принят на вооружение в 1974 году.

Важно иметь в виду, что «Конкурс» закупался армиями таких государств, как Болгария, Белоруссия, Румыния, Египет, Марокко, Ирак, Иран, Эритрея, Туркменистан, Киргизия.

Полковник ЦАХАЛ в отставке Янив Рохов, многие годы проработавший в аналитическом отделе Министерства обороны Израиля, считает, что сведения о «поставках» белорусского оружия сирийским боевикам совершенно не корректны. «Разве Минск продавал оружие какой-либо из сторон сирийского конфликта?» – задает полковник Рохов риторический вопрос и отвечает на него решительным «Нет».

По экспорту вооружения (не только собственого производства, но и закупленного за рубежом, но признанного устаревшим) Беларусь, по данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира, находится на 18-й строчке. Первое место по закупке оружия из Республики Беларусь занимает Китай, второе и третье Вьетнам и Судан соответственно. Но Минск продает оружие также Мьянме, Азербайджану, России, другим странам бывшего СССР и ряду стран Азии и Африки, названия которых не всегда разглашаются.

Полковник Рохов считает, что «Конкурс» мог попасть в Сирию из Египта, в который Россия в период с 1992 по 1995 год поставила 580 ракет 9М113 для бронетранспортеров «Фахд», спроектированных западногерманской фирмой «Тиссен-Хершель» по заказу египетского министерства обороны.

Вполне законно белорусы могли продать оружие любой стране, в том числе и Катару. Ну а проследить за дальнейшей судьбой проданного вооружения всегда трудно. Так, Москва, продавая противотанковые ракетные комплексы «Корнет», производящиеся в Туле, специально оговаривала условие, что эти системы не могут передаваться третьим странам и, следовательно, не должны попасть в руки боевиков радикальных и террористических организаций. Тем не менее «Корнеты» попали в арсеналы ХАМАС и «Хезболлы», боевики которых активно используют их при обстреливании израильской территории. Нельзя исключить и того факта, что болгарское или белорусское оружие не было куплено напрямую. Другое дело, что Катар «в каждой бочке затычка».

Почему Доха решила поучаствовать в перевозке оружия сирийским повстанцам? Согласно одной из версий, Катар просто потрафил Анкаре, которая претендует на значительные территории Сирии. Некоторые эксперты полагают, что Доха мстит Дамаску, отказавшему в прохождении катаро-турецкого газопровода по своей территории. Проект предполагал начало этого газопровода в территориальных водах Катара и Ирана и далее, достигнув Турции, он должен был присоединиться к магистральному газопроводу «Набукко», который не был осуществлен.

Дружба после вражды?

Доха заигрывает с еврейским государством в надежде, что израильтяне не будут препятствовать катарским инвестициям в сектор Газа. Понятно, что эти инвестиции, во-первых, могут стать элементом усиления авторитета эмирата во всем регионе Ближнего Востока. Во-вторых, таким образом Катар получает реальный шанс выступить посредником в переговорах между Израилем и ХАМАС в ситуации, когда многолетние посредники Египет и СА поглощены внутренними проблемами и не могут эффективно влиять на ситуацию.

Арабская пословица гласит: «Что слаще халвы? Дружба после вражды». Израиль закрывает глаза на финансирование Дохой Газы миллионами долларов. Но тем не менее никакая «дружба» между еврейским государством и Катаром сегодня по большому счету невозможна. Эксперт по странам Персидского залива Майкл Яари в упомянутой выше статье пишет: «Катар проводит, без сомнения, исключительно пропалестинскую политику, требует полного ухода Израиля с «оккупированных» территорий» и поддерживает «неотъемлемые права палестинского народа» на свое государство».

Израильские политики и военные наивностью не отличаются. Для еврейского государства предпочтительнее посредничество египтян и саудовцев, набивших руку на «охлаждении» горячих хамасовских голов. Катарцы же сами «озабочены проблемой нехватки квалифицированных дипломатов и политических экспертов». Об этом видный российский востоковед Елена Суреновна Мелкумян пишет в статье «Социальная политика Катара в контексте долговременной статегии развития», опубликованной в «Трудах Института востоковедения РАН» (Вып. 11), вышедших в Москве в 2018 году. Автор, в частности, обращает внимание на тот факт, что «в Катаре был создан филиал вашингтонского Georgetown University, готовящий политиков и дипломатов». При этом университете был организован и исследовательский центр, занимавшийся проблемами международных отношений, прежде всего связанных с регионом Персидского залива и Ближнего Востока. Одновременно Институт политики Рэнд-Катар повысил уровень образовательных и исследовательских программ и их технологическое обеспечение.

Посредническую помощь Дохи израильтяне, конечно же, не отвергли. Совсем немного арабских стран выражают готовность сотрудничать с евреями. Эмират Катар, со своей стороны, вошел во вкус и пытается предложить свое «посредничество» не только на Ближнем Востоке. Осенью 2018 года эмир Катара Тамим бин Хамада бен Аль Тани посетил Эквадор, Перу, Парагвай и Аргентину. Визит катарского монарха в страны Латинской Америки объясняется прежде всего поиском Дохой новых стратегических партнеров в связи с политическим и экономическим бойкотом эмирата рядом арабских стран. Абдулла аль-Асба, главный редактор катарской газеты «Аль-Араб», заметил на страницах своей газеты, что посещение правящего катарского монарха четырех южноамериканских стран «призвано способствовать созданию многовекторного альянса между Дохой и Латинской Америкой».

Опять же дипломатической хватки катарцам заметно не хватает. И «без проб и ошибок» дело не обходится. Так, в июле прошлого, 2019 года Доха, поддавшись призыву западноевропейских стран к государствам со значительной долей мусульманского населения, подписала письмо с выражением протеста против политики китайского правительства в отношении мусульман в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Но уже через месяц Доха проинформировала председателя Совета ООН по правам человека Коли Сека о своем решении отказаться от своей подписи. Отказ Катара хотя бы дипломатическим путем защищать своих единоверцев и других меньшинств в далеком Китае, постоянный представитель этого эмирата при ООН Али Аль-Мансури объяснил следующими словами: «Учитывая наше внимание к компромиссу и посредничеству, мы считаем, что соавторство в вышеупомянутом письме поставит под угрозу наши ключевые внешнеполитические приоритеты. В этой связи мы хотим сохранить нейтральную позицию и предлагаем свою посредническую роль». Такой «обратный ход» Дохи едва ли не закономерен, ибо Китай остается третьим по величине торговым партнером Катара.

В принципе ничего не помешает катарцам в любой момент дать задний ход и в характеризуемых ими сейчас как «превосходные» отношениях с еврейским государством. Неудивительно, что в политических и военных кругах Израиля к активной роли Катара в Газе относятся с подозрением. Со своей стороны, Доха не скрывает, что ее заинтересованность в налаживании отношений с евреями выходит далеко за рамки проблем с Газой. Катар, как и другие мусульманские страны, заинтересован в получении доступа к достижениям Израиля в различных областях науки, и особенно в высоких технологиях.

В конце концов, и израильтянам известна арабская пословица: «Поспешность приводит к раскаянию, а осторожность – к благополучию».

Иерусалим


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


"Золотой" магнат Эрдогана помогал отмывать российские капиталы

"Золотой" магнат Эрдогана помогал отмывать российские капиталы

Игорь Субботин

Как дело турецкого бизнесмена поставило под удар несколько стран

0
691
Ближний Восток заговорил на сущностном языке дипломатии

Ближний Восток заговорил на сущностном языке дипломатии

Взаимная выгода как основа геополитического баланса

0
429
Лучшим оружием против Ирана в США признали санкции

Лучшим оружием против Ирана в США признали санкции

Геннадий Петров

Трамп планирует воздействовать на недругов Америки экономически, а не угрозой войны

0
528
России необходима национальная «космическая голова»

России необходима национальная «космическая голова»

Сергей Кричевский

Новая эра освоения Солнечной системы уже началась вопреки пандемии

0
1041

Другие новости

Загрузка...