Всеволод Сахаров В 1700 г. Преображенский и Семеновский полки официально получили звание гвардейских. Но как-то совершенно незаметно прошло в Российской Федерации 300-летие русской императорской гвардии.
А между тем свыше двух веков она находилась на службе России и неизменно пользовалась уважением соотечественников, вызывала удивление иностранцев спокойной, хладнокровной храбростью, верностью, стойкостью, высокой, до мелочей продуманной организацией военной службы и быта, культурой воинского мастерства и мышления. Полки ее с неизменной исполнительностью и профессионализмом участвовали во всех войнах, переворотах, мятежах и революциях, сотрясавших страну и мир в эти "столетья безумны и мудры".
Созданные из беспорядочного "потешного строя всяких чинов людей" для охраны Петра I гвардейские воинские части быстро стали великолепно слаженной, послушной боевой машиной, могучей политической силой, очень многое определявшей и решавшей в жизни военно-феодальной империи. Для этого двести с лишним лет отбирались, воспитывались и обучались военному ремеслу лучшие сыны народа, дворяне и крестьяне, приглашались способные и нужные офицеры из армий других стран. Но главный отбор делали война и история.
В гвардии исправно и отнюдь не формально служили члены царской фамилии, ее полками командовали русские императоры и императрицы. Государи, как правило, знали в лицо каждого гвардейского офицера и многих солдат, особенно старослужащих, доверяли им свою и семьи жизни. Быть гвардейским офицером в царской России значило быть государственным человеком, ибо созданы были не просто отборные части личной охраны императоров вроде швейцарской гвардии французских королей, но правильный, безукоризненно действовавший вооруженный организм, отличавшийся личной преданностью монарху и самозабвенным бесстрашием, властный инструмент, гораздо более совершенный и послушный, чем все остальное государство, в своем уникальном устройстве и "двуедином" личном составе (дворяне-офицеры и крестьяне-солдаты) отразивший облик Российской империи и ее народа.
Этому, как ни странно, способствовали такие неизбежные, часто осуждаемые и высмеиваемые "мелочи", как жестокий гвардейский "цук" и "фрунт", изматывающие парадировки и разводы караулов, бесконечные перемены в мундирах и чинах, соперничество полков, правила офицерской чести, строгие требования полковых собраний, дуэли, особый жаргон и щегольство, серебряные обеденные приборы и наградные чарки, придворные балы, даже знаменитые кутежи. Наконец, надо напомнить, что сам облик отборных гвардейцев был мужественно и великолепно красив, без него невозможно себе представить нашу классическую литературу, живопись и скульптуру, музыку, архитектуру, декоративное искусство. Офицеры получали отличное воспитание и образование в Пажеском и кадетских корпусах, училищах, школах; в гвардии служили многие русские литераторы - от Державина, Дениса Давыдова и Лермонтова до Афанасия Фета, а известный поэт "К.Р.", он же великий князь Константин Константинович, командовал лейб-гвардии Преображенским полком. Императорская гвардия жила вековыми традициями и потому стала неотъемлемой и важной частью русской истории и культуры.
Именно поэтому после 1917 г. гвардейцы, офицеры и солдаты составили костяк белых армий, командовали ими (вспомним конногвардейца Петра Врангеля и преображенца Александра Кутепова), мужественно сопротивлялись большевикам до конца, а затем - оставшиеся в живых - ушли из России сами и унесли с собой мундиры, ордена, оружие, знамена, штандарты, наградные серебряные трубы и литавры, полковые иконы, архивы - все то, что сохраняло облик русской гвардии в веках. Это и стало для них высшей наградой "за веру и верность".
Дарья Гармоненко