0
7101
Газета История Интернет-версия

26.11.2020 23:00:00

«Виновны в государственной измене и пособничестве врагу»

Как в Третьем рейхе подожгли «Советский рай»

Борис Хавкин

Об авторе: Борис Львович Хавкин – доктор исторических наук, профессор Историко-архивного института РГГУ.

Тэги: вторая мировая война, гитлер, геббельс, третий рейх, советский рай, заксенхаузен, гитлерюгенд, герберт баум


43-15-1480.jpg
Герберт Баум в 20 лет возглавил ячейку
«Немецко-еврейского молодежного
сообщества».  Фото с сайта www.gdw-berlin.de
На втором году войны гитлеровской Германии против Советского Союза в столице Третьего рейха была организована выставка «трофеев», вывезенных оккупантами с временно захваченных советских территорий. Выставка называлась «Советский рай». Это издевательское название было расхожим штампом нацистской пропаганды; оно широко использовалось в книге «Письма солдат с фронта» и в киножурнале «Немецкое еженедельное обозрение». Власти Третьего рейха стремились представить агрессию против СССР как «освободительный поход» против коммунистов и евреев. По задумке рейхсминистра пропаганды и народного просвещения Йозефа Геббельса, посетившие «Советский рай» немцы должны были воочию убедиться, до какого состояния довели русский народ «жидобольшевики», от «ига» которых «освобождают» России «доблестные германские войска».

8 мая 1942 года Геббельс торжественно открыл выставку «Советский рай». В центре Берлина в Люстгартене («Сад удовольствий») на 9 тыс. кв. м были сооружены павильоны, в которых были представлены фотографии, картины, макеты, трофейные предметы и оружие. Главной частью выставки была искаженная реконструкция одного из районов Минска, а также советской деревни, в которой люди жили в землянках. Некоторые фотографии советского быта были инсценированы с использованием советских военнопленных – узников концлагеря Заксенхаузен, расположенного в пригороде Берлина.

На подготовку экспозиции, в которой участвовали лучшие берлинские музейщики, художники, архитекторы, ушло несколько месяцев. Согласно анонсу, выставка должна была наглядно продемонстрировать «бедность, нищету, упадок и разложение» в Советском Союзе. Таким образом, национал-социалисты пытались оправдать свою войну против СССР и укрепить моральный дух немцев, обеспокоенных провалом блицкрига на Восточном фронте и поражением вермахта под Москвой. Разумеется, экспонаты выставки не рассказывали о варварском обращении оккупантов с военнопленными красноармейцами, о жестокостях в отношении мирного населения на захваченной гитлеровцами советской земле, о преступной политике уничтожения евреев.

По официальным данным, выставку в Люстгартене посетили 1,3 млн человек – более трети населения Берлина. Секрет столь высокой популярности «Советского рая» был прост: кроме обязательных организованных экскурсий рабочих, служащих, студентов, молодежи из «Гитлерюгенда» и «Союза немецких девушек», через выставку прошли войска, отправлявшиеся на Восточный фронт. Воинские эшелоны специально останавливались в Берлине для посещения солдатами выставки.

Но триумф нацистской пропаганды был сорван. 18 мая 1942 года берлинские антифашисты подожгли «Советский рай». В акции участвовали члены группы Герберта Баума, в которую входили евреи – принудительные рабочие – коммунисты, социалисты и сионисты. Поджог «Советского рая» был знаком солидарности с СССР, сражавшимся с нацистской агрессией. С борьбой Советского Союза немецкие евреи связывали свое освобождение и спасение своих соплеменников, еще остававшихся в живых. Группу Баума поддержали немцы-антинацисты из организации Харро Шульце-Бойзена и Арвида Харнака (она известна как берлинская часть «Красной Капеллы») и коммунистической группы Роберта Урига. Подпольщики выпустили листовку: «Постоянная выставка – нацистский рай: война, голод, ложь, гестапо. Долго ли еще? Сколько еще это будет продолжаться?» В распространении листовки участвовали 60 человек.

Секретный отчет тайной государственной полиции (гестапо) от 27 мая 1942 года относил нападение на выставку «Советский рай» к «важнейшим политическим событиям» в Германии: «Гестапо удалось внедриться в Берлине в нелегальную коммунистическую группу, которая была создана вскоре после начала войны с Советским Союзом и занималась вплоть до последнего времени изготовлением и распространением материалов подрывного характера, расклеивала в Берлине коммунистические листовки и создала общество подслушивания. Этой группой планировались диверсионные акты, в частности, 18 мая нападение на выставку «Советский рай» в берлинском Люстгартене, для чего в некоторых помещениях были подложены зажигательные устройства. Однако своевременное вмешательство помогло предотвратить причинение большого ущерба. Во время акции против этой группы были арестованы 22 человека, имена прилагаются, среди них 7 евреев или полукровок 1-й степени».

22 мая 1942 года были арестованы участники нападения на выставку Герберт и Марианна Баум, Хейнц Иоахим, Сала Кохман, Герд Мейер, Сюзанна Вессе и Ирена Вальтер. Затем в застенки гестапо попали еще 25 членов группы Баума. 29 мая 1942 года, через 11 дней после поджога «Советского рая», начальник «еврейского реферата» Главного управления имперской безопасности оберштурмбаннфюрер СС Адольф Эйхман сообщал члену правления «Имперского объединения евреев в Германии» Рихарду Левенгерцу, что в связи с нападением на выставку «Советский рай» в Берлине, в котором принимали активное участие пять евреев, были арестованы 500 евреев, из которых 250 расстреляны, а другие 250 отправлены в концлагерь. Было заявлено, что следует ожидать продолжения карательных мероприятий, если акции саботажа со стороны евреев будут продолжаться. Левенгерцу поручалось довести эту информацию до сведения евреев и объяснить им последствия своих действий.

Упомянутые Эйхманом 250 заложников были расстреляны во дворе казармы СС в берлинском районе Лихтерфельде; их родственники отправлены в концлагерь Терезиенштадт. Женам убитых заложников при регистрации в концлагере эсэсовцы сообщали, что они уже стали вдовами. Еще 250 заложников были казнены в концлагере Заксенхаузен и в лагерях уничтожения на Востоке.

Однако в немецкой прессе, подцензурной ведомству Геббельса, не сообщалось ни о нападении на выставку «Советский рай», ни об аресте группы Баума, ни о расстреле 500 евреев. Национал-социалисты пытались сделать все возможное, чтобы скрыть от общественности деятельность группы Герберта Баума: в отличие от понятия «борющиеся левые» такое понятие, как «борющиеся евреи», не имело права на существование даже как образ врага.

Распоряжение Эйхмана за каждого еврея – участника Сопротивления расстреливать по 50 его единоверцев, было дополнено Геббельсом, который был также гауляйтером (руководителем партийно-государственного округа) Берлина: Геббельс предложил «за каждую попытку покушения или проявление неповиновения со стороны евреев за каждого непокорного еврея расстреливать 100 или 150 его соплеменников, находящихся в наших руках».

Эти угрозы должны были продемонстрировать немецким евреям безысходность ситуации. Каждый еврей, осмелившийся на сопротивление, должен был осознать, что своими действиями он обрекает верную смерть сотни своих соплеменников и единоверцев. В то же время участники Сопротивления навсегда разрушили представление о еврее, который, не сопротивляясь, позволяет себя убивать.

16 июля 1942 года в Имперском народном трибунале начался процесс над группой поджигателей. Герберт Баум не дожил до суда: он погиб 11 июня 1942 года. Было ли это самоубийство, или он умер в результате пыток, примененных к нему по приказу начальника берлинского управления гестапо Отто Бовензипена – неизвестно. Марианна Баум, Герд Мейер, Хайнц Иоахим, Ирена Вальтер, Сала Кохман, Сюзанна Вессе были казнены в берлинской каторжной тюрьме Плетцензее 18 августа 1942 года Салу Кохман принесли на казнь на носилках из еврейской больницы на Иранише Штрассе. Чтобы избежать пыток, она выбросилась из окна гестаповской тюрьмы и сломала позвоночник. Как гласил расклеенный на афишных тумбах кроваво-красный плакат со зловещими черными буквами, 18 августа 1942 года на рассвете в Берлине была казнена группа евреев-поджигателей, мужчины и женщины от 23 до 33 лет. Были названы имена казненных с предписанным «арийскими законами» вторым именем – Сара для женщин и Израиль для мужчин. Палач справился со своей задачей за 27 минут.

10 декабря 1942 года пошел процесс над членами группы Баума, которые непосредственно не участвовали в поджоге «Советского рая». Государственный обвинитель Виттман требовал для всех обвиняемых смертной казни, так как они «виновны в государственной измене и пособничестве врагу». Суд в составе председателя – вице-президента Имперского народного трибунала д-ра Кроне и заседателя – судебного советника Пройснера удовлетворил требование прокурора. 9 обвиняемых были приговорены к смерти. Обоснование приговора гласило, что «обвиняемые являются евреями и как таковые должны вести себя тихо, а не так, как это было в 1914–1918 годах, когда евреи нанесли Германии удар ножом в спину». 4 марта 1943 года Хейнц Ротхольц, Зигберт Ротхольц, Хейнц Бирнбаум, Лотар Салингер, Хельмут Нейман, Хелла Хирш, Ханни Мейер, Марианна Иоахим и Хильдегард Леви были казнены в тюрьме Плетцензее. По распоряжению министра юстиции их трупы были переданы в анатомический театр Берлинского университета.

Третий, последний процесс против членов группы Баума состоялся 14 июня 1943 года. Обвиняемые Мартин Кохман, Феликс Хейман и Херберт Буджиславски по требованию прокуроров Виттмана и Лаутца были приговорены к смерти, так как они «состояли в еврейско-коммунистической группе и тем самым помогали врагам Германии». Их казнили в сентябре 1943 года. На суде обвинитель Лаутц подчеркивал, что «на собраниях этой группы превозносился главный враг Германии – большевизм. Обвиняемые утверждали, что победа большевизма приведет к решению еврейского вопроса в интересах евреев. При этом евреи изучали мировоззрение большевизма, чтобы способствовать большевистской революции в Германии».

При строго контролируемых полицией многочисленных запретах, ограничениях и постоянных унижениях, делавших повседневную жизнь евреев в нацистской Германии невыносимой, вообще странно, что стали возможным какие-либо акции еврейского Сопротивления в Третьем рейхе. Все члены группы Баума были молодыми людьми от 19 до 40 лет. Они происходили из мелкобуржуазных и пролетарских еврейских семей. Их родители до 1933 года были ремесленниками, лавочниками, мелкими служащими, наемными рабочими. Самые молодые члены группы еще не имели среднего специального или высшего образования и едва ли могли его получить в нацистском государстве. Почти все члены группы Баума ранее состояли в «Немецко-еврейском молодежном сообществе». Они часто выезжали в зеленые районы на окраинах Берлина, совершали турпоходы по его окрестностям. «Мы много разговаривали. Обсуждали важные жизненные вопросы, на которые дети всегда ищут ответы», – вспоминал Герхард Цадек, один из участников «Немецко-еврейского молодежного сообщества».

43-14-1480.jpg
Выставка «Советский рай» должна была
продемонстрировать, до какого состояния
довели русский народ «жидобольшевики»,
от «ига» которых «освобождают» Россию
«доблестные германские войска».
Открытка 1942 года
Юные любители походов чувствовали себя в Германии как дома даже тогда, когда штурмовики уже маршировали по Берлину. Члены кружка Герберта Баума перестали надеяться на счастливый исход лишь после погрома в «Хрустальную ночь» 9–10 ноября 1938 года. Они сообща ушли в подполье. В 1938–1939 годах Герберт Баум объединил вокруг себя группу молодых людей, в которую входили около 70 человек – левые сионисты, социалисты и коммунисты. В дальнейшем она выросла до 150 человек.

Руководитель организации Герберт Баум родился в 1912 году в польском городе Мосине, который после раздела Польши в 1792 году стал принадлежать Пруссии, и вырос в Берлине. Его отец был бухгалтером. После школы Герберт Баум получил специальность электрика; посещал вечерние инженерные курсы в Берлинской высшей школе техники им. Христиана Бойта, но в 1935 году был исключен как еврей. В 20 лет возглавил ячейку «Немецко-еврейского молодежного сообщества». Был членом Коммунистического союза молодежи Германии, руководил подпольной коммунистической молодежной ячейкой берлинского района Юго-восток, был связан с нелегальным центром Компартии Германии (КПГ) Берлина под руководством Роберта Урига, который, как писала коммунистическая историография ГДР и СССР, «стремился, чтобы члены организации Баума постоянно ощущали солидарность Коммунистической партии с ним и ее готовность оказать им необходимую поддержку». Изданная в ГДР «История германского рабочего движения», не говоря о разных политических взглядах членов группы Баума и явно преувеличивая роль КПГ, даже утверждала, что «ведущие коммунистические функционеры учили ее членов (членов группы Баума. – Б.Х.) видеть сущность гитлеровского фашизма не только в терроре против евреев, но и угнетении всего немецкого народа и поэтому активно бороться за его свержение». При этом игнорировался факт, что нелегальное руководство КПГ отдало распоряжение, что товарищи по партии еврейского происхождения по конспиративным причинам не должны больше работать в коммунистических подпольных группах. Об этом есть свидетельство Шарлотты Хольцер, единственной пережившей Холокост участницы группы Баума.

Деятельность группы Баума велась в соответствии с широкой антифашистской программой, под которой могли подписаться и коммунисты, и социал-демократы, и левые сионисты, и беспартийные евреи и немцы: «1. Серьезная политическая учеба всех членов группы; 2. Каждый обязан создавать у себя на производстве опорные антифашистские ячейки; формами борьбы являются протест против сверхэксплуатации, замедление работы, пассивное сопротивление, саботаж, забастовки; 3. Борьба с антисоветской пропагандой, воспитание чувства интернационализма в отношении иностранных рабочих и евреев; помощь военнопленным красноармейцам; 4. Размножение пропагандистских материалов антифашистского характера, распространение их среди населения и переправка в воинские части, находящиеся на советско-германском фронте».

Почему же произошло удивительное на первый взгляд объединение сионистов с коммунистами и социалистами еврейского происхождения? Ответить на этот вопрос можно, если попытаться представить себе, что значило в 1939 году, когда группа Баума начала свою работу в Сопротивлении, быть евреем в нацистской Германии. К этому году евреи были отгорожены от так называемого немецкого народного сообщества Нюрнбергскими расовыми законами и сотнями других законов и распоряжений, претворяемых в жизнь не только убежденными нацистами, но и большинством простых немцев-членов «народного сообщества», а также чиновниками, юристами, полицией, армией, прессой, школой и т.д. Евреи были лишены не только своих гражданских прав, но и, как правило, потеряли свои рабочие места и места на студенческой скамье. Евреи лишались большинства гражданских и имущественных прав, попали под надзор полиции, в их паспортах ставился красный штамп «J» («юде») и вписывалось второе принудительное имя: мужчинам – Израиль, женщинам – Сара. С сентября 1941 года все евреи были обязаны носить на одежде желтую шестиконечную звезду. Евреев терроризировали как государство, так и отдельные нацисты; большинство немецких христиан сторонились евреев, относились к ним с презрением и враждой. Значительная часть «простых немцев» писала доносы на своих соседей-евреев. К этому следует добавить многочисленные запреты: евреям запрещалось служить в госучреждениях, вступать в браки с арийцами, посещать общеобразовательные школы, университеты, театры и кинотеатры, концерты, выставки, общественные парки, бани и бассейны, преподавать во всех видах учебных заведений (кроме еврейских), лечить и обслуживать не евреев, покупать газеты (кроме еврейских), работать в научных учреждениях, владеть автомобилями и ездить на них, иметь свои предприятия (кроме мелких семейных лавок и мастерских), владеть недвижимостью, наследовать от арийцев имущество, держать домашних животных, пользоваться общественными телефонами, владеть и пользоваться радиоприемниками и пишущими машинками; вводились ограничения на общественном транспорте. Нормы снабжения евреев по продуктовым карточкам были значительно ниже арийских; на отоваривание карточек отводился лишь час – с 16 до 17 часов. За торговлю и обмен вещей на продукты на черном рынке полагался концлагерь.

Перед лицом исключения из «народного сообщества», диффамации, эксплуатации, ограбления и преследования евреев как таковых сотрудничество сионистов, социалистов и коммунистов еврейского происхождения становится понятным. Для еврейских юношей и девушек не имело значения, кто из них пришел из сионистских, коммунистических или социалистических организаций, кто из них был из пролетарской, кто из буржуазной семьи. В итоге важным оставалось лишь то, что их объединяло: а именно ненависть к нацизму и принадлежность к преследуемому меньшинству, которое отнюдь не пользовалось симпатией и поддержкой подавляющего большинства нееврейского населения Германии. Баум был убежден (и постоянно говорил об этом своим товарищам), что только борьба против фашизма является единственным действенным оружием против антисемитизма.

На вопрос, кем были члены группы Баума – немецкими антифашистами, сионистами, социалистами или коммунистами, однозначного ответа нет. Ясно одно: это была важнейшая молодежная организация еврейского антигитлеровского Сопротивления в Германии. О причудливом переплетении в мировоззрении Герберта Баума и его друзей идей антифашизма, коммунизма и сионизма говорит тот факт, что их листовки по форме и содержанию мало отличались от воззваний «Белой Розы», «Красной капеллы», «Свободной Германии» и других немецких антифашистских групп. В то же время, когда этих мужественных людей вели на казнь, они пели еврейские народные песни и коммунистический гимн Интернационал.

Члены группы Баума не собирались безропотно сносить свое рабское существование. В 1939–1940 годах они неоднократно жаловались в Немецкий рабочий фронт (официальные профсоюзы) на крайне низкие зарплаты и чрезвычайно плохие условия труда еврейских принудительных рабочих. В мае 1940 года на еврейском кладбище Берлин-Вайсензее они устроили поминки по коммунистическому молодежному функционеру и руководителю еврейских узников концлагеря Бухенвальд Руди Арндту, убитому нацистами 3 мая 1940 года. В демонстрации, несмотря на тотальный контроль и террор гестапо, участвовали от 40 до 70 человек: поминки превратились в акт сопротивления.

Одной из основ военной экономики Третьего рейха был подневольный труд. С началом Второй мировой войны немецкие евреи были мобилизованы на принудительные работы. В 1941 году Герберт Баум, его жена Марианна и другие члены группы работами в особых «еврейских цехах» на заводах «Эльмо» фирм «Сименс» в берлинском районе Шпандау и АЕГ в районе Трептов. В «еврейских цехах» в каторжных условиях трудились сотни «еврейских рабов», которые носили спецовки со звездой Давида и надписью «юде». Здесь в обстановке секретности высокими темпами велось производство сердечников электродвигателей для подводных лодок. Электрик Баум научил своих товарищей изолировать якорную обмотку с таким расчетом, чтобы на заводских испытаниях она выдерживала напряжение, но при рабочей эксплуатации быстро выходила из строя. Весной 1942 года участникам группы Сопротивления удалось уничтожить склад готовой продукции. Гестапо долго не могло выявить саботажников.

Все контакты евреев с арийскими коллегами, а также иностранными рабочими были запрещены. Однако через француженку Сюзанну Вессе (она была связана с группой Сопротивления через родственника – еврея-коммуниста Феликса Хеймана) Герберт Баум и его товарищи сумели установить контакт с молодыми французами. Для них составлялись листовки на французском языке о положении на фронте. С помощью французских рабочих члены группы Баума получили возможность пользоваться документами (подлинными и фальшивыми) иностранных рабочих, что позволяло обходить запреты и ограничения, наложенные нацистами на евреев.

Печатать и распространять антифашистские листовки и нелегальные брошюры Бауму и его друзьям помогали Сюзанна Вессе и немка Ирена Вальтер – им как не евреям разрешалось иметь пишущие машинки. Тексты листовок обсуждались и составлялись коллективно. Материалы на немецком языке были предназначены немцам – представителям разных социальных групп и профессий. Например, листовка, адресованная немецким врачам, гласила: «Растущая массовая смертность от туберкулеза легких, тифа, скарлатины и дифтерии, гриппа, язвы желудка в последнее время – это следствие полуголодного рациона немецкого народа. Это знаем не только мы – медики, осознающие свою ответственность перед Германией. Мы знаем также, что дальнейшее систематическое ухудшение режима питания и жилищных условий вследствие этой безумной войны создает благоприятные условия для массовых эпидемий. Призрак голода уже рядом! Вопреки обещаниям господ из гитлеровского правительства, отвечающих за то, чтобы продовольственных запасов хватило бы в случае длительной войны, нас, кроме сокращения нормы до 35 продовольственных карточек, ждет новое сокращение продовольственного рациона. Каждый врач вынужден сегодня признать, что трудящееся население находится на пределе физических возможностей… Народ стоит накануне катастрофы! Коллеги, хотите ли вы и дальше быть соучастниками надвигающейся катастрофы, которая неминуемо разразится, если вы будете поддерживать Адольфа Гитлера в бесперспективной войне, которую он ведет с целью удовлетворения своего преступного властолюбия? Свержение Гитлера – спасение Германии. Должен ли Гитлер действительно стать могильщиком Германии? Этого нельзя допустить. Вместе со всеми антифашистами – трудящимися Германии схватите его за руки. Германия сохранит себя, если свергнет Гитлера. В таком случае миллионы немцев сохранят свои жизни. Германии не будет, если мы погибнем! Германия будет жить, если мы живы!.. Поэтому лучшие немцы – это смертельные враги Гитлера!»

В ноябре 1941 года группа Баума в форме обращения к соотечественникам опубликовала обширный материал, в котором был дан анализ ситуации, сложившейся после нападения Германии на СССР: «Мы, коммунисты, можем с гордостью сказать, что именно благодаря мужественному отпору наших русских братьев и товарищей гитлеровская стратегия молниеносных войн потерпела провал... Ход войны на Восточном фронте докажет, что усилия и жертвы СССР были не напрасны, что ему с помощью свободолюбивых народов мира удастся уничтожить алчный фашизм». Авторы листовки объясняли немцам, что их участие в «попытке эксплуататоров сокрушить самый свободолюбивый народ мира» было бы изменой их собственным интересам. Советский Союз всегда был вашим другом». Для гитлеровцев же «Советский Союз станет адом, из которого не будет никакого спасения». Изготовление и распространение листовок было делом очень опасным: берлинцы, в чьи почтовые ящики попадали листовки, как правило, сразу же сообщали об этом в полицию.

В центре деятельности молодых антифашистов было стремление предотвратить депортацию берлинских евреев в гетто и концлагеря, подготовить их бегство и переход на нелегальное положение. Для этого нужны были фальшивые документы, которые можно было достать за большие деньги. 20% зарплаты, которые еженедельно добровольно жертвовали члены группы на общее дело, для этого было явно недостаточно. Юноши и девушки из группы Баума решили достать деньги, изымая ценные вещи у богатых евреев: эти дорогие вещи все равно подлежали бы конфискации. 9 мая 1942 года берлинские газеты сообщили о нападении на квартиры богатых евреев с целью ограбления. Однако продать ценные вещи, награбленные в богатых квартирах, «налетчики» так и не смогли: описание вещей было известно полиции, которая передала эти сведения всем берлинским антикварам и скупщикам ценностей.

Кульминацией и в то же время концом существования группы Баума стала отчаянная акция – нападение на нацистскую выставку «Советский рай». В 1981 году в Люстгартене, в центре Восточного Берлина, тогдашней столицы ГДР, по проекту архитектора Юргена Рауэ был установлен мемориальный камень со словами: «Не забыты мужество и стойкость молодых коммунистов руководимой Гербертом Баумом антифашистской группы Сопротивления. – Связанные дружбой с Советским Союзом на вечные времена».

В 2000 году этот камень был покрыт стеклянной плитой с именами членов группы Баума. Надпись гласит: «Этот мемориальный камень документирует сегодня мужественную акцию Сопротивления 1942 года, понимание истории в 1981 году и нашу вечную память о Сопротивлении против нацистского режима».

Мемориальная доска установлена в Берлине на доме № 3 по Гипсштрассе, где жили Мартин и Сала Кохман: «В этом доме жили борцы Сопротивления из группы Баума – Сала Кохман, казненная фашистами в Плетцензее 18.08.1942 г. и Мартин Кохман, казненный фашистами в сентябре 1943 г. Их борьба – это наша борьба!» 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Как лайнер «Вильгельм Густлов» чуть не потопили второй раз

Как лайнер «Вильгельм Густлов» чуть не потопили второй раз

Сергей Черных

Можно ли отличить крысу от свеклы

0
1107
Несокрушимый генерал Мороз

Несокрушимый генерал Мороз

Александр Братерский

Новогодняя сказка военного быта

0
4098
Неизвестно о чем, непонятно зачем

Неизвестно о чем, непонятно зачем

Владимир Петросян

Об удивительных рассуждениях публициста Сергея Самарина

0
3960
Обретение через потери

Обретение через потери

Ольга Дунаевская

Странная страна Амероссия в лицах и судьбах

0
912

Другие новости

Загрузка...