0
2565
Газета История Интернет-версия

23.03.2023 20:32:00

Орден святого Владимира с ножом и вилкой

Как в царской России и в Советском Союзе боролись с награждениями псевдогероев

Максим Кустов

Об авторе: Максим Владимирович Кустов – военный историк.

Тэги: история, россия, ордена


10-14-1480.jpg
Так выглядел настоящий орден
св. Владимира IV степени с мечами и бантом.
Фото с сайта www.culture.ru
Ситуация, когда истинные герои остаются вовсе без наград или награждены очень скромно, а личности, близкие к начальству, складам и кухне и весьма далекие от боевой страды увешаны наградами, – такая ситуация, наверное, вечна как сама война. Неслучайно в царской армии популярна была шутка: «За что у вас Владимир с бантом?» – «Я был при штабе адъютантом».

Адъютанты, впрочем, бывали разные. Князь Андрей Болконский, адъютант фельдмаршала Кутузова, обеспечивает связь с войсками на поле боя, пробирается к своим по открытой местности, при Аустерлице ранен в голову, на Бородинском поле получает смертельную рану в живот. Адъютант при штабе, особенно в позиционной войне, – по большей части канцелярист.

«СТУПАЙ В СТРОЙ И ЗАСЛУЖИ»

Порочная практика награждений касалась не только офицеров, но и «нижних чинов». Журналист Владимир Гиляровский в Русско-турецкую войну 1877- 1878 годов сражался в команде пластунов. В наше время их назвали бы спецназовцами. Пластуны не готовились для регулярных сражений в общем пехотном строю. Тихо подобраться к неприятельскому посту, уничтожить его, захватить «языка», – это были задачи пластунов, которые они успешно выполняли.

Но пришло время получать награды. «По взглядам начальства, это была какая-то полувойна. Это наши удальцы с огорчением узнали только тогда, когда нам за действительно боевые отличия прислали на пластунскую команду вместо георгиевских крестов серебряные медали на георгиевских лентах... На шестьдесят оставшихся в живых человек, почти за пять месяцев отчаянной боевой работы, за разгон шаек, за десятки взятых в плен и перебитых в схватках башибузуков, за наши потери ранеными и убитыми, нам прислали восемь медалей, которые мы распределили между особенно храбрыми», – писал Гиляровский.

Обидно, конечно, было провоевать пять месяцев в таком специфическом подразделении и остаться без награды. При том, что в то же время награды могли легко достаться не нюхавшей пороха прислуге начальства.

Военный корреспондент Василий Немирович-Данченко (писатель, старший брат знаменитого театрального режиссера) писал о герое среднеазиатских походов и войны за освобождение Болгарии (1877–1878) генерале Михаиле Скобелеве:

«В скобелевском отряде ни разу не практиковался обычай вешать кресты на прислугу. В других – крестами щеголяли денщики и кучера разных генералов, здесь – никогда. Круковский, денщик Скобелева, живший с ним в траншее, не смел и думать о таком отличии. Раз было он заикнулся... «Ступай в строй и заслужи... За чистку сапог Георгиевские кресты не вешают».

Георгиевские кресты для кучеров и денщиков – это сильно. Понятно, что истинный воин Михаил Скобелев такого допустить не мог. Увы, далеко не все военачальники следовали его примеру – сплошь и рядом «вешались кресты» за чистку сапог.

«ГЕОРГИЙ» ЗА ПРЫТЬ И НАХОДЧИВОСТЬ

Иногда награду можно было получить просто случайно, или благодаря собственной расторопности. Вот что писатель Викентий Вересаев, бывший военным врачом на русско-японской войне 1904–1905 годов, отмечал по этому поводу:

«Под конец боя бараки посетил наместник и раздавал раненым солдатам Георгиев. По уходе наместника все хохотали, а его адъютанты сконфуженно разводили руками и признавались, что, собственно говоря, всех этих Георгиев следовало бы отобрать обратно.

Идет наместник, за ним свита. На койке лежит бледный солдат, над его животом огромный обруч, на животе лед.

– Ты как ранен?

– Значит, иду я, ваше высокопревосходительство, вдруг ка-ак она меня саданет, прямо в живот! Не помню, как, не помню, что...

Наместник вешает ему Георгия. Но кто же была эта она? Шимоза? О, нет: обозная фура. Она опрокинулась на косогоре и придавила солдата-конюха. Порохового дыма он и не нюхал.

Получили Георгия солдаты, раненные в спину и в зад во время бегства. Получили больше те, которые лежали на виду, у прохода. Лежавшие дальше к стенам остались ненагражденными. Впрочем, один из них нашелся; он уже поправлялся, и ему сказали, что на днях его выпишут в часть. Солдат пробрался меж раненых к проходу, вытянулся перед наместником и заявил:

– Ваше высокопревосходительство! Прикажите выписать меня в строй. Желаю еще послужить царю и отечеству.

Наместник благосклонно оглядел его.

– Это пусть доктора решают, когда тебя выписать. А пока – вот тебе.

И повесил ему на халат Георгия.

Теперь пришлось поверить и слышанным мною раньше рассказам о том, как раздавал наместник Георгиев; получил Георгия солдат, который в пьяном виде упал под поезд и потерял обе ноги; получил солдат, которому его товарищ разбил в драке голову бутылкою. И многие в таком роде».

Наместником Его Императорского Величества на Дальнем Востоке тогда был адмирал Евгений Алексеев. Его метод награждения раненых из нижних чинов никак нельзя признать удачным.

«УБЕРЕЧЬ КОМАНДИРА ПОЛКА ОТ БЛОХ И КЛОПОВ»

Юрий Макаров, офицер лейб-гвардии Семеновского полка вспоминал о самом возмутительном случае незаслуженного награждения, которое организовал его полковой командир. Произошло это во время Первой мировой войны:

«Через четыре месяца войны весь его многочисленный и бесполезный штаб щеголял с малиновыми крестиками на кителях… Офицеры все это терпели и выносили, пока наконец со своими представлениями он не перешел последних пределов и не выхлопотал орден Владимира с мечами и бантом молодому офицеру, который ни одного дня не был в строю. Офицер этот, подпоручик К. … официально состоял начальником обоза 1-го разряда, то есть заведывал перевозкой офицерских вещей и офицерского собрания. Он же был и хозяином собрания. Хотя и сын почтенного человека, К. с первых же шагов на войне выявил себя ловчилой самого высокого класса. По собственной охоте он занял при командире полка должность среднюю между метрдотелем, личным секретарем и старшим денщиком».

Надо отметить, что начальник обоза обязанности денщика выполнял превосходно: «Чтобы его превосходительство (командир гвардейского полка был генерал-майором по званию – М.К.) был хорошо устроен на ночлег, чтобы, не приведи Бог, не покусали его блохи и клопы, чтобы был он хорошо и вкусно накормлен – обо всем этом К. пекся с чисто сыновней любовью и заботливостью».

Когда же подпоручик К. рискнул надеть свой орден, против него был составлен заговор:

«Душою заговора был лихой офицер пулеметчик Георгий Бремер. Сговорившись с несколькими товарищами, Бремер послал в Петербург к Фокину (самый лучший магазин офицерских вещей, помещался на Караванной) весьма необыкновенный заказ. Нужно думать, что ни до, ни после Фокину таких заказов исполнять не приходилось. По подробной инструкции с рисунком Фокину поручалось изготовить самой лучшей работы орден Владимира IV степени, но в то место, куда крест-накрест вставляются золотые мечи, ему предлагалось вставить золотые же... нож и вилку. За такую необычайную работу Фокин запросил полтораста рублей. Заговорщиков это не остановило. На войне у всех денег было много и заказ был подтвержден.

Через месяц Георгий Бремер получил из Петербурга посылку. В посылке вместе с другими вещами, находилась синяя сафьянная коробочка, а в ней на подушечке белого бархата, блестя золотом и эмалью, артистически сработанный, покоился чудовищный орден». Сафьянную коробочку герою преподнесли торжественно, в присутствии многих офицеров. Когда подпоручик К. рассмотрел, что ему вручили, он побледнел и исчез. Командир полка выхлопотал ему свидетельство о контузии – и бывший начальник обоза навсегда покинул Семеновский полк.

Впрочем, командир полка попытался отомстить лихому пулеметчику Бремеру. Пригрозил отдать его под суд за «профанацию императорских орденов». Вот только в Семеновском полку служило четверо офицеров – братьев Бремеров. Двое из них к тому времени погибли в боях. И его превосходительство решил дело до суда не доводить…

НАГРАДЫ «ЗА ОТДЕЛЬНЫЕ УСЛУГИ»

И во время Великой Отечественной, увы, не всегда награды находили истинных героев. Правда, командование это замечало и время от времени принимало меры. 7 июля 1944 года, например, заместитель наркома обороны маршал Александр Василевский подписал приказ о случаях неправильных награждений и злоупотреблений во 2-й гвардейской воздушно-десантной Проскуровской дивизии.

Некий П., бывший начальник административно-хозяйственной части (АХЧ), «ничем не проявивший себя, кроме подхалимства, и в боях не участвовавший», был награжден орденом Красной Звезды. Полковник, бывший начальник штаба дивизии, после награждения начальника АХЧ написал ему записку: «Я тебе обещал дать «Звездочку» – и дал, а ты обещал две банки горючего – и не даешь».

Старший лейтенант К., помощник начальника штаба по учету 5-го гвардейского воздушно-десантного полка сам составлял на себя наградные листы и по ним был дважды награжден орденом Красной Звезды. Но К. слишком обнаглел: когда в третий раз представлял себя к тому же ордену, указал, что якобы спас боевое знамя полка, чего на самом деле не было. На этом и попался.

При этом К. не только себя наградами увешивал, но и нужных людей не забывал. Например, он обещал сапожнику С., что если тот пошьет ему сапоги, получит медаль «За боевые заслуги». В приказе было отмечено: «Правительственные награды работниками штаба обещались за отдельные услуги: за пошивку сапог, выдачу нового костюма, за выдачу горючего, за сожительство».

Временно исполнявший должность начальника штаба дивизии майор П. по прибытии нового командира дивизии полковника Ч. подсунул ему на утверждение наградной материал на старшину С. – «недисциплинированного, грубого в обращении с офицерами и не имеющего вообще никаких боевых заслуг». Старшина, узнав, что приказом комдива он награжден не орденом, а медалью «За отвагу», заявил начальнику отделения кадров: «Можете ее взять себе, так как медаль мне не нужна». Чем же это старшина С. был так полезен майору П., что мог позволить себе такую вопиющую наглость?

При этом действительно отличившихся солдат и офицеров могли оставить без заслуженных наград. Не прошел, например, наградной лист на гвардии лейтенанта Антипова, лично сбившего из винтовки самолет противника. Майор административной службы Г., начальник 4-го отделения штаба дивизии, наложил резолюцию: «Лучше изложить реляцию, осветить в ней ранее совершенные заслуги и подвиги».

Не получил награду и сержант Калинин, который возглавил роту после ранения командира и пять раз водил ее в атаку. Резолюция была такова: «А где были офицеры, что ротой командовал сержант»? Мысль, что офицеры выбыли из строя из-за ранений или гибели майору Г. в голову не пришла. Хотя случаи, когда из-за убыли офицеров ротами командовали сержанты или даже рядовые, возникали постоянно…

В приказе маршала Василевского были объявлены наказания за эти безобразия. Тяжелыми эти наказания назвать трудно, особенно для той суровой эпохи. Например, полковника П. приказано понизить в воинском звании до подполковника, а майора административной службы Г. – до капитана той же службы.

Помощник начальника штаба полка старший лейтенант К., выписывавший самому себе ордена, был отстранен от должности, снижен в звании до лейтенанта и назначен с понижением. Военному совету 18-й армии указали на недостаточное принятие мер по наведению порядка в деле награждения в этой дивизии. Обошлось даже без заседания военного трибунала. А ведь тому же К., например, штрафной батальон помог бы понять, как именно боевые награды настоящим воинам достаются.

Разумеется, не стоит обобщать приведенные примеры. И в войнах времен царской России, и в советскую эпоху большинство боевых наград солдаты и офицеры получали заслуженно. Но, как говорится, имели место и такие безобразные факты.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Насколько немецкие политики осознают ответственность за будущее собственной страны

Насколько немецкие политики осознают ответственность за будущее собственной страны

Олег Никифоров

Скептический юбилей

0
303
Что обещает проект "Планета Россия" нефтяному сектору

Что обещает проект "Планета Россия" нефтяному сектору

Михаил Сергеев

Социальные долги мешают двигаться к национальным целям развития

0
1227
А жил я в доме возле Бронной

А жил я в доме возле Бронной

Александр Балтин

К 25-летию со дня смерти Евгения Блажеевского

0
452
Идет марсианин Иван

Идет марсианин Иван

Борис Колымагин

Коммуникация и ее модальности в русской поэзии XX века

0
603

Другие новости